Царствование Анны Леопольдовны рассматривается историками не столько с политической, сколько с альковной стороны. И внимание уделяется не столько событиям, сколько личности этой неудачницы-императрицы. В традиционной историографии этот вопрос стараются обойти стороной. Валентин Пикуль изображает Анну как вечно влюблённую засранку. Евгений Анисимов делает из неё мученицу. Что же касается Игоря Курукина, он рассматривает Анну именно как правительницу и находит в ней много общего с… Елизаветой Петровной: • обе были урождёнными Елизаветами, и обе отличались вполне привлекательной внешностью, о которой обе довольно серьёзно заботились; • обе отличались шалавистым поведением, и обе изгадили жизнь Антону Ульриху; • обе не хватали с неба звёзд, и обе рассматривали правление не столько как служение Отечеству (как, например, это делал Пётр 1), сколько как получение дополнительных плюшек; • обе были возведены на престол гвардейцами, и обе вполне неплохо начинали. НО: • Анна не умела пиарить достижения своего царствования, Елизавета умело пиарила даже своё сомнительное происхождение; • Анна, стоило только сгуститься тучам над её головой, стремилась уйти в частную жизнь, тогда как Елизавета начинала сучить ножками и решать проблемы; • Анна не умела привлекать к себе сторонников или работать с теми, кто имелся в распоряжении, у Елизаветы с этим был полный порядок; • Анна, наконец, не понимала, куда, собственно, надо двигаться, Елизавета худо-бедно, но придерживалась заложенных Петром тенденций. Этим, собственно, и объясняется тот факт, почему одна в конце жизни оказалась в шоколаде, другая – в дерьме. Если же на минуту представить, что произошло бы, не будь знаменитого ночного переворота, выводы будут не очень утешительны. Те качества, что погубили в итоге Анну, и на истории России сказались бы не очень здорово. Да, она начинала править с благими вроде бы намерениями. Но уже в первые месяцы своего правления сдалась, ограничиваясь простым утверждением предлагаемых ей резолюций. В результате снизилась административная и законотворческая активность власти. Да, она была добра и милостива, и не скупилась на награды. Но делала это бестолково, так что от наказания избавлялся и раскаявшийся взяточник, и чиновники, пойманные на подделке документов. Милость оказывалась и человеку, пострадавшему от ложного доноса, и доносчику, давшему ложные показания. Награждались и заслуженные боевые офицеры, и придворные лакеи. В нарушение Табели о рангах высокие чины получали абсолютно левые люди, и уходили в отставку единомышленники. Да, чисто по-человечески она была любящей и искренней. Но для успешного правления этого мало: нужен трезвый взгляд на вещи. А она, прекрасно зная, что такое бироновщина, и как к Бирону относятся в народе, недвусмысленно собиралась повторить линаровщину. Более того, среди её довольно обширного окружения не было ни одного по-настоящему сильного и способного к управлению человека. Наиболее талантливый Остерман мог максимум либо быть хорошим исполнителем, либо подсиживать конкурентов. Наименее равнодушный к Анне принц Антон вроде бы имел политические амбиции, но юридически в этом смысле был бесправен, а политически особой прозорливостью не отличался, так что даже задуманная им военная реформа в итоге обернулась против него. От любимой подруги Юлианы Менгден ждать было и вовсе нечего. Прочие занимались исключительно собственными шкурными делами. И такое положение дел при наиболее благоприятном раскладе продолжалось бы десятилетиями, так что переворот при всей его жестокости обернулся спасением для России. П.С. Иногда лучше жестокость к месту, нежели гуманизм через жопу.
13 понравилось
