Жил да был в Ленинграде известный ученый, археолог-палеолитовед, исследователь далеко не кабинетный. Копал Костенки и другие стоянки эпохи палеолита на Русской равнине, публиковал научные статьи, книги и монографии, читал лекции, пользовался уважением коллег и студентов. И, возможно, даже не думал о том, чтобы заняться писательством.
Но тут наступили 90-е годы, развалился СССР, Ленинград снова стал Санкт-Петербургом, и вообще жизнь в стране очень поменялась, причем не всегда к лучшему. С одной стороны, идеологической и прочей свободы стало определенно больше; с другой – именно вследствие большой свободы на свет местами полезло такое, о чем раньше упоминали разве что в шутках или страшилках…
Ученый, о котором у нас речь, интересовался не только чистой наукой: читал он и художественную литературу, а порой и научпоп, в том числе археологический – надо ведь знать, что и как коллеги и всякие там журналисты рассказывают о твоей науке широкой публике! И вот постепенно начал он замечать, что растет в народе интерес к жизни далеких предков – так называемых первобытных людей. Стало на эту тему выходить много книг – и русскоязычных, и переводных с бывшего гнилого, а теперь вожделенного Запада – в газетах то и дело появлялись заметки о последних находках и открытиях…
Сам интерес, конечно, не радовать не мог – чего не скажешь о способах его удовлетворять. Газетные статьи и научно-популярные книги чаще всего писались не специалистами, а журналистами и литературоведами, и потому были, в лучшем случае, поверхностны, а в худшем – вопиюще невежественны. В художественной литературе и подавно – сплошные дамы в меховых бронелифчиках и брутальные мачо в шкурах, с психологией то ли американских ковбоев, то ли питерских гопников. Какая там историко-археологическая достоверность – главное, чтоб «духовный поиск» какой-нибудь был да эротики с мистикой побольше, кровищи вот еще подпустить можно… Это же художники, они так видят! А стоит какому-нибудь ученому заикнуться – что это, мол, у вас герои опять мамонта в яму загнали или, к примеру, промискуитетничают, ведь наука-то считает… - тут же обиженно поджимают губки: «У нас литература, а не научный трактат! Не нравится – напишите лучше!»
И наш ученый решил написать. И научпоп, и… художественные книги.
И написал! Целых два романа – « Закон крови » и « Тропа длиною в жизнь ». Говорят, задумывалась и третья книга – первые две очевидно связаны между собой – но, увы, даже самые лучшие ученые не вечны… Так что романы остались дилогией. Отличной дилогией со всех точек зрения.
Если вас, как и меня, уже тошнит от постоянных «исторических условностей» (а говоря прямо – невежества) в якобы исторических романах современных авторов – книги «Олега Микулова» (это псевдоним) можете читать смело. Здесь не будет не только дам в бронелифчиках и помидоров на столе охотников на мамонтов, но и куда более мелких и не всегда заметных глазу неспециалиста ляпов, вроде рыболовных крючков у людей палеолита. Все – в высшей степени достоверно, все описано очень подробно – где жили, что ели, во что одевались, как проводили инициации и хоронили мертвых – и при этом так увлеченно, таким живым языком, что кажется, будто сам побывал на палеолитическом стойбище. Да не на каком-нибудь условном «стойбище вообще» - читая, с радостью узнаешь знакомые по научным публикациям объекты и артефакты, в том числе знаменитую Сунгирскую стоянку, Капову пещеру, находки в Моравском Красе… Жаль, что автор не нарисовал к роману карту путешествий своих героев – но при желании это будет нетрудно сделать читателю, если он имеет какое-то отношение к археологии палеолита. Все очень легко опознаваемо.
Конечно, романы – не только бытописательные. Есть здесь и приключения, и разные житейские истории, и даже мистика с «духовным поиском» (без этого ведь современная молодежь, пожалуй, и читать не станет!) Но эти мистика с поисками отнюдь не притянуты к повествованию за уши. Они описаны такими, какими теоретически могли бы быть именно в первобытном обществе – с учетом первобытного мышления, верований (насколько мы сейчас можем их реконструировать), общественных отношений… Даже в таких «скользких темах» автор старается не изменять принципу достоверности, как ни странно это прозвучит. Люди того поколения – и вообще настоящие ученые – просто не умеют работать некачественно, за что бы они ни брались.
Жаль, очень жаль, что третьего романа мы уже никогда не увидим… Но, может быть, кто-то захочет продолжить начатое автором дело? Нет, не дописать за него трилогию – а написать собственные художественные книги на археологические и исторические темы, причем книги качественные со всех точек зрения, как литературной, так и фактологической?
Очень, очень хотелось бы на это надеяться…
17 понравилось
