Записки об Анне Ахматовой. В 3 томах (комплект)

Книга Лидии Чуковской об Анне Ахматовой - не воспоминания. Это - дневник, записи для себя, по живому следу событий. В записях отчетливо проступают приметы ахматовского быта, круг ее друзей, черты ее личности, характер ее литературных интересов. Записи ведутся "в страшные годы ежовщины". В тюрьме расстрелян муж Лидии Чуковской, в тюрьме ждет приговора и получает "срок" сын Анны Ахматовой. Как раз в эти годы Ахматова создает свой "Реквием"; начинается работа над "Поэмой без героя"... А вслед за еж...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,8

66 оценок

5
85%
4
11%
3
5%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 79Хотят прочитать 226

Рецензии

kisunika18 ноября 2017 г.
Три тома. Три толстых, прекрасных тома, с которыми я провела лето и часть сентября.
Лидия Чуковская была почти на 20 лет младше Ахматовой. И когда они познакомились и сблизились, в их отношениях сразу задался тон почтительного отношения младшей к старшей. Чуковская Ахматову – обожала. Это боготворение чувствуется во всех трех томах. И причем важно отметить, что обожала она не столько Ахматову, сколько ее дар, поэтический талант, ее стихи. А к самой Анне Андреевне относилась так, как простые смертные относятся к божеству, - принимала ее такой, какая та была, со всеми капризами, странностями. Хоть Лидия Корнеевна была полуслепа, очень зрение ее подводило с годами, но в ней не было слепого обожания Ахматовой. Она обожала ее НЕСМОТРЯ НА равнодушное или обидное отношение. Она просто не могла по-другому….
Ахматова к Чуковской относилась … не могу сказать, что потребительски, но хочется, хочется такое сказать… Она позволяла себя любить, принимала помощь, а главное – почему она держала Лидию Корнеевну при себе – это была самая благодарная и восхищенная слушательница стихов Ахматовой, о какой можно было только мечтать. Лидия Чуковская сразу, на слух, с первого раза, запоминала стихи Ахматовой наизусть. А так как поэтесса многие годы боялась записывать свои стихи (чтобы не схлопотать за них срок), то человек с хорошей памятью ей очень нужен был. Позже, в старости, в благополучные годы, с помощью Чуковской Ахматова восстановила и опубликовала многие свои старые стихи.
Безумно интересно читать записки Лидии Чуковской. В них Ахматова – живая, настоящая, во всем разнообразии непростого характера. Тут и многие детали быта, и стихи, конечно же, и хлопоты по поводу сына в лагере, и эвакуация во время войны… Кстати, во время эвакуации, в Ташкенте, Ахматова сблизилась с Фаиной Раневской, а Чуковскую сильно обидела, так что они не общались 10 лет… После чего Лидия Корнеевна первая пошла на сближение – и снова стала верным другом, помощником, почитателем… А Ахматова что же? Приняла все как данность. Она же «Анна вся Руси», ее же все должны почитать, разве нет?
Вообще это бесценная книга во многих отношениях, и с литературной, и с исторической точек зрения. А еще – в каждой строчке, в дивном языке, в умных и очень мудрых, честных, искренних словах чувствуется личность самой Лидии Чуковской. И вот скажу так – для меня это записки не только и не столько об Анне Ахматовой, сколько записки о Лидии Чуковской. Каким прекрасным человеком она была! Я буду перечитывать и не раз этот трехтомник, чтобы снова прикоснуться к этой ауре, этой атмосфере, чтобы снова услышать этот тихий голос и все то, что Л.К. рассказывает – о других – и о себе…
Читать далее
15
831
bahareva7 июля 2009 г.
Что меня больше всего удивляет - это то, отчего у Ахматовой было столько верных друзей. Не просто друзей, а действенных друзей, которые всеми силами старались избавить ее от бытовых проблем, поддержать, помочь. Ну да, она гениальный поэт - но Цветаева, например, тоже гениальный поэт - но к ней так не относились. Очень характерен в этом плане записанный Чуковской чистопольский эпизод:

Одному я рада, сказала я, приостанавливаясь, — Ахматова сейчас не в Чистополе. Надеюсь, ей выпала другая карта. Здесь она непременно погибла бы.
— По-че-му? — раздельно и отчетливо выговорила Марина Ивановна.
— Потому что не справиться бы ей со здешним бытом. Она ведь ничего не умеет, ровно ничего не может. Даже и в городском быту, даже и в мирное время.
Я увидела, как исказилось серое лицо у меня за плечом.
— А вы думаете, я — могу? Бешеным голосом выкрикнула Марина Ивановна. — Ахматова не может, а я, по-вашему, могу?

В общем, несмотря на все то, что довелось пережить Ахматовой, ей можно и позавидовать.
Еще очень интересны (хотя иногда излишне категоричны и далеко не бесспорны) ее замечания о литературе - об "Анне Карениной" очень хорошо, например.
Читать далее
12
282
Julsoni8 июля 2012 г.
"Чужая судьба, проведенная сквозь сердце".
Дневниковые записки человека, видевшего, общавшегося, обожавшего Анну Андреевну и ее стихи на протяжении многих и многих лет, делившего с ней беды и столь немногие радости. Точные зарисовки времени, быта, вчуствование в поэта в его разных настоениях, состояниях.
На мой вкус, больше всего удался Лидии Корнеевне второй том - мало слышно автора, ярче - Ахматову. Чуковская не беспристрастна: ее записки наполненны любовью, иногда - всполохами раздражения или горечи, ведь книга - не биография, а записки друга, перед которым многое нескрыто, поэтому - большая отвественность, и прекрасно осознавая ее, Л.К. о чем-то предпочитает умолчать, только слегка проговариваясь от захлеста чувств.
Книги снабжены подробнейшими сносками и коментариями, а также стихами "без которых понимание записей было бы затруднено"
Читать далее
10
373

Все рецензии

Цитаты

desusada2 октября 2014 г.
Я сказала, что слава имеет, видно, свои худые стороны.
О, да! - весело подтвердила Анна Андреевна, - когда едешь в мягком ландо, под маленьким зонтиком, с большой собакой рядом на сиденье и все говорят: "вот Ахматова", - это одно. Но когда стоишь во дворе, под мокрым снегом, в очереди за селедками и пахнет селедками так пронзительно, что и туфли, и пальто будут пахнуть еще десять дней, и вдруг сзади кто-то произносит: "Свежо и остро пахли морем на блюде устрицы во льду" - это совсем, совсем другое.
Читать далее
6
325
desusada9 октября 2014 г.
Поэт
Подумаешь, тоже работа, —
Беспечное это житье:
Подслушать у музыки что-то
И выдать шутя за свое.
И чье-то веселое скерцо
В какие-то строки вложив,
Поклясться, что бедное сердце
Так стонет средь блещущих нив.
А после подслушать у леса,
У сосен, молчальниц на вид,
Пока дымовая завеса
Тумана повсюду стоит.
Налево беру и направо,
И даже, без чувства вины,
Немного у жизни лукавой,
И все — у ночной тишины.
5
315
verrader3 февраля 2024 г.
Ахматова Чуковской: Вы заметили? Чуть только мы перестаем говорить о стихах — начинаем об убийствах, чуть только перестаем об убийствах — начинаем о стихах
3
18