Искупление. Попутчики. Дом с башенкой

Обычно, пациенты Фридриха Горенштейна, отправляемые ко мне на консультацию находятся в состоянии декомпенсации. В связи с этим сбор информации от них довольно затруднителен. И этот случай, к сожалению, не исключение.

История болезни №18/4
Имя: Сашенька
Возраст: 16 лет
Адрес проживания: разоренный южный город
Семейное положение: любит и ждёт
Начало курации: 6.04.18
Окончание курации: 10.04.18
Жалобы: на боль возникающую в течении дня, не зависимо от физической и эмоциональной нагрузок, на пике боли отмечает состояние подавленности, снижение работоспособности, возникает желание сменить жизненные ориентиры, отмечает необоснованные вспышки агрессии на окружающих:

Anamnesis morbi: определить время начала заболевания пациентка самостоятельно не может, велика вероятность, что с рождения, и прогрессированию заболевания способствовала страна рождения/проживания.
Anamnesis vitae: развивалась согласно возрасту. Наследственность – отягощена (потеряла отца в ВОВ, мать – ворует у народа советского). Перенесла брюшной тиф, частые простудные заболевания, операцию по удалению аппендикса (возможно нет, осмотр был проведен лишь поверхностно из-за неадекватного поведения больной). Туберкулезом, болезнью Боткина, сифилисом не болела. Беременности не было. Учится в школе. Больная большую часть ведет активный образ жизни, волнения и стрессовые ситуации возникают ежечасно, чаще вызываются самой больной. Жилищные условия не соответствуют гигиеническим нормам. Качество и характер питания не удовлетворительный. Вредных привычек не имеет.
Объективно: отсутствует умение правильно выбирать сторону, отмечается склонность к предательству, неверные представления о романтике, в моменты приступов характерно: гневное настроение, а так же чаще и без того

.
1944 год. Матерь Сашеньки как может, пытается прокормить семью объедками, сворованными с солдатского стола, выносящая это в нижнем белье и сапогах, двое неизвестных, находящихся на содержании той же матери, сеющих антисанитарию в доме и ни на минуту не забывающих о самых низких потребностях, ну и конечно неживые люди... всюду и даже возле меня. Больная живет в сложное время, окруженная такими же, как и она мерзкими людьми с непростой судьбой. Все тяготы и лишения военного времени прекрасно изложены в материалах переданных мне господином Гореншейтном. Каждый новый день не отличается от предыдущего, за разнообразие можно посчитать разве что ночные раскопки трупов для перезахоронения и написание больной доносов на свою мать.
Результаты анализа:
Заключение: определен дефицит жизненного пространства, любви, продуктов, дружбы, одежды, жизненной удовлетворенности; избыток страха, озлобленности, зависти, страданий, лицемерия и тирании.
Консультации специалистов:
Главный врач санэпидемстанции городской управы:

.
Диагноз: Хроническая недостаточность внимания, воспитания, любви, средней степени тяжести, в стадии обострения
Прогноз: неблагоприятный.

Рекомендации: 1. Пендель. 2. Искупление.

События в повести "Искупление" разворачиваются сразу после войны. Это как будто продолжение истории c хорошим концом (в данном случае победой). Сорокалетняя Екатерина, работая в офицерской столовой, таскает оттуда еду, пряча её в сапогах, чтобы прокормить шестнадцатилетнюю Сашеньку и приютившихся нищих - Ольгу и Васю. В Сашеньке полыхает огонь какой-то необъяснимой ненависти ко всему миру, которая доводит до того, что дочь пишет на мать донос. Екатерину арестовывают. Но Сашеньку это мало трогает, потому что случайная встреча с лейтенантом Августом пробуждает в ней любовь. Молодой человек приехал хоронить свою семью, зверски убитую соседом и выброшенную в выгребную яму еще в начале войны. Две ночи есть у лейтенанта, чтобы раскопать своих родных и похоронить их по-людски.
В повести много разных героев, и ото всех веет какой-то потерянностью. В военное время все было ясно - был враг, его надо было одолеть, страдали во имя победы, но в мирное время боли и зла, как оказалось, не убавилось. Так, например, просто ради жестокой забавы подростки нападают на лейтенанта и Сашеньку, отчаянно желая избить их.
В своей "саморецензии" на эту книгу Горенштейн пишет, что зло может искупить любовь. Так считает сам автор. Но, к сожалению, согласиться с ним очень трудно. Так как любовь в его повести - это только инстинкт, вылившийся в рождение ещё одного человека. Материнский инстинкт, безусловная любовь к мужчине, а потом к ребёнку, проснувшиеся в девочке-подростке, увели ее от ненависти и дали смысл жизни.
И всё это случилось бессознательно, без какой-то душевной работы или рефлексии со стороны Сашеньки, просто вырвалось откуда-то из глубины души и захватило всю её сущность. Искупление пришло через следование природе и ее законам. Я, как читатель, не удовлетворена этой концовкой. Повесть "Попутчики" понравилась мне гораздо больше, так как её герои изо всех сил стараются осознать себя и избавиться от душевной слепоты.

Совсем коротенький «Дом с башенкой» Горенштейна прочитала давно, а вспоминаю до сих пор. Вспоминаю не сюжет и не героев, а своё ощущение такой безнадёжности, такого горя, которое как бы выходит за пределы жизни туда, где в ходу совсем иные смыслы и задачи, которые никак не встроятся в канву той повседневности, где ходят поезда, продают рыбу, сидят в приёмной. Читать о войне страшно, читать о ребёнке на войне — как ледяная вода течёт по жилам вместо тёплой крови.

Помогать кому-то, кто в настоящей беде, крайне сложно. Помогать так, чтобы касаться этого отчаяния, принимать участие, со-чувствовать. Горе заразно, это правда. Кажется, героями движет не равнодушие, а настоящий, животный, неконтролируемый страх. В этом и есть неудобная правда.

Удивительно, но рассказ отнюдь не сентиментален, написан крупно, эскизно, даже грубо, нет пристального всматривания, только мимолётное «а вот ещё, кстати…»

Пишет Татьяна Хохрина:

Все, что написано Фридрихом Горенштейном, на мой и не только мой взгляд, почти мгновенно переходило в разряд классики, жаль только, что читатель знакомился с этими шедеврами с большим опозданием. Но если учесть, что "литературоведы" в штатском считали, что проза Горенштейна не увидит свет и через триста лет, возможность читать его сегодня - уже счастье! Ведь долгое время только тонкий слой киношников, знавших Горенштейна как сценариста Первого Учителя, Рабы Любви, Седьмой Пули, Соляриса, монологов Андрея Рублева, вслед за Андреем Тарковским могли уверенно сказать, что Горенштейн - гений.

Потом наконец, уже в 80-х - 90-х, постепенно и негромко стали появляться его романы, пьесы, повести и рассказы. Искупление, Псалом, Место, Чок-чок, Бердичев, Детоубийца, Летит себе аэроплан, Улица Красных Зорь, Ступени, Последнее Лето на Волге, Шампанское с Желчью, Арест Антисемита и другие. И каждый раз это было абсолютное открытие и потрясение! Это было не самое легкое чтение, как нелегкой, а точнее - трагической, была сама судьба Горенштейна, но это была Большая Литература. Новая, ни на кого не похожая, бесконечно человечная и горькая, беспредельно честная и блистательно написанная.

Опубликование произведений Горенштейна совпало с литературным бумом, явлением новых, скрытых, несправедливо забытых и совершенно перевернувших все представления имен. И в какой-то степени это размыло возможный эффект от знакомства с текстами Горенштейна - слишком много предложений обрушилось на головы читателей, отчего некоторые очень важные книги остались в тени. Но упущенное можно наверстать сейчас, в том числе и благодаря новым публикациям этого замечательного автора.

Такую возможность как раз и предоставляет сборник Попутчики, куда вошла одноименная повесть, записки путешественника Астрахань - Черная Икра и совершенно изумительный рассказ С Кошёлочкой. Этот сборник составлен с большой любовью очень неравнодушным человеком Юрием Векслером, давно занимающимся творчеством Фридриха Горенштейна, сделавшим о нем совершенно замечательный фильм "Место Горенштейна" (https://www.youtube.com/watch?v=qES37A0gMAQ), готовящем сейчас к публикации книгу о самом Горенштейне, и являющимся полноправным соавтором рекомендуемой книги.

Произведения, вошедшие в сборник Попутчики известны меньше других книг Горенштейна, они написаны в разных жанрах и дает возможность оценить многогранность таланта писателя. Они не такие трагические и душераздирающие, как его большие романы, они легче и часто с улыбкой читаются, но они не менее интересны и прекрасны, глубоки, очень искренни и не оставят читателя равнодушным. Сборник Попутчики - хорошее начало для знакомства с писателем Горенштейном и отличное продолжение наслаждения его литературным талантом. Уверена, что книга никого не оставит равнодушным и увеличит число поклонников этого удивительного и неповторимого писателя! Для меня Горенштейн - один из лучших и важнейших русскоязычных писателей ХХ века.