Цитаты из книги Selected Plays

Второй солдат. Тетрарх очень любит вино, У него есть три сорта вин. Одно с острова Самофракии, пурпурное, как мантия цезаря. Каппадокиец. Я никогда не видел цезаря. Второй солдат. Другое с острова Кипра, оно желтое, как золото. Каппадокиец. Я очень люблю золото. Второй солдат. И третье вино — сицилийское. Это вино — красное, как кровь.

Ничто так не респектабельно, как хороший наемный кэб

все мы сейчас так обеднели, что комплименты — это единственное подношение, какое мы можем себе позволить

Теперь все стали умниками. Шагу не ступишь, чтобы не встретить умного человека. Это становится национальным бедствием. Ах, если бы у нас осталась хоть парочка дураков. Увы, ни одного не найдешь.

Если б он меня любил, он бросился бы за мной, он силой увез бы меня домой. Но он меня не любит. Он думает только об этой женщине… она околдовала его… подчинила себе. Чтобы завоевать мужчину, женщине нужно лишь разбудить в нем все самое дурное, что только в нем есть. Ты делаешь из мужчины Бога, и он, этот мужчина, тебя бросает. Ты делаешь из него зверя, и он тебе лижет руки и повсюду за тобой ходит. Как невыносимо ужасна жизнь!

Дамби. Меня любили страстно, безумно. И очень жаль. Это невероятно мешало мне в жизни. Я бы не прочь иметь иногда немножко свободного времени. Лорд Огастус (оборачиваясь). Чтобы кой-чему поучиться? Дамби. Нет, чтобы забыть всё, чему меня учили.

Нам, разумеется, будет очень больно с ней расстаться, но я считаю, что, если мать каждый сезон не расстается по крайней мере с одной дочерью, значит у нее нет сердца.

Возможно, то, что мы зовем злом, на самом деле добро, а то, что мы зовем добром, — зло.

Джек. <...> Поручусь чем угодно, что через полчаса после встречи они назовут себя сёстрами. Алджернон. Женщины приходят к этому только после того, как обзовут друг друга совсем другими словами.

Потерю одного из родителей еще можно рассматривать как несчастье, но потерять обоих, мистер Уординг, похоже на небрежность.

“Теперь не время носить маску внешних приличий. Если я вижу лопату, я и называю ее лопатой.”

“Милосердие, дорогая мисс Призм, милосердие! Никто из нас не совершенен.”

“Алджернон. В Австралию! Лучше на тот свет! Сесили. Да, в среду за обедом он сказал, что вам предстоит выбирать между этим светом, тем светом и Австралией.”

“Джек. Да. Чудесная старушка. Живет в Тэнбридж-Уэллс. Ну, давай сюда портсигар, Алджернон. Алджернон (отступая за диван). Но почему она называет себя маленькой Сесили, если она твоя тетка и живет в Тэнбридж-Уэллс? (Читает.) "От маленькой Сесили. В знак нежной любви..." Джек (подступая к дивану и упираясь в него коленом). Ну что в этом непонятного? Есть тетки большие, есть тетки маленькие. Уж это, кажется, можно предоставить на усмотрение самой тетки.”

Джек. Я вовсе не намерен с тобой спорить. Ты всегда обо всем споришь. Алджернон. Да все на свете для этого и создано.

Experience is the name every one gives to their mistakes.

Чтобы завоевать мужчину, женщине достаточно разбудить самое дурное, что в нем есть.

Злословие это те же сплетни, только приправленные моралью и поэтому смертельно скучные.

МАЛАДЫ СІРЫЕЦ. Якая прыгожая сёння царэўна Саламея! ПАЖ ІРАДЫЯДЫ. Ты ўвесь час глядзіш на яе. Ты глядзіш на яе занадта часта. Не трэба так глядзець на людзей. Гэта можа дрэнна скончыцца.

Два наиболее уязвимых пункта нашего времени — это отсутствие принципов и отсутствие профиля. Стиль в значительной степени зависит от того, как держать подбородок. Теперь его держат очень высоко, Алджернон!