Мы вышли покурить на 17 лет...

А вот Мишаня - интеллигентный юноша из хорошей семьи. Он Лимонова читал...
...продолжая цитату, как бы вступая с ней в диалог, хочется ответить: "Это видно".

Проводя аналогию между сборниками рассказов как литературной формой и сборниками песен как формой творчества музыкального (а Миша Елизаров все-таки еще и музыкант), можно сказать, что сборники рассказов бывают (сразу оговоримся, что это такая попытка "народного" литературоведения по образу и подобию народной этимологии М. Задорнова) трех условных видов: строго концептуальные, составленные и написанные в соответствии с определенным авторским замыслом (музыкальный пример - "Animals" Флойдов, литературный - "Сахарный кремль" Сорокина); именно сборники - не "альбомы", - ничем не объединенные и скорее представляющие собой накопленный за определенный промежуток материал (музыкальный пример - любой рэперский микстейп, литературный - "Белый квадрат" того же Сорокина); третий же тип возникает тогда, когда созданный по второй модели сборник обнаруживает в себе некую концептуальную целостность, автором, возможно, не предусмотренную. "Мы вышли покурить..." мне представляется книгой именно этого, третьего типа.

"Набрал хороших на один компакт" - это, строго говоря, название альбома Петра Мамонова. "Строго говоря", потому что, формально это альбом "Звуков Му", но, как и любой их альбом, он максимально авторский. Если сказать еще строже, это сборник, в названии которого полностью передан метод работы над ним. При этом - как все у Мамонова, очень концептуальный. "Мы вышли покурить...", в котором название соответствует не только заглавному рассказу, но и одноименной песне Елизарова, производит схожее впечатление.

Максимально разнородные тематически, стилистически, по размеру, в конце концов, тексты складываются в такой удивительно цельный портрет (говорить, что это "автопортрет" мы, конечно, не будем) сказочного героя Миши Елизарова-писателя (не знаю, почему в последнее время ввернул слово "сказочный", но пусть будет). Писателя, который действительно, как сказано в заглавном рассказе, Лимонова читал (а иногда кажется, что Лимоновым прямо-таки зачитывался).

Прозу филолога обычно видно за версту, и Елизаров, хотя иногда кажется, что добивается противоположного эффекта, все же не исключение. Еще в "Ногтях" чувствовались не то чтобы влияния, а именно целенаправленное использование тех или иных претекстов и мотивов, пусть и умело замаскированное. Ничего плохого в этом, разумеется, нет, и читателя здорового эти вещи даже не побеспокоят (как и читателя-филолога, т.е. уже не совсем здорового), но рыбак рыбака видит издалека. При этом филологичность Елизарова совсем иного склада, нежели холодная работа хирургическими инструментами Водолазкина или безвылазное корпение над пыльными манускриптами Эко. Метод Елизарова (именно в этом сборнике, в фольклорно-ритуальных "Ногтях" все же иное) - лихое "панкушное" гонзо, в котором россыпью поблескивают вкрапления вполне академических впечатлений.

Да, Лимонова читал. Читал и Хармса: по крайней мере, "Заноза и Мозглявый" - лучший, на мой вкус, рассказ сборника, - читается как хармсовский "Пакин и Ракукин" извода русских девяностых, смягченный при этом хармсовским же хэппи-эндом на мотив "И вот тут-то могучий отдых остановил мое сердце..." Много кого читал, много чего, и все это есть в этой книжке, точно так же, как было оно и в ногтях. Единственная проблема, которая видится мне в этом сборнике - несоответствие его фактуры душевному складу автора. Поясню.

Есть ощущение, что в "Мы вышли покурить..." Елизаров старательно хочет быть мужским автором. Ступая на скользкий путь гендерных характеристик, поясню еще немного поточнее. Вот, к примеру, есть невротичный и женственный Андрей Белый, а есть брутал и стопроцентный мужчина (в самом архетипическом смысле) Гумилев. В "Мы вышли покурить..." видится попытка автора написать маскулинную брутальную прозу (без негатива), будучи человеком слишком тонкого душевного строя (без негатива).

Одним словом: "Набрал хороших на один компакт". Есть жемчужины, по типу "Занозы и Мозглявого" и "Кэптен Моргана", есть вещи достаточно необязательные, но такие вещи есть, если подумать, почти в любом сборнике рассказов. Как и почти в любом музыкальном альбоме. Мишу Елизарова-музыканта, признаюсь честно, не слышал, но уверен, что он тоже человек очень умный и очень хороший, как и Миша Елизаров-писатель. И Лимонова тоже читал.

Читаешь книгу рассказов, и тебя качает как на морских волнах. Вот «Маша», отличная вещь, загораешься ты. Следующая, «Паяцы» – провал. «Заноза и Мозглявый» - опять успех. «Готланд» тоже захватывает, но следующий «Кэптен Морган» снижает уровень, а «Зной» смотрится инородным очень слабеньким и незрелым. Конечно, это мои впечатления, но и перепады от чтения столь разнокалиберных, абсолютно не похожих друг на друга, рассказов вызывают то радость, то желание бросить книгу из-за откровенно непроработанных историй. Как будто собрал писатель их кучку, пусть читатель сам разбирается.
Из двенадцати рассказов мне понравилась ровно половина. Особенно выделил бы «Дом», основу которого можно смело было разворачивать в добротный роман, потому что персонажи, описанные в нём, заслуживают более серьёзной литературной судьбы, следить за жизнью каждого из них лично мне было очень интересно. Жаль, что знакомство с ними вышло таким скоротечным…
В таких случаях обычно появляется раздражение на автора. Почему так неровно? Особенно бесит поверхностное отношение к отдельным героям, не любит их автор. Написал и с плеч долой.
Для меня не «каждый рассказ в сборнике по-своему хорош», а каждый следующий как лотерейный билет. Либо повезёт, либо пусто…

Не помню каким ветром занесло книгу в мой виш, зарекалась же не читать про 90-е... Сборник оставил неоднозначное впечатление. Безусловно, автор - мастер в языковых построениях. Его макраме из слов, игра в ассоциации, жонглирование тропами вызывают неподдельное восхищение. Но парадоксально, - чем больше в тексте метафор, тем меньше смысла.

Сборник написан в 2012 году, через пять лет после «Библиотекаря», но воспринимается как ранняя авторская проза. Дело в том, что он о времени юности Елизарова – о девяностых, к тому же некоторые рассказы напоминают наброски начинающего стендапера. И хотя автор утверждает, что все персонажи вымышленные, образ его самого  мелькает то тут, то там. Интересно, почему в 2012-м Елизаров решил вернуться в то время? Неужели внезапно дали о себе знать фантомные боли утраты советского детства и юношеские травмы от перестройки?

В сборнике двенадцать рассказов, в которых присутствуют приметы того времени: криминал, братки, алкаши, приезд в Москву на заработки, съемное жилье, подработки в пионерском лагере, отдых в Ялте, первые поездки за границу. Почти во всех рассказах многообещающая завязка, меткие описания персонажей, но пробуксовывающая середина и невнятный финал. Все герои у Елизарова нелепы и смешны, гротескно преувеличены - буквально вереница карикатур. Видимо, тоже травмированы перестройкой и разгулом демократии. В целом, этот сборник - о жизни обывателей после развала СССР, когда все определяли деньги и физическая сила, - сплошной меркантилизм и никакого героизма...

Мне нравятся сборники рассказов, их удобно читать перед сном, быстрые законченные истории. Но минус в том, что даже если рассказ интересный, глубоко в него не погружаешься, и как только начинаешь читать следующий, предыдущий уже не помнишь. Как правило, из сборника запоминается 1-2 рассказа.

Но здесь – другое дело, в этом сборнике мне понравилось и запомнилось абсолютно все. Особенно я удивилась, когда дошла до последнего рассказа, Меняла, и поняла, что уже читала его, давно, в каком-то журнале, наверно. И помню некоторые моменты прям дословно. Впечатался.

В общем, Михаил Елизаров – автор года для меня. Это третья книга, до этого прочла Библиотекаря и Землю. Он пишет просто чудесно, мастер слова.

Представьте себе: вас бросили, но вещей не пережили расставание и не отпустили облик своей любви. Что делать в таком случае? Вариантов масса.
Герой рассказа выбрал не совсем стандартный. Нашёл женщину, свою поклонница, с очень бурной фантазией и несдвигаемым темпераментом. Она так его задолбала своими бесконечными придумками и выкрутасами, что он и думать забыл про ту. Ну почти... Совсем почти...
Мне пришлись по душе не все повороты в рассказе, но он определённо меня позабавил. И тоскливо, и смешно, и даже нелепо.

Михаил Юрьевич Елизаров (1973 г.р.) – писатель и музыкант. Его сборник рассказов «Мы вышли покурить на 17 лет...» получил "Приз зрительских симпатий" премии "НОС" (2014).

Я раньше никогда не читала книги М. Елизарова, этот сборник – первое знакомство с его творчеством.
В сборник вошли 11 рассказов и повесть "Дом". Многие рассказы написаны от первого лица. И хоть автор в самом начале предупреждает, что "в книге ни слова правды", но всё-таки чувствуется, что большинство историй почерпнуты из личного жизненного опыта писателя.

В сборнике местами проскальзывает нецензурная лексика. Ну что ж, это примета нашего времени. Тем более, что время действия – "лихие 90-е", и  герои – простые люди из народа. Темы разные, как и сама жизнь, – любовь, измены, жестокость, одиночество.

Язык у М. Елизарова красочный, сравнения меткие, юмор острый.
Но в целом у меня сложилось какое-то неоднозначное мнение об этом писателе. Безусловно, он  талантливый мастер слова и сюжета, но эта книга получилась, на мой взгляд, слишком грубая и циничная. А я такое не люблю.
Из всех рассказов сборника меня  впечатлили всего четыре. Это: "Готланд", "Рафаэль", "Дача" и "Меняла".

Цепляет. Весь сборник - зарисовки, образы из жизни. Вот перед нами пара за 40 лет явно уже без счастливого будущего... А вот гасторбайтер с просроченной визой, мечтающий, чтобы это не заметили на таможне... А тут - 1990-е годы, "качалка" (в которых в те годы вперемешку занимались и обычные люди и силовики мелкого рэкета и прочая шпана)...
И вообще много зарисовок именно конца 1980х-начала 1990х. Из юности многих из нас. Уже ради этого стОит прочитать. Я пару узнавал себя или ситуации, в которых бывал сам.
Простенько стилем, но цепляет. С матом по ситуации. Жёстко - в плане, что правдиво. Очень всё узнаваемо.

От названия сразу повеяло ностальгией. Чем-то утраченным, оставшимся глубоко в прошлом. Шагами, что были сделаны и маршрутом, который был пройден. Ещё недавно мы формировались и постигали науку жизни, а теперь смотрим на всё это и глубоко вздыхаем. Время стремительно уносится в будущее, приближая нас к смерти.

И наша жизнь - это, всего навсего, некий путь разбитый на множество отрезков: пронизывающая холодом дорога из Германии в Готланд, обжигающая солнцем дорога по Крыму, уносящий вдаль железнодорожный путь, или же дорога наркотическая, трип.

Путь имеет начало и конец. Это аксиома. И как бы он не тянулся в мгновении, пролетит - не заметишь. Выйдешь покурить на пять минут, зайдёшь назад, а прошло целых 17 лет... Это красивая метафора, Елизаров подобрал цепляющий заголовок, мне нравится. В этих словах чувствуется сила. Под этими словами и плотной обложкой скрываются вехи жизни Михаила Юрьевича, его личностное становление и ответ на вопрос: почему он стал таким, каким стал и делает то, что делает.

Слоем выше идёт: харьковская юность и немецкая молодость, нужда в России и трипы в Европе; свидания с шизовками, употребление запрещённых веществ и избиения в подворотнях. Рассказы по большей части бытовые, без вывертов и без треша свойственного первым сборникам Елизарова. Стиль временами вычурный, но при этом не лишён красивых образов и словесных оборотов.