Вяземский

Друг Карамзина и Жуковского, Пушкина и Мицкевича, Тютчева и Стендаля; один из крупнейших русских поэтов Золотого века, прошедший 70-летний творческий путь; мастер журнальной полемики, историк литературы и русского быта, переводчик, мемуарист; советник и собеседник Александра I и Александра II; блестящий светский лев, остроумец и сердцеед... и одна из самых драматических судеб за всю историю русской литературы. Любимейшим жанром князя П.А.Вяземского были записные книжки, с которыми он на закате д...

Жанры

Купить эту книгу

Бумажная

681 ₽

Купить

Бумажная

849 ₽

Купить

Рейтинг LiveLib

4,3

11 оценок

5
55%
4
36%
3
9%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 12Хотят прочитать 40

Рецензии

ninia200815 ноября 2021 г.
Околовеликая личность
Объемный (более шестисот страниц), подробный и слегка занудный панегирик князю Вяземскому православного писателя Вячеслава Бондаренко.
Хотела пожаловаться, что отсутствием объективности в исследованиях сейчас страдают многие историки, но - выяснила, что автор не историк. Автор - профессиональный писатель, закончил русское отделение филологического факультета Белорусского государственного университета, а еще он Первый кавалер Патриаршего знака "За вклад в развитие русской литературы". Боюсь, если бы я знала об этом заранее, вгрызаться бы в этот "кирпич" не рискнула, ибо, как большинство нынешних "православных писателей", автор в полной мере болен восторженной аристократофилией с приступами оголтелого антисоветизма. Вот казалось бы: пишет автор про девятнадцатый век... Ну и пиши себе радостно, ан нет - не живется автору, если он не пнет советский строй. Хоть как-нибудь, хоть где-нибудь. "А вот в имении Вяземских в советское время перед крыльцом памятник Ленину поставили..." И что? Объект твоей книги от этого в могиле перевернулся?
Впрочем, восторженная аристократофилия, на мой взгляд, хуже. Пинки в сторону советского строя в тексте редки (можно даже заподозрить, что обязательно-принудительны, как в то самое советское время цитаты из Маркса), но вот отсутствие объективного подхода... или хотя бы его попытки... в конечном итоге, начинает играть против автора. Здесь надо заметить, что пишет автор легко и увлекательно, но - временами сбивается на художественный текст, и - абсолютно доверяет своему герою, используя для биографии, в основном, записки, заметки, письма и стихи самого князя, и вместе с ним пытается вылепить эдакое недооцененное воплощенное величие. Как же, как же - князь Петр Андреевич надеялся царям правду говорить, а цари... не слушали. Вот только личности, на которых Вяземский равнялся - Карамзин, Державин etc., - прежде чем начать "разговаривать с царями", прошли долгий путь службы Отечеству, а князь Вяземский никакими заслугами не был отмечен. Да и служить не хотел, ровно как и трудиться, скучно ему было. И эти выводы, заметьте, я из биографии господина Бондаренко почерпнула, а до нее ничего о Вяземском не читала.
Достоинства у книги, конечно же, есть: объем привлеченных источников, образный литературный язык, хорошо подобранный иллюстративный материал. Опять-таки, князь Вяземский был современником многих исторических личностей и о многих оставил свои впечатления, и читать об этих великих людях и становлении русской литературы увлекательно. Но вот сам Петр Андреевич... типичный мажор. Жил бы в наше время, был бы ютубером.
Post scriptum. Не смогу удержаться, процитирую всё-таки: "Журнал ведь нужен Пушкину совсем не только затем, чтобы отбить читателя у Булгарина и вылепить нового читателя, мыслящего и просвещенного. Пушкину нужно жить, кормить крестьян, оплачивать дорогую квартиру..." Все филологические и исторические достоинства текста в одной фразе.
Читать далее
22
322
PaulKosov9 декабря 2009 г.
Князь Пётр Андреевич Вяземский, потомок Рюрика в двадцать пятом колене, сын екатерининского вельможи и ирландки, родился в конце царствования императрицы Екатерины II, а умер в конце царствования её внука императора Александра II. Вяземский – редкий, если не единственный пример подобного долгожительства в истории русской литературы. Первые его портреты были написаны в 1800-1810-х годах: на нас смотрит аристократичный юноша романтической внешности. Последними были сделаны уже фотографии: на них 80-летний князь, сенатор, государственный деятель, известный литератор, основатель и председатель Русского Исторического общества. Вяземского традиционно относят к поэтам «второстепенным», князь всегда был и, видимо, будет в тени Александра Пушкина. Видимо, отчасти поэтому только совсем недавно появилось обстоятельное и качественное исследование его жизни и творчество, написанное в рамках серии ЖЗЛ Вячеславом Бондаренко.
Биография князя написана так, что от неё трудно оторваться. Вяземский – один из несомненных титанов Золотого века русской литературы и русского искусства. Жизнь его не была скучной. Отцовское Остафьево, где отец учил его плавать, бросая в пруд. Общение с Николаем Михайловичем Карамзиным, женившимся на его сводной сестре, оставившее отпечаток на душе Петра Андреевича. Участие в Бородинском сражении (частично с него списан Пьер Безухов). Литературное и дружеское общение с Жуковским, Батюшковым и Баратынским. Довольно близкая дружба с Пушкиным. Ранняя женитьба на княжне Вере Фёдоровне Гагариной. Либеральные взгляды 1810-х годов, участие в работе над проектом российской конституции и громкая отставка. Долгое восхождение по служебной лестнице. Многочисленные романы и увлечения. Заграничные путешествия и обеды в царской семье. Выход единственной прижизненной поэтической книги. Нервные болезни и бессонница. Смерть почти всех детей. Смерть всех близких друзей…В силу своего долгожительства князь Вяземский застал несколько важных эпох: конец мощного екатерининского времени и предпожарную Москву, в которую он был влюблён всю жизнь, спорное время Александра I, непростое 30-летнее царствование Николая I и реформаторскую эпоху его сына Александра II. Он стал свидетелем социальных и культурных перемен в обществе. К сожалению, обстоятельства и люди не позволили князю в полной мере реализоваться на государственном поприще, поэтому чаще всего он был лишь свидетелем исторических событий. Князь был свидетелем расцвета Золотого века и его заката, который трагически переживал. В книге Бондаренко дан серьёзный культурологический анализ исторической эпохи. Исключительно точно написано о поколении 1790-1800-х годов, об отличии его от поколения, которое появилось после Отечественной войны. Не зря Вяземского в конце жизни раздражало даже простое упоминание о поездах – князь был в прошлом. И он был аристократ. Не только по рождению, но по духу. Литературный аристократ, который не любил ни литературных дельцов (Булгарин или Полевой), ни литературных демократов (он терпеть не мог Белинского).Вяземский и Пушкин – тема по-своему мифологическая. Вяземский часто воспринимался и воспринимается именно как лучший друг Пушкина, но, как отмечает Бондаренко, это была дружба по интересам, а не по сердцу (как у Пушкина с Пущиным или Дельвигом). И поэзия Вяземского тоже в тени поэзии младшего Пушкина. А между тем остроумец и остряк Вяземский писал не только колкие эпиграммы или сатиры. Всю жизнь он страдал от нервных болезней и бессонницы, что тоже накладывало отпечаток на творчество. Князь создавал порой мрачные и унылые элегии, исполненные тоской и печалью. Среди поздних стихов Вяземского немало религиозных, и это стихи предельной искренности.Особенно хочется отметить иллюстрации. В книге собрано множество портретов людей из круга общения Вяземского. Отрадно, что многие из них не отличаются известностью, публикуются редко, даже почти никогда. А между тем человеческие, индивидуальные черты на них схвачены порой более точно, чем на всем известных картинах (например, портреты Карамзина, Грибоедова и Лермонтова
Читать далее
11
372