О любви

Самый большой рассказ Бунина двадцатых годов. Один из немногих, не выдуманных рассказов Бунина. Сюжетом рассказа послужило документально подтверждённое событие. В 1890 году в Варшаве поручиком Бартеневым было совершено убийство актрисы Сосновской. Защищал подсудимого знаменитый русский адвокат Ф.Н.Плевако. Дело имело огромный резонанс; речь о защите Бартенева было подробно изложено в одном из многочисленных томах собраний его речей. Весь сюжет, ход событий и даже мелкие подробности очень точно воспроизведены Буниным: внешний облик героев, их высказывания, предсмертная записка Сосновской. Реально существовавшие подробности и детали послужили именно той психологической версии, на которой настаивает автор в своём рассказе.
Влюбленный в актрису герой переживает первую, мучительную и сокрушающую любовь, которая часто "сопровождается драмами, трагедиями, но совсем никто не думает о том, что как раз в это время переживают люди нечто гораздо более глубокое, сложное, чем волнения, страдания, обычно называемое обожанием милого существа; переживают, сами того не ведая, жуткий расцвет, мучительное раскрытие, первую мессу пола". Отношения Елагина и Сосновской, горячее чувство его и переменчивое, капризное - её, переходы её от равнодушия к отчаянию и к внезапным проявлениям нежности. Подобно герою Мити из одноименного рассказа, Елагин чувствителен до предела и с повышенным воображением, влечёт к такой женщине - к изломанной и истеричной (вероятной Кате из "Митиной Любви" в будущем, когда повзрослеет).Интересно замечание Ивана Алексеевича Бунина,которым можно подытожить: "Неужели неизвестно, что есть странное свойство всякой сильной и вообще не совсем обычной любви даже как бы избегать брака?"

Это один из моих любимых прочитанных рассказов в моей жизни. История печальная и с трагическим концом, но люблю эту историю и главную героиню, которая мне очень близка по духу.

Впервые я прочитала этот рассказ в 2009 году и до сих пор он остается для меня особенным. Я сбилась со счета, сколько раз я его перечитывала, но прочитывание его это особенное удовольствие.

Для меня Бунин - это народный писатель. Не зря же у него так хорошо в рассказах и повестях отражена жизнь русского человека. Если сравнить Чехова и Бунина, то можно увидеть много отличий и непохожести. Они разные. Если Чехов пишет о пороках и грехах человека, то Бунин пишет о любви человека к природе и сердце русского человека.

Дело корнета Елагина – рассказ, который для меня остается загадкой. Много в нем странностей и непонятного содержания для меня. Я люблю его за то, что героиня действительно героиня, да ещё и роковая.

Я не могу многое написать об этом рассказе. Просто скажу, что он о том, как любовь становится вечной и роковой. И как жизнь обыкновенная становится жизнью исключительной.
Люблю Бунина и никогда не перестану читать и перечитывать его произведения.

Жила-была на свете смазливая актрисулька польского происхождения. Не лишенная способностей и небесталанная, а потому имевшая успех, но совершенно без царя в голове. Она обожает театр настолько, что и в жизни не перестаёт играть. Она обожает власть над мужчинами и деньги. Ей нравится красивая жизнь и острые ощущения (вино, гашиш, опий, многочисленные любовные связи и нескончаемые провокации поклонников угрозами совершения суицида прямо у них на глазах). А ещё ей нравится смерть. Смерть кажется нашей актрисе чем-то мрачно-привлекательным и романтичным. Жизнь же, которая ей, в общем, тоже нравится, выглядит в ее глазах куда скучнее.

Впрочем, при всём желании поскорее умереть, на тот свет актриса все равно не сильно торопится. Да и зачем? Она популярна, красива, еще молода, в конце концов. О смерти можно грезить в романтических мечтаниях, подбирая красивые слова и умные цитаты для предсмертной записки и разрабатывая дизайн помещения, в котором было бы так красиво умереть. Это же так волнующе…

Могла ли героиня знать, чем все это закончится? Предполагала ли, насколько сильно заиграется? Или действительно решилась умереть, но побоялась это сделать своими руками? Так или иначе, но последний роман нашей героини закончился трагично и для неё самой, и для её любовника, молоденького корнета Саши Елагина, актрису действительно страстно любившего и безмерно страдавшего оттого, что не может на ней жениться (и потому, что его богатым родным такая невестка точно по вкусу не придётся, и потому, что они разных вероисповеданий). Взаимно ли было это чувство? Возможно, но тем не менее, играть героиня не переставала ни на миг и издеваться над воспылавшим первой, восторженной и преданной любовью мальчиком не переставала ни на секунду. За что, в общем, и поплатилась. И поделом. А вот Сашу очень жаль. Не стоила эта девица пониженной социальной ответственности ни такого глубокого обожания, ни такого накала страстей.

Бунина очень люблю, странно, что этот рассказ, написанный им в эмиграции, доселе мне не попадался. Впрочем, на мой взгляд, это все равно не самое сильное его произведение, даже сам автор довольно иронично о нем отзывался - «похоже на бульварный роман». И, тем не менее, читать было одно удовольствие.

В основу рассказа (в некоторых источниках — повести) Бунина легло реальное уголовное дело об убийстве русским офицером Бартеневым польской актрисы Висновской (1890). И автор выстраивает повествование практически в форме судебного заседания: мы то слушаем выступление государственного обвинителя, который создаёт перед судом образ Елагина — умышленного убийцы (уголовный волк, так называет его прокурор), то выслушиваем сторону защиты, представитель которой всё время старается подвести нас и суд к пониманию, что любой факт можно толковать по разному.

Дальше...

Однако постепенно по мере открывания новых чисто психологических фактов мы понимаем, что и Елагин, и Сосновская были людьми особого психологического склада — натуры возвышенные, романтические, а Сосновская ещё и подчинённая романтике смерти (вот уж поистине готичность и модернизм смешались в ней в самой густой степени). И потому сложно сказать, какова здесь степень вины Елагина в смерти Сосновской, сколько здесь умысла и сколько других форм виновности. Собственно, повесть так и заканчивается словами Елагина «Может быть, я виноват перед людским законом, виноват перед Богом…» — сомнением в степени и сути своей виновности. А читатель, осмысливая содержание повести, может справедливо произнести, что смерть Сосновской была предопределена.
Рок, фатум, судьба …

Признаться, я всегда пугаюсь и не понимаю таких зависимых людей, как предложенный тут герой Митя. Ведь он зависит полностью, он не самодостаточен, ему нужно растворяться теряя свою идентичность, ему обязательно нужен крючок, за который он цепляется. И вокруг такого крючка этот человек создает настолько навязчивое свое присутствие, что это просто ужасно. Ему это нужно, а нужно ли другим? Он маниакально сконцентрирован на себе и при этом собой не является, не чувствует себя без своего "крючка", не ценит и не видит, отсюда и все его страдания. Представим на месте более простой и жизнеспособной Кати какую-нибудь Оленьку с такой же зависимостью от Мити, удушающей и повсеместной. Смогли бы эти два одиночества ужиться? От таких людей становится душно и тошно.... И да, я таких встречала в жизни. Опять же подход душного человека - найти испорченность в партнере, не в себе, сам-то идеален в своих представлениях, а партнер должен полностью перестраиваться под эталонные представления, созданные в его воспаленном мозгу, нафантазированные и не всегда реальные. Нет, я не оправдываю вертихвостку Катю, но не все ее поступки нужно рассматривать столь однобоко.
Опять же душевные страдания нашего героя вполне позволяют ему отделять и ощущать физические влечения и удовлетворять их. И это он себе позволяет, в драме, проливая крокодиловы слезы, но тем не менее позволяет, отказывая при этом в снисходительности ко слабостям и желаниям других. То есть сам изменил, это простительно, ведь благодаря этому он узнал о неприятии физической близости, а измену своей ..эээ.. надуманной девушки не просто не простил, а докрутил до того самого финала. Эта двойственная философия вполне в духе автора, и поддерживается прочими его произведениями, а я еще разок убедилась, что у нас с ним крайне несовпадающие взгляды на жизнь. Повесть с утрированными переживаниями, концентрированными и психологично-надуманными, с прагматичной точки зрения мне не зашла.

Первая любовь.
Она такая разная.
Счастливая. Трагичная. Взаимная. Неразделенная. Яркая. Мимолетная. Наивная. Восторженная. Незабываемая. Та, о которой хочется забыть.

Митя оказался один в чужом городе, где нет ни друзей, ни знакомых. Ему необходим был родной и близкий человек. Так появилась Катя, которую можно было любить. Не было у него в этом большом городе никого кроме Кати. А у неё была мама, друзья, учеба, сцена и преподаватель, уделяющий ей особое внимание. Митя просто не вписывался в её жизнь. Если бы Митя не зацикливался на ней одной, посмотрел бы по сторонам, то он увидел, что таких Кать много и не стоило так по ней убиваться.

Бунин прекрасно передал чувства Мити. Его терзания, метания, перепады настроения в ожидании весточки от Кати. Его реакцию на её измену, злость, боль и желание от этой боли избавиться. Можно долго спорить любил ли Митя Катю или нет. Можно найти немало доводов, подверждающих и то и другое. Но какой в этом смысл, если всё закончилось так трагично?

При всем моем равнодушии к Бунину не могу не оценить его поэтичность, его преувеличенную страстность и чувственность в описании человеческих отношений. Бунин не может писать без патетики, он не существует без ярких (чуть не до сумасшествия) любовных терзаний, расставаний на грани и самоубийств.

Митя и Катя из «Митиной любви» – типичные его влюбленные. Больше – эталонные. Человека, впервые взявшегося за Бунина, может поразить свобода в отношениях этих совсем еще невинных молодых людей (начало прошлого века, как-никак). Самой большой откровенности Бунин им, конечно, не дал, пожадничал, но поцелуев (и очень-очень низко) и объятий у них было полно.

Но у Бунина есть еще кое-что, что неизменно кочует из одного рассказа в другой, – несчастье этой любви. Не бывает у него счастливых любящих пар. Все мучаются (что, на мой взгляд, неестественно). Митя и Катя также не смогли этого несчастья избежать. Митя любит – но не понимает Катю, ревнует ее к ее профессии, увлечениям, к ее знакомым. Катя тоже любит – и тоже не понимает, и не может оторваться от своих занятий и всю себя посвятить их любви. Митя хочет полного обладания, чтобы Катя не думала ни о ком другом. А Катя так не может, она не может жить чем-то одним.

Поначалу может показаться, что Бунин осуждает Катю. Но разве одна Катя разрушает это первое для них счастье? Только лишь Катя грешит, отказываясь от любви ради чего-то мимолетного, ради удовлетворения своего маленького (но естественного) желания?

А Митя? Разве он не виноват перед Катей? Разве он сам не поддался сиюминутному желанию, решившись заплатить за соитие с деревенской девкой? Разве сам он меньше виноват?..

Можно тысячу раз говорить, что такая любовь не правильная, что так любить нельзя, что так растворятся в объекте своей любви губительно, и т.д. Но говорить это можно с высоты прожитых лет, имея за плечами не одну такую любовь, в которой и растворялся, и с ума сходил, и изводил себя ложными надеждами.
Митя любил, любил болезненно, любил без памяти. Но не любовь это была, это было наваждение, морок, с которым он не смог справится. А всё отчего? А оттого, что заняться Мите было нечем, все беды человеческие от безделья . Взял бы он лопату в руки, да перекопал бы огород, глядишь и дурь из головы малость бы вышла. А так, вот такая печальная получилась история.

Читая Бунина окунаешься в лучшие образцы русской литературы 19 века, образный язык, палитра слов, описывающая чувства, природу многогранна. Образы рисуемые автором так и предстают перед глазами, все живо, с запахами и красками. Будто бы даже не читаешь, а смотришь на художественное полотно - пейзажи Левитана или Поленова, Саврасова или Грабаря. Уже только за одни эти описания русской природы можно влюбиться в Бунина бесповоротно.

Сама повесть о трагической первой любви. Можно сколько угодно ругать главного героя за бесхарактерность, но много ли среди нас тех, кто по настоящему влюблялся, особенно в первый раз и особенно, если это была неразделенная любовь. Терзания сердца и душевная боль, когда ты не можешь находиться с тем, кому принадлежит твое сердце. Когда ты уезжаешь и заранее знаешь, что уже не встретиться никогда, что уже никогда не быть вместе. Но истинная ли это любовь? Скорее обжигающая страсть, сущее наваждение и вожделение, которое так трудно утихомирить и вырвать себя из все более захватывающей воронки, в которую погружаются все чувства и мысли. Омут затянул Митю бесповоротно, страдание превозобладало над красотой и счастьем.

Впервые в жизни взял в руки Бунина, и сразу такая грустная история...
Написано мастерски, ничего не скажешь. Если бы повесть принадлежала перу начинающего писателя, я бы подумал, что он рассказывает реальную историю о том, что приключилось с ним самим, -- кроме финала, разумеется. Очень уж всё точно подмечено. Однако Бунин как-никак Нобелевский лауреат. Просто он хорошо понимает душевные движения и умеет о них убедительно поведать.
Фразы типа "весь начинал дрожать от все растущей дрожи в животе" и "мотыльки ворожили и завораживали" выглядят странновато для лауреата. Но тут Бунину виднее. Не сомневаюсь, что у него были веские причины выразиться именно.

Нравы русского села оказались неожиданно свободными. Забавные они всё-таки, эти крестьянские дети... Это я про Алёнку, конечно. Ну и немного о деревенском старосте, корыстном змее-искусителе.

Финал озадачил. Очень резким оказался переход от "Хочешь большой и чистой любви?" к "Ужасный век, ужасные сердца!"

Повесть значительно выиграла бы, если бы автор из неё выкинул 9/10 описаний весенне-летних пейзажей. Создаётся впечатление непрерывного урока ботаники с примесью орнитологии и астрономии. В том месте когда Митя сказал

я подумал

Через несколько страниц оказалось, что автор меня услышал и решил пока для чего-то сохранить мою пожилую жизнь. Он написал:

Будем считать, что с Буниным я теперь знаком. Убедился, что он один из последних русских классиков со всеми присущими им особенностями -- плюсами и минусами.
В целом впечатление осталось настолько противоречивое, так что не могу оценивать эту вещь баллами.