The Science of Discworld

ЖИЗНЬ ВОЗНИКАЕТ ВЕЗДЕ, ГДЕ ТОЛЬКО МОЖНО.
И где нельзя тоже.

ЧТО-ТО ЗАСТАВЛЯЕТ КРУГЛЫЙ МИР ДЕЛАТЬ СТРАННЫЕ ВЕЩИ...
Такое впечатление, что он сопротивляется правилам или создает их по мере надобности.

- Заявляю вам, Главный Философ, что мы не можем владеть вселенной.

• Да ладно, она ж с гулькин нос.
• Только снаружи, сэр. ГЕКС говорит, что внутри она гораздо больше.
• И Декан шевелил там своими пальцами, - продолжил Главный Философ.
• Вот именно! - вскричал Декан. - А следовательно, я - почти бог.
• Повозюкать туда-сюда перстами и сказать: "Ой! Щекотно!" - это не по-божески, - отбрил Чудакулли.

ПОТЕНЦИАЛ - ЭТО КЛЮЧ КО ВСЕМУ.
Теперь нам предстоит убедить вас в том, что большое количество вакуума и парочка законов обладают огромным потенциалом. Дайте им только время, и они породят людей и черепах, погоду и Интернет, только не надо торопиться.

С крыши лился растаявший снег. Каждая сосулька превратилась в водопадик с палец толщиной. Большая дверь, покряхтывая, неуклюже перемещалась по парящему газону.

• Декан, забодай тебя комар, держи крепче свой конец.

За окном, с противоположной стороны сада, над факультетом Высокоэнергетической Магии висело дрожащее марево. На глазах Аркканцлера два здоровенных бронзовых шара на его крыше обвили пурпурные молнии.
По доброй старой магической привычке Чудакулли успел рухнуть на пол за мгновенье до того, как взрывной волной выбило окна.

- Кто-нибудь скажет мне, что здесь происходит, черт побери? - заорал Чудакулли в окружающую пустоту. Ну, не совсем в пустоту. Из пара выплыло нечто, отдаленно напоминающее айсберг. Это был Декан.

– Почему нет?
– Потому, – ответил наконец Аркканцлер.
– Превосходный ответ, сэр, – сказал Думминг со всей возможной учтивостью. – Тем не менее он захлопывает дверь перед носом у других вопросов.

Наш разум развивался для решения конкретных задач: выбор партнера, охота на медведя с помощью острой палки и как пообедать, постаравшись самому не  превратиться в обед.

Современное название того, что они раньше именовали «ересью» и «натурфилософией», – наука.

В прошлом природа была нашим естественным окружением. Мы эволюционировали, чтобы к ней приспособиться. Сейчас мы сами стали окружением для природы, приспосабливая ее под свои нужды.

В нашем мире такие понятия называются «привативными», то есть обозначающими отсутствие чего-либо. И в нашем мире привативы не существуют сами по себе.
Существует знание, но не невежество; есть тепло и свет, но нет холода и тьмы — они не воплощены в реальных объектах.

Похоже, к тому времени, когда мы наконец сообразим, что же такое «окружающая среда», ее уже не будет. Мы изменили облик планеты как в малом, так и в большом.
Чтобы жить в гармонии с природой, нам надо настроиться на одну с ней волну. Для этого мы должны понимать природу. Одних добрых намерений тут недостаточно. В этом понимании нам может помочь наука, главное – использовать ее с умом.

Людей делает людьми особая разновидность магии, именуемая образованием. С ее помощью мы можем передавать идеи от одного поколения другому. Вот если бы мы были компьютерами, то просто копировали бы нашу память и вставляли бы ее в мозг детям. Тогда они не спорили бы с нами по любому вопросу, а всегда соглашались с нашим мнением - любо-дорого посмотреть.

-... Но, похоже, он в замешательстве.

• Его должностные обязанности состоят отнюдь не в пребывании в замешательстве.

Стоило упасть камню в одном месте или случиться цунами в другом - и мы бы уже не были самими собой. Но замечательно то, что, скорее всего, мы просто стали бы чем-то другим.

Волшебники могут смириться с любыми лишениями и неудобствами при условии, что те происходят не с ними.