Dark Triumph

Мне нужна вера, но истинно веровать трудно. Гораздо трудней, нежели поддаться отчаянию.

Тюремщик поленился, а может, просто поскромничал и не стащил с него кожаные штаны, предназначенные для верховой езды. Я снимаю с поясной цепочки ножик и режу грязную мокрую кожу. Потом хочу удалить остатки одежды, но рыцарь вдруг отталкивает мою руку. Я удивленно поднимаю глаза. Оказывается, он покраснел. Я не могу сдержать улыбку. Чудище Варохское — и вдруг такая стеснительность!

— Да ладно тебе, — говорю я. — Ничего особо нового я там не увижу.

Плох тот военачальник, у которого заготовлен только один путь у победе

— Живой, — произношу я. — А я-то уже и не надеялась.

Он поворачивает ко мне голову:

— Я же говорил, что меня непросто убить.

Он вновь хватает меня за плечо:

— Все равно не позволю, чтобы ты подвергалась такой опасности.

Я улавливаю краткое мгновение, когда гнев в его глазах сменяется беспросветным отчаянием. Потом оно тоже пропадает.

Его хватка ослабевает, он медленно наклоняется ко мне. Забыв сердиться, я стою совсем неподвижно. Потом шепчу:

— Если опять ударишь, я тебя точно прирежу.

Я попросту гибну при виде вот этой нежности в его глазах. Как же все глупо, говорю я себе. Как бессмысленно. Этот пентюх готов спасать всякого, кто встретится ему по дороге.

-Я никогда не ложилась с мужчиной по любви, - произношу я. - Я хотела бы испытать это прежде чем погибнуть.
-Так ты...любишь меня?
-Да, пентюх ты этакий. Люблю!
У него вырывается вздох.
-Камул всеблагой! Наконец-то!
Не в силах совладать с собой, я смеюсь:
-Ты это о чем?
-О том,что люблю тебя с тех самых пор, как ты облепила меня своими гадостными припарками и велела немедленно поправляться.

...От дальнейшей беседы на небезопасную тему меня спасает восторженный рев Чудища.
- Во имя всех святых! - восклицает рыцарь. - Ты живой! Да как такое возможно?

• Примерно такое же чудо позволило тебе въехать сюда на коне, великанище, - отвечает Дюваль.

Ненависть нельзя превозмочь ненавистью. Со злом не поборешься оружием тьмы. Их может победить только любовь.

С кем бы я прежде ни целовалась, ничего подобного не испытывала. Я словно проглотила крохотный кусочек солнца, и теперь его свет и тепло проникают во все уголки души, разгоняя хмурые тени.

Когда мы вот так безоглядно веселимся и радуемся, боги неизменно чувствуют это — и считают необходимым напомнить нам, на каком свете мы живем.

О судьбах стоит судить , только когда жизнь уже прожита и тебя в землю кладут

Перед ликом смерти не существует невинных

Надежда посылается свыше , чтобы посмеяться над нами