Дама с камелиями (Сборник)

Чем больше им дают, тем шире становятся их требования

Большое утешение — рассказать о своих страданиях.

Она его слушала, не слыша, и смотрела на него, не видя…

Я была уже раз больна, и вы, не зная меня, выслушав от меня только дерзости в день нашего первого знакомства, вы приходили каждый день узнавать о моем здоровье. Теперь я снова больна. Мы провели вместе полгода. Я питала к вам такую любовь, какую только может вместить и дать сердце женщины, а вы все-таки далеко, проклинаете меня и не шлете мне ни слова утешения.

Вы знаете любовь к женщине, вы знаете, как незаметно проходит один день и наступает в любовной истоме следующий. Вам знакомо это полное забвение всего окружающего, которое порождает сильная, доверчивая и разделенная любовь. Все, кроме любимой женщины, кажется лишним. Начинаешь жалеть о том, что растратил частицы своего сердца на других женщин, и думаешь, что всю жизнь будешь сжимать только ту руку, которую держишь в своих руках.

– Значит, вы влюблены в меня? Признайтесь в этом поскорее, это проще.
– Возможно, но сегодня я нам не могу этого сказать, когда-нибудь в другой раз.
– Лучше будет, если вы мне этого никогда не скажете.
– Почему?
– Потому что в результате могут быть две вещи.
– Какие?
– Или я оттолкну вас, и тогда вы на меня рассердитесь, или я сойдусь с вами, и тогда у вас будет печальная любовница: женщина нервная, больная, грустная; если веселая, то веселость ее хуже печали.

Физическая болезнь убьёт нравственную боль, и через месяц он будет спасён.

Как бы ни была она равнодушна к обстановке, ее окружающей, любимая женщина теряет часть своего благоухания, своей цельности в соприкосновении с людьми и вещами.

Вот вам вся правда, мой друг, судите и простите, как я простила вам все зло, которое вы мне причиняли с тех пор.

... она очень страдала и с каждым днем становилась все бледнее и бледнее, все печальнее и печальнее. Моя любовь к ней, перешедшая уже как бы в ненависть, наслаждалась видом этой бесконечной печали.

«Бедная девушка, — подумал я, возвращаясь домой, — невесело было ей умирать. В ее кругу имеют друзей только тогда, когда все идет хорошо». И невольно мне стало жаль Маргариту Готье.

Истинная любовь всегда делает человека лучше.

С женщиной всегда нужно стесняться.

Подумать только, что я, может быть, не умру, вы вернетесь, я снова увижу весну, вы опять меня будете любить, и снова повторится наша прошлогодняя жизнь.

"Если хочешь выжать из людей все силы, - частенько говорил он, - и даже сыграть немного на их честности, их следует прежде всего столкнуть с их же потребностями"

«– Если я буду заботиться о себе, я умру. Меня поддерживает та лихорадочная жизнь, которую я веду. Кроме того, заботиться о себе хорошо светским женщинам, у которых есть семья и друзья;»

- Барин, чемоданы готовы.

• Совершенно?
• Да, барин.
• Ну, так развяжите их: я не поеду.

Как понятны становятся слова мадемуазель де Ланкло, которые она произнесла с глубоким вздохом сожаления, достигнув сказочного благополучия, будучи подругой принца Кондэ и мадам Ментенон: «Если бы кто-нибудь предложил мне такую жизнь, я бы умерла от страха и горя».

(с) "Дама с камелиями", Александр Дюма-сын