Записки об Анне Ахматовой. В 3 томах (комплект)

Три тома. Три толстых, прекрасных тома, с которыми я провела лето и часть сентября.
Лидия Чуковская была почти на 20 лет младше Ахматовой. И когда они познакомились и сблизились, в их отношениях сразу задался тон почтительного отношения младшей к старшей. Чуковская Ахматову – обожала. Это боготворение чувствуется во всех трех томах. И причем важно отметить, что обожала она не столько Ахматову, сколько ее дар, поэтический талант, ее стихи. А к самой Анне Андреевне относилась так, как простые смертные относятся к божеству, - принимала ее такой, какая та была, со всеми капризами, странностями. Хоть Лидия Корнеевна была полуслепа, очень зрение ее подводило с годами, но в ней не было слепого обожания Ахматовой. Она обожала ее НЕСМОТРЯ НА равнодушное или обидное отношение. Она просто не могла по-другому….

Ахматова к Чуковской относилась … не могу сказать, что потребительски, но хочется, хочется такое сказать… Она позволяла себя любить, принимала помощь, а главное – почему она держала Лидию Корнеевну при себе – это была самая благодарная и восхищенная слушательница стихов Ахматовой, о какой можно было только мечтать. Лидия Чуковская сразу, на слух, с первого раза, запоминала стихи Ахматовой наизусть. А так как поэтесса многие годы боялась записывать свои стихи (чтобы не схлопотать за них срок), то человек с хорошей памятью ей очень нужен был. Позже, в старости, в благополучные годы, с помощью Чуковской Ахматова восстановила и опубликовала многие свои старые стихи.

Безумно интересно читать записки Лидии Чуковской. В них Ахматова – живая, настоящая, во всем разнообразии непростого характера. Тут и многие детали быта, и стихи, конечно же, и хлопоты по поводу сына в лагере, и эвакуация во время войны… Кстати, во время эвакуации, в Ташкенте, Ахматова сблизилась с Фаиной Раневской, а Чуковскую сильно обидела, так что они не общались 10 лет… После чего Лидия Корнеевна первая пошла на сближение – и снова стала верным другом, помощником, почитателем… А Ахматова что же? Приняла все как данность. Она же «Анна вся Руси», ее же все должны почитать, разве нет?

Вообще это бесценная книга во многих отношениях, и с литературной, и с исторической точек зрения. А еще – в каждой строчке, в дивном языке, в умных и очень мудрых, честных, искренних словах чувствуется личность самой Лидии Чуковской. И вот скажу так – для меня это записки не только и не столько об Анне Ахматовой, сколько записки о Лидии Чуковской. Каким прекрасным человеком она была! Я буду перечитывать и не раз этот трехтомник, чтобы снова прикоснуться к этой ауре, этой атмосфере, чтобы снова услышать этот тихий голос и все то, что Л.К. рассказывает – о других – и о себе…

Что меня больше всего удивляет - это то, отчего у Ахматовой было столько верных друзей. Не просто друзей, а действенных друзей, которые всеми силами старались избавить ее от бытовых проблем, поддержать, помочь. Ну да, она гениальный поэт - но Цветаева, например, тоже гениальный поэт - но к ней так не относились. Очень характерен в этом плане записанный Чуковской чистопольский эпизод:

Одному я рада, сказала я, приостанавливаясь, — Ахматова сейчас не в Чистополе. Надеюсь, ей выпала другая карта. Здесь она непременно погибла бы.

— По-че-му? — раздельно и отчетливо выговорила Марина Ивановна.

— Потому что не справиться бы ей со здешним бытом. Она ведь ничего не умеет, ровно ничего не может. Даже и в городском быту, даже и в мирное время.

Я увидела, как исказилось серое лицо у меня за плечом.

— А вы думаете, я — могу? Бешеным голосом выкрикнула Марина Ивановна. — Ахматова не может, а я, по-вашему, могу?

В общем, несмотря на все то, что довелось пережить Ахматовой, ей можно и позавидовать.

Еще очень интересны (хотя иногда излишне категоричны и далеко не бесспорны) ее замечания о литературе - об "Анне Карениной" очень хорошо, например.

"Чужая судьба, проведенная сквозь сердце".
Дневниковые записки человека, видевшего, общавшегося, обожавшего Анну Андреевну и ее стихи на протяжении многих и многих лет, делившего с ней беды и столь немногие радости. Точные зарисовки времени, быта, вчуствование в поэта в его разных настоениях, состояниях.
На мой вкус, больше всего удался Лидии Корнеевне второй том - мало слышно автора, ярче - Ахматову. Чуковская не беспристрастна: ее записки наполненны любовью, иногда - всполохами раздражения или горечи, ведь книга - не биография, а записки друга, перед которым многое нескрыто, поэтому - большая отвественность, и прекрасно осознавая ее, Л.К. о чем-то предпочитает умолчать, только слегка проговариваясь от захлеста чувств.
Книги снабжены подробнейшими сносками и коментариями, а также стихами "без которых понимание записей было бы затруднено"

Записки об Анне Ахматовой вернее было бы назвать "Разговоры с Анной Ахматовой". Это ни в коем случае не мысли и воспоминания Лидии Чуковской о своей подруге. Это задокументированные разговоры с нею.

Лидия Чуковская знакомится с Анной Ахматовой в 30-е годы в тюремных очередях, где Ахматова стояла с передачками и ждала новостей о сыне, а Чуковская – о муже. Чуковская становится одной из тех 7 (или 11?) человек, чьей памяти Ахматова доверила свою поэму "Реквием", потому что хранить такую поэму на бумаге в те времена было немыслимо.

Лидия Чуковская была не только преданным другом, но и женщиной с феноменальной памятью, что позволило ей запомнить не только эту поэму, но и многие другие из заведомо запрещенных стихотворений Ахматовой, а также задокументировать свои разговоры с нею.

"Записки" состоят из 3-х томов. Первый посвящен 1938-1941 годам, второй – 1952-1962 (дело Ахматовой и Зощенко, десталинизация, дело Пастернака), третий – 1963-1966-м.

Ценность этих записок для литературы просто немыслима. "Какова же степень нашей осведомленности об отношении друг к другу литераторов XIX века?" – задается вопросом Чуковская, и благодаря ее усилиям степень уже нашей осведомленности об отношении друг к другу литераторов XX века становится много выше.

2 том (единственный, который я пока читала) очень помогает понять Ахматову. Ее холодное осознание собственного величия (В чем-то Мария Стюарт – королева в неволе не перестает быть королевой), страстная преданность друзьям, четкий моральный компас, безапелляционность суждений, ярость – палачам и плач – жертвам, понимание того, в какой стране она живет.

Эта книга позволяет не только понять характер Ахматовой, ее отношение к окружающей действительности и к другим писателям, понять что и великим людям "ничто человеческое не чуждо", но и прочувствовать эпоху. Я знакома с этим периодом очень опосредованно, и для меня он, говоря метафорически, казался написанным Веласкесом с его броскостью, а это был Репин с его реализмом. Например, у меня сложилось совершенно другое впечатление от скандала с "Доктором Живаго", более драматическое.

Оценка 2 тома: 10/10.