Цитаты из книги Уилт

Очень может быть, что здравый смысл - та же гениальность.

- Дескать она меня будет ублажать французской любовью, а я тем временем буду ей языком запендюривать. Гадость какая. Такое, наверно, и закон запрещает.

Женщине, способной заставить инспектора Флинта замолчать одним прямым ударом в голову, цены не было.

- Но полиция считает, что она умерла.

• Такие женщины не умирают,- провозгласил доктор Боард.- Она может лопнуть, но память о ней будет жить вечно.

И вообще, психологическое объяснение требовало такой степени самопознания, которой Уилт, будучи не уверен, что у него вообще есть, что познавать в себе, был лишен.

-Он все читает и рассуждает о книгах. Я ему говорила, что он не знает, что такое настоящая жизнь. *** Сидя в передвижном отделе по убийствам, Уилт быстро набирался опыта.

– Она уже шесть лет как бросила курить, и потом вся эта бредятина насчет «крошки пениса» и сосания сосков. Учти, орально. Питер Брейнтри покачал головой. – Какое пакостное слово, – заметил он. – Если хочешь знать мое мнение, то, что оно подразумевает, не менее пакостно, – заметил Уилт.

– Хорошо, что Генри не такой, – сказала Ева. – Я бы не смогла жить с извращением. – Да не извращенец он, детка. Джи просто помешан на пластике. – Ну тогда я не знаю, что такое извращенец, – сказала Ева.

Не меньшего уважения заслуживал и ее замечательный голос. Как однажды сказал Уилт: в восемьдесят два года таким голосом уже не расколешь бутылку шампанского с расстояния пятидесяти шагов, но с сорока можно до смерти напугать волкодава.

....если вы хотите получить старшего преподавателя, не стоит оставлять пятна крови на журнале после драки с учащимися

– Дни вина и роз уже позади, – сказал Гаскелл. – Напомни мне не забыть с тобой развестись.

Основная трудность с гуманитарными науками в том, что никто толком не знает, что это такое.

Инспектор, если бы я следовал каждой мысли, приходящей мне в голову, то меня бы уже осудили за растление малолетних, мужеложство, разбой, грабёж, нападение с целью нанесения тяжких телесных повреждений и массовое убийство.

И, несмотря на все эти приставания, Ева сохранила добродетель. Ее игривость мастодонта, настойчивые призывы к танцам и, самое сильнодействующее, ее манера говорить громко и довольно грубым голосом «Да вы безобразник!» в самый неподходящий момент производили поразительный сдерживающий эффект.

...Уилт впервые почувствовал, что не сможет осуществить свое предназначение — жить так, как он сам считает нужным, — если с его женой не произойдет какого-нибудь страшного и не совсем случайного несчастья.

На каждый вопрос есть ответ, и не важно, каков этот ответ, если он звучит убедительно. В XIV веке сказали бы, что эти мысли у него от дьявола. Теперь же, в послефрейдовскую эпоху, начнут болтать о комплексах или, что современнее, о химическом дисбалансе. Через сотню лет появится совершенно иное объяснение. То, что является правдой в одну эпоху, оказывается полным абсурдом в другую.

Святой отец задумчиво потягивал спирт. если верить хотя бы четверти ее исповеди, то муж должен быть счастлив, что получил наконец возможность обходиться без нее.

Уилт как-то заставил себя прочитать «Так говорил Заратустра» и пришел к такому выводу: либо Ницше сам не знает, о чем пишет, либо знает, но пытается это скрыть, прикрываясь за частоколом бессмысленных фраз. С веселой непринужденностью он умел лихо манипулировать различными бессмысленными категориями. Любителям сурового слова должен понравиться Гегель. А после мрачнейшего Шопенгауэра «Король Лир» покажется вам буйным оптимистом, оказавшимся под действием веселящего газа.