Цитаты из книги The Stranger's Magic

Наверное, это была самая смешная схватка за всю историю Смутных Времен: два могущественных колдуна, оба совершенно не хотят друг друга убивать, но им приходится этим заниматься! При этом нас обоих распирало от любопытства: чем же все-таки закончится наше идиотское приключение?..

… и без того отличное настроение стало еще лучше. Так что по узкой лестнице, мне пришлось спускаться боком: улыбка не пролезала.

Ты мне одно скажи: случилось что-то или нет? Это важно: если случилось, я постараюсь съесть раза в два больше, чтобы потом не отвлекаться!

Пьешь это зелье всегда ты, а помнить о том, что его нужно с собой брать, почему-то должен я… — Ну да, все правильно. Это называется «узкая специализация».

— А чему ты удивляешься? Я же, в сущности, очень могущественный колдун! Всего-то три тысячи восемьсот семьдесят вторая ступень фиолетовой магии, и несчастный, промокший человек тут же становится сухим и счастливым. — Но почему именно «фиолетовой»? — изумилась Теххи. — Не знаю. Просто так, цвет красивый… Нельзя же всю жизнь ограничивать себя только Черной и Белой магией. Это так консервативно!

— Еще и не такие вещи случаются, когда хороший человек понимает, что должен перевернуть мир, — просто, чтобы можно было как-то жить дальше, — сказал я.

В моей заднице имеется здоровенное шило и с годами оно только растёт.

Художника всякий может обидеть, а уж поэта, промышляющего журналистикой, и подавно…

... «Людям свойственно бояться неизвестного» - ... - Этот страх - самое общечеловеческое свойство. Наверное, гораздо более значительное, чем прочие антропологические признаки...

Все истории о возвращении к себе — это, в сущности, одна и та же история.

Я уезжаю навсегда, и вообще все всегда уезжают навсегда

В последнее время земля завела дурацкую привычку ежедневно уходить у меня из под ног. Но потом она возвращается, и я понимаю, что так даже лучше... Это как маленькая смерть - после неё Мир становится ещё прекраснее.

Я действительно обожаю «отпускать на свободу всех, кто под руку подвернется», возможно, просто для того, чтобы они не болтались у меня под ногами!

Тебе действительно лучше уходить, Макс. У тебя лицо подпорченного покойника. Не стоит так увлекаться светской болтовней с малознакомыми злыми колдунами!

Тебе пора возвращаться, Макс. Я — довольно утомительный собеседник, если ты сам еще не заметил. Кроме того, у тебя пока не хватает пороху, чтобы подолгу выносить местный климат. Меньше всего на свете мне сейчас хочется рыть могилу. Здесь такой твердый грунт, ты себе не представляешь…

Дельные мысли приходят в мою голову с величавой неторопливостью царственных особ…

— Слушайте, а ведь у меня тоже болит нога! Правая. Странно: вроде бы я ушиб только локоть…
— Думаю, что у тебя болит моя нога, — вздохнул Кофа. — А у меня уже почти не болит. Ты взял себе мою боль… Очень мило с твоей стороны, конечно, но я подозреваю, что ты сделал это совершенно нечаянно.
— Ну да… — растерянно согласился я. — Знаете, я бы с удовольствием обошелся без вашей боли, если честно… Своей мне вполне достаточно, в самый раз, чтобы не заскучать.

— Угораздило же тебя! У всех нормальных людей таланты как таланты…
— Вот и я так думаю. Надо понимать, матушка природа создавала меня в нетрезвом состоянии…

— Отпустим, наверное, — пожал плечами Мелифаро. — Если папа узнает, что я принимал участие в аресте его поклонника, да еще и собравшегося в кругосветное плавание, он меня на порог не пустит! Это единственный известный мне способ с ним рассориться…

— Честно говоря, я тебя просто обожаю!
— Ну, меня-то зачем обожать? — Фыркнул я.
— За компанию…