Морфий

Кратко: Входящие в сборник произведения М. Булгакова вряд ли смогут дать вам особые, запоминающиеся эмоции, но окажутся полезными в том случае, если вы ищете исторические и автобиографические сведения о жизни писателя.

"Морфий", "Записки юного врача" и "Приключения юного врача" соответственно - это не те произведения, которые смогут дать вам достаточно пищи для размышлений: я бы сказал, что эти рассказы являются скорее автобиографическими и историческими документами.
Конечно, это смешно, так грубо рассуждать в адрес такого великого писателя (хочу заметить, кстати, что для меня он не только великий, но и любимый писатель), но по правде говоря, сборник мне не понравился. Отчасти от того, что не успевает какой-то сюжет начаться, как он тут же заканчивается, отчасти от того, что нет глубокой мысли, о которой хотелось бы порассуждать, отчасти от того, что я слишком много ожидал от Булгакова после прочтения "Мастера и Маргариты".
Сильными сторонами этих произведений можно назвать прекрасное описание героев, интересная медицинская часть (было пару моментов, когда хотелось отвернуться от текста и не читать дальше, но чем же закончится?), их историческое и автобиографическое значение.
В общем если вы еще не читали книг Михаила Афанасьевича, то с этой не начинайте- не понравится. То же самое правдиво и в случае, если вы (как и я) прочитали у Булгакова что-то, что вам невероятно понравилось и решили дальше знакомится с ним с помощью этой книги. Лучше выбрать что-нибудь еще. Но если Булгаков стал интересен вам как человек, как личность со своей историей, то да- эта книга станет для вас настоящей находкой!

Небольшой рассказ про молодого доктора,работающего в глубинке. Обнаружив у одного мужика сифилис доктор с ужасом понимает что этой болезнью болеет чуть ли не пол деревни - от мала до велика. И всё почему? Да потому что они не боятся её. И все напрочь отказываются лечиться на первой стадии мазью. А приходят в больницу уже когда начался второй или третий период. И что делать в такой ситуации доктор просто не знает.

прочитана в рамках "Игра в классики"

Для тех, кто хоть немного знаком с биографией М. А. Булгакова, этот рассказ-повесть будет вдвойне интересен:

Во-первых, ну разве кого-то может не привлечь описание внутреннего состояния наркомана от "первого укола" до самого конца? Думаю, таких людей немного. В своем произведении Булгаков с детальной точностью описывает все, что чувствует человек, вставший на эту опасную тропу, и что приходится переживать окружающим.

Во-вторых, эта повесть автобиографична. Кроме того, в моем издании (возможно, во всех) были небольшие сноски, сверявшие жизнь Полякова и Булгакова. Однако концы историй этих двух людей, к счастью, различны.

Помимо всего прочего, повесть написана живым языком неоспоримого мастера, что делает её только привлекательнее.

Признаюсь, всегда боялась читать Булгакова. Но сама судьба мне подсказала, что именно эти повести - "Морфий" и "Записки юного врача" - я должна прочитать.
И они действительно стали мне интересны, ведь я снова прочитала послание от своего коллеги-медика. Сначала я приняла этот шаг за еще одну галочку в списке медицинской художественной литературы, но только потом, после прочтения, поняла, что нас с автором многое объединяет: те же трудности, те же почти мысли и тревоги (в "Записках"). А с "Морфием" мне было и немного страшно, и любопытно, - каково им, тем, кто на игле. Никому не пожелаешь их мучений и участи.
Но хватит о плохом! Я довольна книгой и не жалею о том, что провела с ней время. Советую ее всем, ценящим жизненные и прочувствованные произведения.

Есть такой разряд книг, ты их открываешь, и с первой же страницы, всем телом и душою погружаешься в мир, столь красочно и мастерски поданный автором. "Морфий" для меня стал одной из таких книг. Легкий снежок, падающий за моим окном превращался в непроглядную, леденящую душу снежную вьюгу, яркий электрический свет большой лампы под потолком, превращался в мягкий, уютный, успокаивающий свет керосинки. И я всецело оказывался в шкуре юного доктора, пытливо листающего страницы Додерляйна, чутко, при этом вслушиваясь, а не привезли ли сани роженицу с усложнением из соседнего поселка.
Несмотря на все законы физики, Булгаков сумел в единое мгновение отправить меня за сотни километров и лет в другую страну, и в другой век. Листая страницы его книги я отправлялся в другую реальность.
Но если выйти из книги и посмотреть на историю молодого врачевателя из стороны, то первая мысль которая меня посещает это уважение. Безграничное, невыразимое уважение к человеку заброшенному на край света, который твердо решил в одиночку бороться до последнего с "тьмой египетской".
В людях меня больше в первую очередь привлекают две вещи: ум и сила воли. Михаил Булгаков, как и его автобиографический герой на бумаге обладали и тем и другим. По данным, которые сохранились в архиве писателя, за год работы им было принято 15361 амбулаторных пациентов, сие значит, что доктору приходилось ежедневно выслушивать, осматривать, ставить диагнозы и соответствующе лечить около полусотни пациентов. Такой титанический и самоотверженный труд стоит немалого уважения.
Еще и нужно учитывать тот факт, что из всех развлечений там, в дали от всех благ цивилизации, были разве что, длительные беседы с медперсоналом, то бишь двумя медсестрами и фельдшером Демьяном Лукичем. Когда же от разговоров становилось тошно, можно было штудировать огромную библиотеку Леопольда Леопольдовича. В перерывах созерцая как за окном холодные, лапатые хлопья снега падали из бледно-молочного неба на ослепительно белую ковдру, покрывающую поля и дома, улицы и деревья.
В такой ситуации хочется спрятаться среди теплых, пушистых перин и забыться глубоким, красочным сном. Проспав так до того времени, пока до Грачевке не доберется утопическая оттепель, а вместе с нею, желательно, телеграф, театр и лоск витрин на оживленных улицах.
Неудивительно, что в таких суровейших условиях, волею случая отрадой и спасеньем для молодого врача становиться сладостный эликсир дьявола-морфий. Коварный змей, заманивающий в свои объятия блажью спокойствия, призмой райского миросозидания и подсознательной мыслю, мол "Я еще не морфинист, еще не поздно бросить". А прием морфия день ото дня становится таким же обыденным действием, как и прием пациентов. И выбраться из этой морфинистической ловушки становится так же трудно, как из рассказов великого русского писателя Михаила Афанасьевича Булгакова, впрочем, втрое не так уж и плохо

Великолепный сборник, в который вошли отчасти автобиографичные произведения - рассказы из цикла "Записки юного врача" и повесть "Морфий". Хотите взглянуть на мир глазами молодого врача, попавшего в российскую глубинку, где невежество цветет буйным цветом? Открывайте "Записки юного врача". Написано так ярко и атмосферно, что Вы практически перенесетесь в Мурьевскую больницу и будете стоять рядом с молодым доктором, пока он пробует, ошибается и побеждает болезни.
"Сорок восемь дней тому назад я кончил факультет с отличием, но отличие само по себе, а грыжа сама по себе". Людское невежество, кстати, тоже само по себе.

"Морфий" - практически история болезни в дневниковых записях, написанная самим больным. Повесть, полная боли и печали, которой веришь безоговорочно.

Обязательно ознакомьтесь, очень и очень рекомендую.