Учение о цвете. Теория познания

Это замечательный философский труд, который, делая акцент на дуалистичности (диалектичности) научного познания, предлагает философам, занимающимся вопросами бытия на уровне "первоначального единства", опираться на физику и другие науки, в частности, помимо учения о цвете - магнетизм, электричество, химизм, учение о звуке; а физикам осмысливать результаты своего труда философски.

Хроматическая гармония вторична, а не первична, а значит упускается нечто важное - то, где воссоединяется разъединённое. На это и хочет указать Гёте, говоря о необходимости осмысления естественных и точных наук на уровне философии. Позже великий русский ученый Вернадский писал о настоятельной необходимости философского осмысления научных данных, предлагая для этого учение о симметрии.

"Цвет и звук совершенно несравнимы,- говорит Гёте, - но оба можно свести к одной высшей Формуле..." Вот это "высшая Формула" как акт "соединения разъединённого "и интересует Гёте. Поскольку, как он говорит в "Признании автора", являющимся частью этого текста: "Самой прекрасной целью была и остаётся - познать явление природы, раскрывающееся нам с различных сторон, во всей его цельности". 

Иными словами, учение о цвете - не самоцель, а иллюстрация, вклад в теорию познания. Точно так же Ницше использовал греческую трагедию в сравнении с немецкой оперой в "Рождении трагедии", говоря в конце концов о "дионисийскоаполлоническом гении" как единстве дионисийского и аполлонического начал в научном мышлении; Мерло-Понти и Фуко о том же говорили на примере картин сюрреалистов; Делёз и Гваттари самым ботаническим образом использовали образ ризомы , а Славой Жижек, например, - кинематограф, сравнивая документалистику с художественными фильмами...

Язык текста (а значит и смысл) - символичен, о чем уже в предисловии и Введении, которые следует одно за другим, Гёте говорит по крайней мере дважды.

Начну с цитаты из "Заключительного замечания относительно языка и терминологии", которым завершается Введение:

"Никогда не обращают достаточного внимания на то, что всякий язык в сущности только символичен, образен и рисует предметы не непосредственно , а только в отражении. В особенности приложимо это к тому случаю, когда речь идёт о вещах, которые только подступают к опыту и находятся всё время в движении, так что их скорее можно назвать деятельностями, чем предметами. Их нельзя фиксировать, и всё-таки нужно о них говорить; и вот отыскиваешь всевозможные Формулы, чтобы хоть символически выразить их". 

Это и есть задача настоящего труда.

И ещё цитата из Предисловия автора:

Вначале Гёте говорит о дуальностях, а позднее вводит в учение о цвете выражение "полярность", имея в виду диалектическое единство познания, его раздвоение и воссоединение.

Есть тут и указание на Новое время, которое философы континентальной традиции обыкновенно критикуют с точки зрения целостности познания:

"В Новое время мы подпали ... опасности, заимствуя из всех познаваемых областей выражения и терминологию, в которые мы облекаем наши воззрения на более простую природу..."

Как-будто вторя труду "Критика чистого разума" своего современника Канта, Гёте продолжает: "...Мы отлично знаем потребность, из которой возник и распространяется такой язык; мы знаем также, что он становится в известном смысле неизбежным: однако, лишь умеренное, непритязательное и сознательное пользование им может принести нам пользу".  

Наряду с критикой научной парадигмы Нового времени с большим перекосом в сторону практического и рационального ума, обычно критикуют и физику Ньютона, которая давно уже не является пределом познания. Здесь мы это и наблюдаем, при том, что, wohlgemerkt (заметьте), книга была написана ещё в 19 веке.

Следующее за "Учением о цвете" произведение "Теория познания", которое представляет собой статьи и наброски, вновь подтверждает в чем заключается предмет обеспокоенности Гёте, выраженной в первом очерке. Особое внимание тут стоило бы обратить на "Четыре ступени познания",где он выразил по сути уровни познания, восходя к целостному мышлению, подтвержденные в наше время со стороны экспериментальной психологии при изучении эвристического мышления, принцип целостности лёг в основу гештальт-психологии.

Но останавливать внимание на тексте Гёте я сейчас особо не буду. Текст, каким бы он устаревшим по части научного наполнения для 21 века и не был, все равно представляет собой историческую ценность и вызывает интерес.
Свою рецензию я оставляю для конкретно этого издания, оно ужасно! Составитель этого сборника то ли биографий\автобиографии, то ли афоризмов, то ли научных набросков назвал книгу "Учение о цвете", а на деле цвету здесь было отведено едва ли треть книги и то взяты были не самые интересные куски.
Всем, кто хочет почитать действительно хорошо составленный сборник по теме ЦВЕТА, я могу посоветовать взять издание 2012 года, автор С. В. Месяц, сравните хотя бы содержание этих двух книг и вы поймете о чем речь!

Иногда кажется, что у великих людей — нескончаемый запас идей. Вот Гёте, например. Написал «Фауста», поэт, много стихов - а тут раз - и решил объяснить, как работает свет. Да не просто в статье, а в целой книге под громким названием «Учение о цвете».

***

Книга построена как научный труд — без намёка на художественность. Гёте рассуждает о природе цвета, о восприятии света человеческим глазом, о том, как тьма и свет взаимодействуют, рождая оттенки. Он спорит с Ньютоном, предлагает свою теорию спектра и, в общем-то, довольно уверенно оспаривает законы оптики. И я это уже где-то видела. В старших классах, на уроке физики, кажется. Только тогда всё объясняли короче и с рисунками.

Тем не менее, в книге есть своя странная прелесть. Это как наблюдать за гением, который решил доказать всему миру, что способен не только на метафоры, но и на формулы. Хотя текст сам по себе суховат, чувствуется, что Гёте был не равнодушен к тому, что делает. Он буквально влюблён в сам процесс наблюдения.

Впрочем, есть в книге и отдушина — короткие статьи, заметки, вставные рассуждения. Вот они как раз интересны. Там проявляется сам Гёте — наблюдатель, любопытный до безумия, внимательный к мелочам. Он описывает, как свет ложится на воду, как цвет меняется в зависимости от времени суток. Эти фрагменты читаются легче, почти как дневник учёного. И в такие моменты понимаешь: да, он действительно был исследователем по духу.

Но если честно, я всё время ждала, что вот-вот появится что-то художественное. Что-то вроде: «Синий цвет — дыхание вечера, а жёлтый — улыбка солнца». Нет. Ни одной метафоры. Только наблюдения, схемы и опровержения чужих теорий.

Некоторые главы воспринимаются как набор мыслей, которые он не успел отредактировать. Где-то повторы, где-то перескакивания.

Но было даже как-то непривычно - великий поэт — и вот он сидит, разбирает свет. Как будто мы заглянули к нему домой и застали за хобби.

Конечно, если вы ждёте лёгкого чтения — нет, это не сюда. Если же хочется почувствовать дух науки XVIII–XIX века, когда каждый образованный человек считал своим долгом иметь мнение о физике и ее законах — тогда, может быть, вам даже понравится.

Но лично я закрыла книгу с ощущением лёгкой благодарности и лёгкой скуки. Благодарности — за то, что теперь вижу Гёте не только как автора «Фауста». И скуки — потому что, увы, я не Ньютон и не готова спорить с физикой ради вдохновения.

 «Учение о цвете» Гёте несколько раз упоминалось в Синетах Мегги Нельсон, где она писала о синем цвете и ее очень личных чувствах к нему. В ее книге было множество отсылок к литературе, но больше всего меня заинтересовал именно научный труд написанный поэтом. 

Цвет - одна из моих любимых тем в искусстве. И если в живописи восприятие цвета в ваших руках, или скорее глазах (не удержалась), то в литературе мы полагаемся на воспоминания о цвете, и если в вашей памяти нет цвета «антрацит» то так и будет ваш герой ходить в неопределенного цвета пиджаке. 

Больше всего меня интересовала не сама теория Гёте, а скорее почему его это интересовало, и к счастью в книге есть ответ. Гёте хотел совершенствоваться в своём мастерстве - поэзии. И ответы он искал в визуальном искусстве, частью которого и является цвет. В процессе он слегка увлёкся и описал свою теорию о цвете с собственными наблюдениями и исследованиями. И хоть его теория не опиралась на точные вычисления, он разработал ее опираясь на свое восприятие и эксперименты. Гете был не прав с точки зрения науки, и не был ни математиком, ни физиком, но я восхищаюсь его смелостью и запалом: бросить вызов Ньютону, спорить с основами оптики, разработать альтернативную систему. Крэйзи, но вместе с тем вдохновляет не хуже любой истории успеха.