An Inspector Calls And Other Plays

Видите ли, мы должны чем-то делиться. Если ничего другого нет, нам приходится делить с ближними нашу вину.

В мире существует злой дух, который мы называем Время.

Джеральд. Знаете ли, мы все-таки уважаемые граждане, а не какие-нибудь преступники.

Инспектор. Иногда разница между теми и другими не так велика, как вам представляется. Сплошь и рядом я не знал бы, где провести границу между ними, если бы это входило в мои обязанности.

Берлинг. Чушь! Если мы не будем круто обходиться кое с кем из этой публики, они скоро потребуют для себя целый мир.

Инспектор. Может быть. Но все-таки лучше, когда требуют для себя целый мир, чем когда забирают его без спроса.

Время - это только призрак. Иначе ему пришлось бы разрушать все, всю вселенную, и снова воссоздавать ее каждую десятую долю секунды. Но время ничего не разрушает. Оно только двигает нас вперед и подводит от одного окна к другому.

Ну что ж, Евы Смит больше нет. Вы не сможете причинить ей новое зло. Но и добра ей сделать вы тоже теперь не сможете. Вы даже не сможете попросить у нее прощения.

Когда я была молодой девушкой, я любила читать Мередита и думала, что очень умная. Но тогда я не любила портвейна. Теперь я охладела к Мередиту, но от портвейна не откажусь.

Суть в том, что сейчас, сию минуту, и вообще любую минуту мы представляем лишь частицу нашего подлинного "я". То, что мы реально представляем собой, - это весь наш путь, все наше время, и когда мы дойдем до конца нашей жизни, весь этот путь, все это время будут представлять нас - подлинную тебя, подлинного меня.

... к тому времени вы будете жить в мире, где давно уже предадут забвению и все эти страхи по поводу столкновения труда и капитала и все эти глупые паникерские домыслы об угрозе войны. Всюду будут царить мир и процветание, всюду будет наблюдаться быстрый прогресс — конечно, за исключением России, которая по естественным причинам всегда будет плестись позади.

Главное — это жить. Не нужно мне ни денег, ни положения, ни титулованных мужей, ни всякой там дребедени — только жить.

В конце концов мы только один раз живем, так давайте же, говорю я, использовать нашу жизнь!

Семечко легко уничтожить, а из него могло бы вырасти могучее дерево.

Я не из тех, кто помнит о могилах, — я людей помню.

Я знаю, вы деловые люди, вы любите приходить на готовенькое, но я верю, что лучше решать по-дружески, по-хорошему. Неправда, будто люди все делают только за деньги. Я всегда удивлялась этому. Люди на самом деле очень добры и милы…

Это не очень хороший портвейн, даже я могу это распознать, хотя мужчины уверяют, что женщины ничего в винах не смыслят, но в нем, даже в таком виде, есть аромат, и оно согревает… как приятный комплимент. Они, впрочем, тоже вышли из употребления. Никто больше не говорит комплиментов.

Когда я вспоминаю, что приходится переносить женщинам, большинству женщин во всем мире, я не только думаю — я знаю, что я счастливица. Но обычно — обычно я чувствую себя совсем не в ладах со счастьем.

Ты знаешь, я уверен, что половина наших бед происходит оттого, что мы думаем, будто время уносит по частям нашу жизнь. Вот почему мы мечемся из стороны в сторону.

Кей. Но ведь счастливые юные Конвеи, которые разыгрывали здесь шарады,

• они ушли, и ушли навсегда!