Отзывы о книге Тиша

«Их тело создает шум. Их мысли тоже. Их чувства. Мы все шумим»

Про книгу так и хочется сказать: «У них своя атмосфера». Понять то, что происходит проблематично. Тут и наезды налоговой инспекции, и цирк, и похищенная девочка и звуки, которыми наполнены люди. И их тональность может угадать главный герой – известный клоун Каспер, которого любят дети. Он плывет по строкам, а мы пытаемся это делать вместе с ним. Мало понимая, где вообще находимся, и что происходит. Клоун без гроша, без семьи, без детей. Из страны выдворяют, полиция разыскивает. А он ищет пропавших детей. Дети особенные, в момент их рождения на небе была радуга. И у этих детей есть то, что так ищет Каспер. Тишину.

Для меня, любящей конкретику и точность, роман слишком специфический. Здесь все передается через звуки, люди странные, их высказывания еще странней. Множество нелепых ситуаций, действий, поиск заветного. Пока читаешь, теряешь чувство реальности, погружаешься в мир человека, понять которого весьма сложно. Питер Хег, судя по немногочисленной информации, человек специфический. Затворник, отшельник, путешественник. Человек за гранью понимания большинства. Все его чувства, все мысли отражаются в романах. И это так не похоже на современную литературу. Здесь совсем другой стиль, совсем другая форма подачи материала. И не скажу, что читать было интересно. Мучила я ее некоторое время, бросила. Хотя очень этого не люблю. Вернулась, прочитала между строк и с удовольствием закрыла. Все – таки от чтения нужно получать удовольствие, а недоумение.

"Ад. Это не какое-то конкретное место. Ад транспортабелен. Мы все носим его в себе. Стоит нам только потерять контакт со свойственным нам врожденным состраданием, и раз-два — ад тут как тут".

Японская литература из Ютландии

Бывают крупные книжные магазины – например, петербургский «Дом книги», – в которых стенды с художественной литературой расставлены по географическому принципу. Два шкафа – немецкие авторы. Три шкафа – французские. По четыре – английские и американские. И один большой шкаф, разделенный на две половины, – с японской и скандинавской литературой.

Такое соседство, странное с точки зрения географии, оказывается на удивление логичным по смыслу. Литература стран Северной Европы и вправду напоминает произведения из Страны Восходящего Солнца – прежде всего непохожестью на остальную европейскую, заокеанскую и российскую словесность. Нобелевские лауреаты Кнут Гамсун и Сельма Лагерлёф, любимые с детства Туве Янсон и Астрид Линдгрен, постмодернисты Юстейн Гордер и Халлгримур Хельгасон – все они стоят особняком относительно литературного мейнстрима, и в этом похожи на Юкио Мисиму, Кобо Абэ и Харуки Мураками – самых ярких японских авторов.

Самобытен и датчанин Питер Хёг, отметивший в этом году свое 54-летие и за двадцать лет писательской карьеры выпустивший всего пять книг. Рассказ о нем стоит начать с его образа жизни: Хёг – затворник, в Интернете трудно найти хотя бы несколько его фотографий или интервью, а на русском языке их и вовсе раз-два и обчелся. Питер Хёг говорит, что у него бывают периоды крайнего уединения, когда он только и делает, что медитирует и пишет – длятся они от трех до шести месяцев, и в течение этого времени единственными, кто может общаться с ним, являются жена и дети.

Всемирная слава к Хёгу пришла в 1992 году, когда он опубликовал роман «Снежное чувство Смиллы», на русском языке вышедший под названием «Смилла и ее чувство снега». Это была детективная история, в центре которой – женщина-эскимоска, способная различать десятки оттенков и разновидностей снега и льда. Именно это умение, делающее ее непохожей на обычных жителей Копенгагена, и становится толчком к расследованию, которое Смилла берется вести параллельно с полицией: почему ее сосед, восьмилетний мальчик, упал с крыши? Как водится, расследование сталкивает героиню с прогнившей насквозь государственной системой и выявляет много такого, чего простым смертным выявлять нельзя. Если бы автором книги был не Питер Хёг, это была бы классическая детективная история: суетливая, с галопом мчащимся сюжетом, железной логикой и кристальной ясностью обстановки. Всего этого Хёг избегает. Действие то и дело спотыкается, читателю предлагаются размышления Смиллы о жизни и природе человеческих талантов, о детях и любви. Размышления эти предельно афористичны – кажется, что книги Хёга созданы для того, чтобы их раздирали на цитаты. Правда, на такие цитаты, которые не поставишь в статус «ВКонтакте» – мало кто поймет.

«Смилла» была экранизована в 1997 году, главную роль в фильме сыграла Джулия Ормонд. «Тишина» во многом похожа на самый успешный роман Хёга, правда, ее наверняка будет труднее перенести на широкий экран: здесь еще большее значение имеет внутренний мир героя, а именно таинственные звуки, которые он слышит. У Хёга вообще каждый роман – это история чьей-то аномалии, история отщепенца и непринятого обществом человека (впрочем, неприятие чаще всего взаимно). Каждая его книга – попытка взглянуть на мир людей глазами индивида, который к этому миру относится постольку-поскольку, чурается его и не вступает в полноценный контакт с ним. Героями Хёга часто становятся дети, а также взрослые с детским мироощущением, как клоун Каспер из «Тишины».

«Начиная писать, я остро почувствовал, что мне необходимо научиться жить в равновесии: с одной стороны, вести активную социальную жизнь с семьей и друзьями, с другой – огородить для себя отдельный участок, чтобы бывать одному», – говорит датский затворник в редком интервью русскому журналисту. И его книга действительно об этом: как удержаться в социуме, не потеряв себя? Как научиться слышать свой разум, свои чувства, а не поддаваться влияниям извне? Самое главное в произведениях Хёга всегда прячется глубоко в подтексте, расшифровать который можно лишь усилием воли – представив себя его героем, прочувствовав его внутренний конфликт. Запутанный сюжет, обычно похожий на детективный, – приманка для тех, кто опасается «сложных» книг.

Роман «Тишина» издан на русском языке в 2009 году, и это издание породило волну интереса к датскому писателю. Написанный холодным, отстраненным стилем, нелегкий на подъем и оставляющий впечатление «не от мира сего», роман этот будет с радостью воспринят вдумчивым читателем, который хочет отдохнуть от классических коллизий, тем и сюжетов англо-, франко-, немецко- и русскоязычной литератур. И пусть это не покажется странным, но поклонникам японской литературы Хёг понравится наверняка.

Хёг определённо не для всех. Но мне всё равно хочется рассказывать о его книгах всем и каждому, чтобы его читали как можно больше. Ведь они так прекрасны! Какой язык, какой замысловатый сюжет!

Знаменитый клоун Каспер Кроне обладает очень необычным даром. У него абсолютный слух. Он может услышать, как раскрываются почки на другом конце Копенгагена, как течёт кровь по сосудам, как звучит человек... Но однажды он встречает девочку, которая никак не звучит. Она излучает тишину.

Книга-головоломка, книга-загадка. Угадать, что будет на следующей странице, а иногда даже в следующем абзаце, было просто невозможно. Как связан клоун, Клара-Мария, землетрясение, музыка, полиция, похищения детей и налоги непонятно. И если вам кажется, что в процессе книги вы во всем разберётесь, вам это только кажется.

Сначала я не понимала ничего. И первая часть романа шла со скрипом. Во второй и последующих частях понятней не стало, но чтение просто полетело. Было интересно и красиво.

Если "Дети смотрителей слонов" покорили меня, "Смилла и ее чувство снега" влюбила в автора, то "Тишина" пригвоздила к писателю на веки вечные. Теперь я прочитаю всё, что он написал

Каждому человеку Всевышняя определила свою тональность, и я — клоун Каспер Кроне — нахожусь в той сложной ситуации, что я её слышу.

Новый роман Питера Хёга снова повествует о судьбе героя-одиночки.

На этот раз это 42-летний клоун [Генрих Белль "Глазами клоуна"] Каспер Кроне, наделённый уникальным даром слышать гораздо больше всех остальных и тянущийся из-за этого к тишине, пересекается с необычной 9-летней девочкой, которая её излучает...

Другое видение мира, глубокое знание музыки и размышления о смысле жизни приводит к смешению жанров — это одновременно философский, психологический и приключенческий роман.

P.S. Отдельно стоит поблагодарить за профессиональный перевод Елену Краснову.

— Раз уж ты во что-то веришь, не мог бы ты помолиться, чтобы нам помогли? — Нельзя ни о чем просить, — объяснил он. — Во всяком случае, просить, чтобы дали другие ноты. Только о том, чтобы сыграть как можно лучше те, что у тебя есть.

Что может случится, если главным героем сделать клоуна? Вся книга превратится в цирк. Мы попадаем в театр отборнейшего абсурда. А еще сюжет: все так интересно, атмосферно и настроенчески начиналось, и так нелепо закончилось. Обещали фантастику, а выдали мистику. На страницах этого романа вы встретите датскую полицию, отдел Н и не только, гениальных геологов, наемных убийц, монашеские ордена, вас ждут невероятные погони, засады, дети-индиго. И конечно же не убиваемый герой с супер слухом, который с пулевым ранением в живот, переломом черепа, левого запястья и двух ребер, колоссальной потерей крови и тремя выбитыми зубами рвется спасать неизвестных ему детей. В прошлом богатый и знаменитый, в нынешнем одинокий и нищий. Такой вот Мессия ХХІ века. Все персонажи от макушки и до пяток абсолютно лживы. Единственный, кто вызывает теплые чувства и уважение - Максимилиан Кроне. Эта книга звенит, переливается, играет, она вся сплошное движение и звук. Чего я в ней не нашла, так это заявленной тишины. Эта какофония не прекращается ни на минуту.

Сама манера построения книги до зубовного скрежета напоминает Бойню №5 Воннегута. Хёг так же пытается перепрыгивать из тогда в сейчас и обратно, но у него не выходит ясно это прописать. Только обрисовывая любовную линию, автор выделяет её, делает чем-то отдельным, уточняет - перед нами воспоминание. Всё остальное идет однородной массой, без ощутимых разграничений на год назад, месяц, неделю, сейчас. Чтобы по настоящему погрузиться в книгу надо знать Копенгаген. При чтении перед нами предстает не Барселона К.Р.Сафина из Тень ветра , а реинкарнация Жюль Верна. Тянет обложится справочниками по геологии и детальными картами Копенгагена, не исключая карту коллектора. Становится даже неуютно из-за того, то ты не знаешь таких элементарных вещей, просто прописных истин... А еще ведь классическая музыка, которая вот-вот хлынет на тебя со страниц бурным потоком и поглотит, поминай как звали. Бах, Моцарт, Бетховен, Гайдн, ре-минор... Перед прочтением рекомендуется получить музыкальное образование.

"Условно пригодные" произвели на меня более сильное впечатление, чем "Тишина". В последнем случае налицо отличная задумка, чрезвычайно обаятельный главный персонаж - это замечательно, но вот развитие сюжета при таких исходных данных просто надуманное, из пальца высосанное и мне непонятное. Уклон в мистику, религиозные вопросы, какой-то христианский суфизм выглядят странно и неубедительно, даже не к месту, создавая лишнюю путаницу во всей этой закрученной истории. Результат - неясно, кто во всем сыр-боре виноват, злодейские ли злодеи, а если не злодейские, так зачем они вообще. Но Хёга я все равно люблю за большую наблюдательность к окружающей действительности и человеческим способностям (и за любовь к Баху!). А некоторые пассажи про звук (вероятно, он-то и является главным героем книги) займут достойное место в любом сборнике афоризмов.