Замок Дор

Радость и боль любви, однажды разлившиеся в воздухе, расцвели, чтобы снова увянуть, как цветы, оставив на всем живом непреходящий след.

— Но вам не следует писать «она указывает». Скорее всего, так и есть и ваше наблюдение верно, но оно просто устанавливает связь между двумя фактами. Когда вы смело заявляете, что один из них — причина, а другой — следствие, то выходите за рамки точных сведений и выражаетесь как юрист.

— Ну, ну, — возразила Линнет, — мужья всегда винят жен в своем плохом настроении.

— Вам не вредно и похудеть, — отрезал доктор. — Мужчины в вашем возрасте чаще умирают от избыточного веса, нежели по какой-то другой причине.

Она не знала любви и не представляла, что это такое. Она читала книги. Она страстно желала увидеть мир, который там, за горами.

— Я понятия не имею ни о форме, ни о размере, — признался месье Ледрю. — Но он должен быть где-то здесь… Именно на этом острове несколько столетий тому назад сражались два рыцаря: один — за собственность своего господина, второй — за даму. Как то и следовало согласно старому правилу: рыцарь должен вступать в поединок только из-за правого дела или из-за дамы.

— Лично я не музыкант, но, как бы то ни было, вы не смогли бы сыграть на ней сейчас: во-первых, скрипка сломана, а во-вторых, вы же не можете грести и одновременно играть.

Доктор Карфэкс, чьи неординарные методы лечения столь шокировали пациентов, что заставляли их немедленно исцелиться, особенно если это были симулянты, попался сейчас в собственную ловушку.

— Чудесное утро для размышлений, — заметил доктор, окидывая взглядом пейзаж, — и ничто не дает мужчине или женщине такого чувства соразмерности, как бухта во время отлива: тогда обнажаются все тайные уродства, которые мы считали забытыми и мертвыми.

Но Мона не сдавалась. Звяканье дверного колокольчика прервало на середине ее дневное омовение, столь же священное для нее, как размышления — для ее хозяина, и теперь они должны страдать оба.

— Я не вижу тут никакой связи — наверно, тебе что-то приснилось, ведь в снах все так перепутывается и два плюс два дает пять.

В тех случаях, когда старики не рвутся выговориться сами, они — самые лучшие слушатели.

Тим Уди послушно запряг Мэрмана и Мерлина. Производил он эту операцию весьма тщательно, в крайне задумчивом состоянии. Даже лошадей, доставлявших короля в парламент, где он должен был произнести тронную речь, не запрягали столь старательно. Тим Уди был мертвецки пьян.

— ... И, в отличие от вас, я люблю старый дуб. Нет ничего более долговечного, мадам. Мы спим в нем, некоторые — вечно. В старости мы любим мечтать возле него и видеть, просыпаясь, огонь в его сердцевине. Но нам грезятся птицы в ветвях дуба — там, в вышине, их раскачивает ветер.

Старики, мадам, когда они приближаются к Богу, начинают разделять с Ним одну Его отличительную черту - или, если хотите, отсутствие оной: они лишены глупой обидчивости.

Если человек, стоявший на холме под звездами, мог настолько проникнуться духом места, что, помогая появиться на свет ребенку, вдохнул в него свое собственное чувство от произошедшей там когда-то трагедии, обрекая эту девочку на повторение истории, которая не была ее историей, — ну что же, в таком случае чем скорее он оставит частную практику, тем лучше, да и его коллеги тоже. Пусть девочки рождаются в больницах и, когда вырастут, становятся медсестрами, что будет очень хорошо для страны.

Его насмешливый взгляд напомнил ей те времена, когда она в детстве пыталась скрыть от него сыпь, настаивая, будто эта сыпь от того, что она ела клубнику, хотя они оба прекрасно понимали, что у нее корь.

Пусть Джонни верил в фей и всякое такое, но для Мэри именно миссис Льюворн была воплощением всего лучшего в той взрослой жизни, о которой девочка мечтала: красота, грация, величавая осанка, нежный, но властный голос, безукоризненное произношение, нарядная одежда и прочие атрибуты богатства — короче говоря, все, чего жаждала ее юная душа. И она не гнушается носить корзинку!

Когда дети набрали достаточно ягод на пирог, а рты у них были совсем черными («Нужно же попробовать, хорошие ли они», — повторял Джонни)...

Чего не понять ни одному мальчику, так это того, что существует такая вещь, как чувства.