Воспоминания

Александра Осиповна Смирнова (до замужества Россет) — одна из ярких личностей пушкинского времени. Обладая красотой и незаурядным умом, она была любимой фрейлиной императрицы Александры Федоровны и пользовалась расположением Николая I и его брата великого князя Михаила. Блистая при дворе, Россет интересовалась литературой, музыкой, живописью. Она общалась со многими писателями и поэтами и особенно сблизилась с Жуковским, Вяземским, Пушкиным, не раз воспевшим «черноокую Россети». Позднее ее друго...

Жанры

Рейтинг LiveLib

3,5

22 оценки

5
18%
4
41%
3
23%
2
18%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 27Хотят прочитать 103

Рецензии

Anastasia1121 февраля 2016 г.
Эта книга представляет собой лишь часть записок и воспоминаний Александры Осиповны. И издатели сделали упор на ее жизни: где родилась, кем были родители, в каком институте обучалась, как стала фрейлиной и так далее. Также был сделан акцент на ее дружбе с Н. В. Гоголем и В. А. Жуковским, а вот об А. С. Пушкине практически ничего нет.
Как сказано в предисловии, оценить эти записи в историческом плане очень сложно, так как далеко не все они являются собственными мыслями Смирновой. Она много чего рассказывала биографам различных умерших писателей, с которыми была знакома, и те записывали с ее слов. Точно также поступила и ее дочь, которая составила воспоминания и опубликовала их. Именно поэтому очень часто встречаются различные неточности, несовпадения, которые разъясняются в комментариях.
Также я сделала вывод, что книгу эту нужно читать только если есть какой-то багаж знаний по данному времени, о людях, которые тогда жили, об основных событиях. Мне в этом очень сильно помог "Дневник" Долли Фикельмон, иначе бы воспоминания Смирновой показались бы скучными и малопонятными.
В целом мне понравилось, некоторые истории были очень занимательными, в особенности те, которые касались Гоголя. И нельзя не отметить, что "Воспоминания" намного более художественны, чем дневник Долли, где, в основном, представлены сухие сведения.
Читать далее
11
369
cornetiste18 июня 2016 г.
Единственный верный вывод, сделанный по прочтении, — когда idslugainterneta говорит, что адок, надо верить.
Встречала действительно интересные моменты, в основном в описаниях детства и юности, но проблема в том, что описания детства и юности ВНЕЗАПНО вклиниваются в описания революций 1848-го года, следующих за описаниями бабушек женихов подружек Россет. Полная каша. Автор не удосуживается даже объяснить, что за люди такие, о которых она пишет.
Как фрейлина умудрилась оставить читателя без подробностей о внутренней кухне дворца — тоже удивляет. Любовью к царской семье Россет пылает, особенно к Марии Федоровне, но как-то бестолково. Для текста это пылание не в пользу.
Читать далее
4
323

Все рецензии

Цитаты

applestone9 сентября 2012 г.
Жуковский любил рассказывать про свою жизнь в деревне в Белевском уезде, про дурака Варлашку, который не умел обходиться с мужскою одеждою и ходил во фланелевой юбке; как Варлашка, уходя спать на чердак, с лестницы всякий вечер кричал: «боюсь» и прочий вздор.
А. О. Смирнова-Россет. Воспоминания о Жуковском и Пушкине

О.Н.Смирнова <…> сообщает следующий разговор Гоголя и Жуковского <…>. «Прочитав в «Мертвых душах», что Плюшкин ходил в юбке (паневе), Жуковский сказал Гоголю: «Ты, мой братец, это украл у меня; ведь наш юродивый Васька ходил в юбке; но я тебе этого не говорил; как же ты это украл?» Гоголь отвечал: «Александра Осиповна мне рассказывала про вашего Ваську, – я украл его юбку и подарил ее Плюшкину». Василий Андреевич обнял Гоголя и сказал: «Дарю тебе ее в потомственное владение».
Читать далее
0
150
applestone1 сентября 2012 г.
Гоголь давал своим героям имена настоящие имена, а не вздорные и бессмысленные, как в наших водевилях: Ленский, Онегин и пр. Он всегда читал в «Инвалиде» статью о приезжающих и отъезжающих. Это он научил Пушкина и Мятлева вычитывать в «Инвалиде» имена, когда они писали «Поминки». У них уже была накропана довольно длинная рацея:
[Дай попьем, помянем
Трех Матрен, Луку с Петром –
а потом в продолжение:]
Михаил Михайловича Сперанского
И почт-директора Ермоланского,
Апраскина Степана,
Большого болвана,
И князя Вяземского Петра,
Почти пьяного с утра.
Они долго искали рифму для Юсупова. Мятлев вбежал рано утром с восторгом: «Нашел, нашел»:
Князя Бориса Юсупова
И полковника Арапупова.
Император Николай Павлович велел переменять неприличные фамилии.
Из «Воспоминаний о Н. Гоголе
Читать далее
0
97