Ёлка. Из школы с любовью, или Дневник учительницы

Давно меня так не бесили книжные герои. Вот честно, не припомню такого раздражения от персонажа, который задуман автором как абсолютно положительный. Наша Ёлка – Елена Константиновна – начинающий учитель, пришедший преподавать историю в обычную школу. Она полна энтузиазма сеять разумное, доброе, вечное; она с юношеским максимализмом и категоричностью воспринимает происходящее и только пробует себя в педагогике. Открывая книгу, я собиралась поностальгировать: первый опыт работы в образовании, общение с подростками, столкновение мечты и реальности – я тоже проходила через все это десять лет назад. Но уже на первых страницах поняла – совпадения не случилось. Чем дальше, тем больше удивляла героиня. Непримиримостью, эгоизмом, цинизмом, нетерпеливостью в суждениях и, в целом, ненавистью к миру и к людям. Что ни говори, нельзя таким людям в педагогику. Из дневника Ёлки мы узнаем о ее семье и друзьях, отношениях, учениках и коллегах. Ну и о ней самой, естественно, о ее взглядах на историю и жизнь. Помимо странностей героини, есть и пара вопросов к автору. Например, абсолютно непонятное время действия. С одной стороны, ученики сидят за компьютерами и ноутбуками, распечатывают информацию из интернета, делают презентации. С другой стороны, приходят телефонограммы, информация ищется в какой-то журнальной подборке в библиотеке, некоторые реплики вообще словно из 18-19 века. Можно, конечно, списать на специфическое воспитание героини (может, она принципиально игнорирует новые технологии?), но телефонограммы... Стиль повествования довольно примитивный, что в некоторой степени объясняется дневниковой формой. В то же время автор, видимо, мечтает, чтобы книгу растащили на цитаты, и это заметно. Некоторые вышли весьма удачными, не поспоришь. Но особенно не понравилось мне то, что автор, опасаясь критики, явно спекулирует на проблемных темах. Тут добавим тяжёлую болезнь, там подростковую беременность, пару скандальных фраз про свинское отношение к учителям...ну и ещё финалом припечатаем, чтобы наверняка ни у кого язык не повернулся ругать эту книгу. Не люблю такое, поэтому будем разбираться с множеством цитат и незначительными спойлерами.

Особую нишу в литературе всегда занимала и будет занимать эпистолярная проза - пусть не вышколеннaя*, не пропитанная искусством писательства, но таящая в себе нечто намного большее - душу, вывернутую наизнанку. Я никогда не писaла дневников именно по этой причине, не готова была да и сейчас не открыта к тому, что любой кто-то (близкий-чужой) может узнать о моих ранах с позиции именно моих личных переживаний. Слишком интимно... никто не должен этого знать.

Молoденькая учительница-новичок Елена Константиновна, а по-простому Елка, все же доверила бумаге собственные чувства, делясь беспокoящими ее проблемами взаимоотношений в коллективе, где всегда есть змеи и мышки, оказывающиеся настоящими львицами; с учeниками, среди которых каждый занимая свою отвоеванную или присвоенную роль страдает, а не лишь наслаждается; любовную историю - доверила дневнику свою жизнь, радующую и заставляющую страдать, стресогенную и наделяющую надеждой, ту, что меняла Елку и делала ее личностью.

Записи молоденького педагога не претендуют на звание литературного достижения, но в них столько смысла жизни, сколько иногда не удается постичь многим из нас:

Писала поурочные планы. На самом деле очень тяжело, я это еще во время практики поняла. По объeму они должны быть тезисами, по подаче — блокбастерами, а по содержанию — эпопеями. Попробуй сочини такие бестселлеры… ...почему у людей обратное развитие? Мысли малышей гораздо чище и добрее, логичнее и понятнее. Черное они называют черным, белое-белым. Но проходят годы, а с ними приходит умение врать, молчать, изворачиваться и лицемерить. Взрослые называют это умением жить. Не владеющий сим сомнительным искусством попадает в число простачков, чудиков или даже местных сумасшедших. А он просто остался таким, каким был в детстве, - светлым и чистым. ...я теперь знаю, почему нет книг о нынешней школе. Почему есть про бандитов, проституток, вампиров, олигархов, домохозяек, бизнес-леди, голубых, ментов, депутатов и бомжей, но нет про учителей. Писать о школе напыщенно и исключительно в превосходной степени, как было положено раньше, — значит лицемерить.

Чудесные строки, толкающие к верным мыслям, но они - это абсолютно не все, что есть в "Из школы с любовью". Не верьте своим впечатлениям, пока не дойдете до эпилога. Финал произведения в корне меняет все, переворачивая с ног на голову - из обычных по сути дневниковых записей молоденькой, новой на учительском поприще и во многом все еще максималистки Елки произведение трансформируется в книгу, раскрывающую смысл фразы "се ля ви". И остается лишь размышлять, грустить и ностальгировать по тому, что невозможно исправить (прошлое всегда остается в прошлом) и никогда уже не вернyть...

И больше не скажешь. Я, как человек, ушибленный системой среднего образования, с маниакальным упорством, достойным лучшего применения, собираю под свое крыло все, что написано о простой школе и ее простых учителях. И если с Булат Ханов - Непостоянные величины эксперимент вышел плюс-минус нормальный - то здесь что-то сильно пошло не так. Причем я внутренне готовилась, что меня ждет такая себе производственная сказка - но что-то как-то... Не буду сильно иронизировать над пришибленной энтузиасткой с горящими глазами - встречаются такие изредка в педагогике, блаженные. У меня не возникло ощущения, что автор совсем не знакома с реальной школой. Такое ощущение, что все это происходит на педпрактике - когда в классе штук восемь взрослых, и дети боятся пукнуть и вздохнуть лишний раз. А только практикант остается один на один на заклание - вот тут-то веселье и начинается... Я терпела, когда на нее смотрели "двадцать пар горящих глаз", и всех полюблять, и всех научить - с опытом это проходит. Сломили меня энтузиастские игрища с мячиками на уроках... Я навсегда запомнила грустные слова моего методиста, что "хороших упражнений, развивающих память и внимание, еще не придумали - вы будете первыми". А как же, возмутилась я - столько же игр на слова, с тем же мячиком - "горячая картошка" там... Смысл в том, что - у вас есть 45 минут, чтобы проверить дз, дать тему, закрепить тему... А дети хотят всего остального - от телефона до поорать - только не урок. А сколько у вас часов, что вы можете себе позволить играть с мячиками? (да, придираюсь - я работала в РЕАЛЬНОЙ школе, где все превращается в цифры, программы и отчеты). И тра-та-та-там - снова там, где я не ожидала, вылупилась она - ЛЮБОФ. Что-то очень сильно и резво книга стала съезжать от школьных будней на страдашки по такому прекрасному, такому замечательному, такому гад-не-звонит... Да - это уже элементарная зависть! Простите, мой кумир педагогической мысли - а когда? Я приходила в 10 вечера, садилась на диван - отдежурив с 8 утра, проведя семь уроков, свозив группу на кружок, проверив 100 ВПР... Муужиик - иди сюда, полюбляться будем, а то вставать опять к 8ми. А что такое выходные? Воскресение, когда нужно хоть немного постираться-прибраться, и к урокам подготовиться-выходные? Хорошо вы, однако, работаете, с неувядающим энтузиазмом, выходными и гостями... И стало складываться у меня впечатление, что читаю я - кто там у нас певицы женского счастья - Юлию Шилову что ли (извините - не в теме). Вот отсылаю я любовные романы в свою радужную резервацию с бабочками в животе и идеальными ИМИ, делая исключение для хорошо написанной классики - а они все лезут и лезут... Я для самоуспокоения заглянула в конец - прекрасный идеал все еще на первом месте, источает лучи прекрасности. Спасибо, я все поняла, мне еще есть, что почитать. Я предлагаю ввести новый женский персонаж - диснеевскую Учительницу, у которой "двадцать пар горящих глаз", игры в мячик и замечательный принц, надежа и опора. Супер, прекрасная, замечательная утопия - но как-то не вписывающаяся в мою ущербную картину мира, ушибленную рабским трудом в сильно средней школе. Хотите немного педагогической утопии, где любят детей и мужчин, и есть ВЫХОДНЫЕ? Тогда вам сюда.