Серебряный век русской поэзии. В документах, воспоминаниях. Хрестоматия для учащихся старших классов

В окно лилось кажущееся безучастье безмерного мира.

Но вне легенды романтический этот план фальшив. Поэт, положенный в его основанье, немыслим без непоэтов, которые бы его оттеняли.

Он (Маяковский) с детства был избалован будущим, которое далось ему довольно рано и, видимо, без большого труда.

О, если бы только эта радость была ровней и правдоподобней.
Но она невероятна и бесподобна.

Одинаковой пошлостью стали давно слова: гений и красавица. А сколько в них общего.

Но разве бывает так грустно, когда так радостно? Так это не второе рождение? Так это смерть?

Может быть, прав страшный мир?

Достоевский – человек, дерзающий беспредельно сомневаться и в то же время имеющий силу беспредельно верить.

Гончаров и Тургенев, в эпоху грубого реализма, бессознательно, непреодолимым инстинктом отыскали новую форму, Достоевский и Толстой – новое мистическое содержание идеального искусства.

Из всего искусства именно его происхождение переживается всего непосредственнее и о нём не приходится строить догадок... Самое ясное, запоминающееся и важное в искусстве есть его возникновение, и лучшие произведения мира, повествуя о наиразличнейшем, на самом деле повествуют о своем рожденьи...