Без горячей еды, без беседы у огня, без досуга между отрезками пути, без мечтаний и без сна под его защитой - без всего этого стоянка не может быть настоящей.

Когда есть оружие, так и тянет из него стрелять. Просто так, ради выстрела. Но, к несчастью, все любят стрелять в цель. И нет лучшей цели для выстрела, чем прекрасная птица.

Ибо луна лучше других планет умеет очаровывать души.

- Ты можешь носиться, где хочешь, места тут хватает, но я запрещаю тебе бегать в сторону реки.

• Дитя мое! На реке есть гиблые места. Там тонут люди. В тростниках водятся змеи, а по берегу бродят цыгане.

Она (тетушка Мартина) ругала меня целыми днями. И все дело было в том, что, обожая меня, она считала необходимым скрывать таким способом переполнявшие ее чувства.

Наше пропитание зависело только от нас самих. И какое пропитание! Не обычные купленные продукты, приготовленные и поданные кем-то другим, а наша собственная пища: пойманная нами рыба, которую надо самим почистить, приправить и испечь.
К тому же тайные свойства такой пищи придают тому, кто её вкушает, чудодейственную силу. Через еду жизнь соединяется с природой. Поэтому между нами и стихиями вскоре установилась удивительная связь. Воду, землю, огонь и небо мы как будто открыли заново.

Истинная мудрость, если она существует в реальной жизни, не бывает мрачной. Она или вдохновляет людей, или будит воображение. Тогда она, как в этой сказке, превращается в развлечение, но то, чему она учит, - глубоко, а её мудрая простота очаровывает.

Сведённая всего к нескольким ясным мыслям, сказка может кому-то показаться неглубокой, а между тем её наивная простота не что иное, как очищенная веками мудрость древнего человеческого опыта.

Тот, кто тиранит ближнего, тиранит сам себя.

стр. 24
Раскаты грома раздавались всю ночь. Поистине, он гремел, не щадя своих сил, оглушая деревню мрачными раскатами. Летучие молнии полыхали, словно огненные ножницы.

стр. 21
Наступила ночь. В зарослях камыша стало темно. Внезапно из камышей выпорхнула птица. Она громко закричала, и остров ответил ей жалобным стоном.

Я бросился бежать.

Те, кто тиранят своих близких, невольно тиранят себя.

Когда есть оружие, так и тянет из него стрелять. Просто так, ради выстрела.

Через еду жизнь соединяется с природой.

Тут меня охватывал приступ напускного ужаса. Это было сладостное чувство. Детям нравится замирать от страха. Когда делаешь вид, что тебе страшно от воображаемой опасности, то всё равно очень страшно. И это одно из лучших удовольствий!