Отзывы о книге Месс-Менд

Если говорить о сюжете книги, то он сравнительно прост. Советская власть в России опасно укрепляется, её пропаганда в разных странах становится угрожающей. Американские фашисты волнуются, они замышляют свергнуть эту власть. Согласно планам тайного заговора, в Петроград отбывает Артур Рокфеллер с паспортом американского коммуниста Василова. Его задача - подорвать строй изнутри. Подача сюжета не так проста - она удивляет странными происшествиями, загадочными перевоплощениями, удивительными описаниями... Назвать роман сказкой - правильный подход к произведению. Это именно сказка. Стоит лишь взглянуть на Петроград, вся промышленность которого сосредоточена в одном месте. Фабричный посёлок представляет собой три круга и торжество единого метода хозяйства: первый круг - промышленность добывающая, второй круг - промышленность обрабатывающая, третий - промышленность фабричная. Сказочны и возможности: подчинять себе материалы, проходить сквозь стены, менять облик. Величайшая в мире революция позволила завоевать орудия производства и сделать человека счастливым. В романе это звучит как "осуществление утопии".

— Утопия! – вздохнул Василов. — Вот именно, – живо подхватил Энно, – мы поставили себе задачей осуществление утопии.

Становится понятно, что самое важное - идеи, которые Мариэтта Шагинян вкладывает в свою счастливую сказку. Убеждённость, что продуктами производства должен владеть их создатель, звучит неоднократно, идея звучит в Америке и Петрограде. "Счастье дают лишь две вещи: созидание и познание" - говорит Энно лже-Василову и выкладывает теорию обретённого счастья. Если до сих пор "те, кто созидал, ничего не знали, а те, кто познавал, ничего не созидали", то достаточно сделать производство познавательным, а познание - производственным при помощи "метода единого хозяйства" и наступят счастливые времена. На деле это выглядит так: все учащиеся работают в деле, и все рабочие учатся.

Тема, идея, сюжет - об этом задумалась во время написания отзыва, во время чтения была увлечена другим - любопытным способом подачи материала. Если просмотреть всё вышенаписанное, то может возникнуть ложное впечатление о книге (для тех, кто не читал её лично). Привлекает читателя, в первую очередь, лёгкость слога, тонкий юмор, даже пародийность в сказке носит воздушный характер, она не утяжеляет произведение. Мариэтта Шагинян пишет свой роман так, словно с видом фокусника вытаскивает перед глазами читателя яркие картинки, мелькающие с быстротой кадров фильма. Если учесть, что знакома с автором была лишь по её книгам о Ленине, то можно представить моё удивление при чтении этого авантюрно-фантастического романа.

Вот что я люблю. Как объяснить, что книга как раз по тебе? Все факторы сходятся - об интересном (хотя сложном и жутковатом) времени, в меру иронична и пародийна, с хорошими и свежими идеями, а автор писала ее искренне и с душой. Но это все аналитика, а книга-то сплав всего этого, настоящая поэма в прозе.

Итак, перед нами переработанный в начале 50-х авантюрно-комедийно-пародийный роман 1923 года о помощи американских рабочих молодой Советской России. Как деревянно звучит и как это далеко от живого, кипучего юмора текста! Весь роман - отчетливое, выпуклое порождение революционного времени. Он кинематографичен в том старом, немом смысле, когда текст можно представить в виде чередования неозвученных картин в духе “Человека с киноаппаратом” Дзиги Вертова. Этот новый, необычный монтаж, этот новый ритм, убыстренный темп - все здесь.

Меня сразила идея секретных ходов в стенах и прочей власти над вещами тайного общества американских рабочих. Эта метафора вездесущности труда, достаточно прозрачная, сама по себе конвертировалась в прекрасную центральную идею. Я снова вспомнил Таттла из “Бразилии” Терри Гилиама - он тоже существовал в таких вот подкладках системы.

Удивительно, как быстро тогда менялся мир. Всего через десять с небольшим лет Стейнбек будет писать о рабочих союзах с горечью ( И проиграли бой , например), так как освобождения труда все не происходило, а маховик репрессий против активистов раскручивался. А в 1923 все казалось таким радужным, близким (и это несмотря на только что ушедшую в прошлое Гражданскую).

Отдельно стоит вспомнить и утопическую часть, развернутую автором в главах о Петрограде. Какая славная вещь - ирония. Автор прекрасно знала, что она описывает будущее не всерьез, поэтому ее описание очень выгодно смотрится на фоне слишком серьезного Замятина ( Мы , 1924). Единые комплексы производства, невероятная электрификация всего и вся, а Петроград снова столица - вот, оказывается, секрет победы социализма.

Вообще эта легкость, это удивительное ощущение предвкушения хорошего, разумного, доброго, вечного задает тон книги. И милая литературная игра с именами а-ля Недоросль . И как бы не были ужасны и звероподобны капиталисты, трудящиеся побеждают их шутя.

Любопытно посмотреть и на врагов. Это (уже) итальянские фашисты, всякая эмигрантская братия (о, как над ними измывается и иронизирует автор!) и американские капиталисты. При этом Шагинян за счет легкости стиля смотрится лучше А.Н. Толстого в Гарине или Беляева в Борьба в эфире , ее капиталисты страшнее и комичнее одновременно. И заодно реалистичнее айнрендовских.

Ох уж эта утопия 20-х, мир, где все возможно, где техника и электричество открывали дорогу в мир социальной гармонии! Реализовалась ты, пожалуй, только в Солнечном городе из второго тома приключений Незнайки.

«Любовь прекрасной Фисбы и Пирама, Короткая и длительная драма, Весёлая трагедия в стихах».

Так охарактеризовал плотник Пигва спектакль, которым он и его друзья-ремесленники: столяр Миляга, ткач Основа, медник Рыло — собирались потешить царственных особ (всё это происходило в пьесе «Сон в летнюю ночь». — прим. К.О.). Мне не хватает Пигвиной лаконичности, чтобы охарактеризовать жанр, в котором написана одна из любимых книг моего детства — «Месс-Менд». Это политический, авантюрный и немного НФ (по части биологии) детектив, плюс утопия, плюс триллер, плюс мистика, плюс сатира, плюс кусочек постмодерна (так, один из персонажей резко вмешивается в действия автора, и последнему приходится подчиниться; а пассаж про алжирского бея — явное подмигивание Мариэтты Ш. из-под маски Джима Доллара), плюс, конечно же, литературная мистификация. Понятно, в детстве меня такие тонкости нимало не занимали, так что высший балл книге при теперешнем прочтении хоть и остался прежним, но вызван совершенно иными причинами.

«Месс-Менд» — фактически отклик новой отечественной литературы первых лет революции на призыв «нам нужен красный Пинкертон!» :) и Мариэтта Шагинян, откликнувшись на этот парадоксальный лозунг, сотворила свой роман-сказку буквально за три месяца, азартно и весело.

Писала я в необычном возбуждении: мне самой хотелось поскорей узнать, что будет дальше.

Роман даже сейчас действительно на редкость увлекателен, страницы летят веером. Я за столько лет, к счастью, прочно забыла подробности и хитросплетения сюжета, но уже с первых строк, с предисловия, имена Микаэля Тингсмастера и Лори Лэна вызвали в душе радостное трепыхание с попискиванием, а %имя главзлодея% — неконтролируемый озноб. Должна предупредить: «пинкертон» получился действительно «красным», так что решительно не рекомендую эту книгу тем, кто пятится от революционных мотивов даже в «Приключениях Чиполлино» и «Трёх толстяках». Противостояние молодой Страны Советов и не желающего сдавать свои позиции капитализма выведено Шагинян остро, лапидарно, плакатно, как в «Окнах РОСТА». И всё же присутствует в этом какая-то незримая улыбка автора, ласковая усмешка даже — это чувствуется в некоторой утрированности сцен и пародийности сюжетных ходов: читатель понимает, что всё это немножко не всерьёз. Апарт: только что (перечитывая рецензию перед «выходом в эфир») поняла, что «Месс-Менд» был бы идеален в формате графического романа — сюжетно; прелесть богатого авторского языка неизбежно пострадала бы.

Приключения по обе стороны океана поражают своей красочностью и запутанностью, одни тайны влекут за собой другие, восторг вызывает сама идея романа-трюка и трюков внутри него, особенно фантдоп, в русле которого настоящими хозяевами вещей являются не владельцы, не собственники их, но создатели: изобретатели, рабочие, ремесленники. И вещи верно служат им, позволяя видеть скрытое, молниеносно перемещаться из одного места в другое, помогая в обретении свободы. Нет, не одним пафосом классовой борьбы полны страницы романа. Здесь соседствуют жестокие, кажущиеся немотивированными убийства и комедия-буфф с участием кошки миссис Друк (внезапно заканчивающаяся мрачно и натуралистически), романтическая история и загадочное превращение человека во что-то жуткое и невообразимое, Петроград будущего, напоминающий одновременно город Солнца Кампанеллы и Солнечный город Носова — и опасные трущобы, населённые «недобитой аристократией»… Один из лучших «агитмоментов» — когда олигарх Джек Кресслинг в буквальном смысле слова диктует политику: кто какую резолюцию обязан принять, где и какие демонстрации следует организовать, и какая именно часть общества должна выразить удовлетворение по этому поводу. Зощенковские интонации узнаёшь в диалогах коммуниста Василова и его жены Кати Ивановны (эти нарочито нелепые имена призваны были убедить тогдашнего читателя, что книга действительно написана американцем, слабо ориентирующимся в русских реалиях)…

Многочисленные персонажи романа необыкновенно хороши. Мой любимец — вспыльчивый, сварливый и чертовски проницательный доктор Лепсиус (в котором позже узнала черты Гаспара Арнери из вышеупомянутых «Трёх толстяков» Олеши и доктора по имени Люш Пибоди из романа «Сарторис» Фолкнера). Но главное их достоинство — то, что Шагинян каждого из них, от ключевых до совершенно эпизодических, наделила разнообразнейшими речевыми характеристиками. Многим современным авторам поучиться бы у неё. Герои обладают разным словарным запасом, в свойственной только им манере строят фразы, и одного с другим нипочём не перепутаешь. Чтобы никому из главных или второстепенных героев не было обидно :) приведу в пример речь некоего возницы, который и появляется-то в романе на одну неполную страничку. Да, Мариэтте Сергеевне в чувстве стиля и в юморе не откажешь. Даже в употребление штампов (бедные, но честные; ни для кого не секрет) вложены одновременно и простодушие Джима Доллара, и сарказм Шагинян. Один из любимых мною фрагментов «Месс-Менда» — тот, что происходит в Иллинойсе и, простите за фонтан аналогий, чем-то напоминает ковбойские и плутовские рассказы О. Генри.

Книга, невзирая на все мои восторги, не из одних достоинств состоит. Есть в ней некоторые нелепости, несостыковки, авторские ошибки — но на этот раз охотно их прощаю, учитывая ещё и то, что роман публиковался с продолжением. Хотя нет, двумя смешочками поделюсь. Первый очень простой: Биск собирается при помощи компаса определить широту и долготу :) Второй чуть заморочнее: почему похожи Элизабет Вессон (миссис Вессон, т.е. по мужу!) и Клэр Вессон, незамужняя её племянница? О_о

Напоследок. Сама читала в бумаге, но приношу мою искреннюю благодарность человеку, оцифровавшему почти антикварное уже, полувековой давности издание ЦЕЛИКОМ: в электронную версию входит не только текст собственно романа, но и все, как сейчас сказали бы, «допы»: вступительный очерк о жизни и творчестве Джима Доллара и предисловие Н.Л. Мещерякова к первому изданию (тоже являвшиеся частью литературной игры), а также воспоминания М.С. Шагинян «Как я писала «Месс-Менд» — весёлые, энергичные, стилистически «рифмующиеся» с романом. Так что желающие могут ознакомиться ;)

Каким я вижу 1924 год в СССР: по улицам Петрограда бегут маленькие чёрно-белые человечки под музыку Свиридова "Время вперёд!", где-то в Москве бальзамируют вождя советской революции, грязные рабочие укладывают рельсы на шпалы; пыхтят паровозы, стучат прессы, крутятся колёсики, и все работают-работают. И эта картинка настолько закрепилась в моей голове, что у меня даже мысли не возникало, что она может претерпеть некоторые изменения. Сегодня благодаря книге Мариэтты Шагинян "Месс-Менд" в эту картину добавилась новая сцена: простые советские люди - "рабочие и колхозницы" (других людей в моей картине 1924 года почти нет, разве что Сталин усмехается и крутит усы, и Троцкий нервно подпрыгивает на раскаленной сковородке) - хватают у мальчишек-разносчиков газет новый выпуск "Месс-Менд", который все граждане Советского Союза ожидали с большим нетерпением. Имя автора - загадочный Джим Доллар - американский коммунист, который написал авантюрно-приключенческий роман о коварной и подлой борьбе американских шпионов с большевиками. Только позже читатели узнали, что за псевдонимом скрывалась острая на язык армянка Мариэтта Шагинян. Роман "Месс-Менд, или Янки в Петрограде" выходил еженедельно в десяти выпусках и стал настоящим бестселлером двадцатых годов. Кроме того он был переведен на несколько языков и издан во Франции, Австрии, Германии. Успех романа побудил автора написать два продолжения : "Лори Лэн, металлист" и "Международный вагон".

Тот экземпляр, который я читала, оказался у меня случайно, и я взялась за этот роман только из-за постоянного голода: мне все время хочется читать книги, которые меня удивлят, поразят мое воображение. И очень часто бывает, что ими становятся совершенно случайные книги, от которых я ничего особенного не ждала. Заглядываю на первую страницу: "ну-ка, что там? что-то интересненькое? Или фи?" И к ужасно потрёпанной и рваной книге с жёлтыми грязными страницами, которая оказалась в моей чистенькой библиотеке я отнеслась также. Более того, я думала, что через пару десятков страниц я уже отложу эту пропагандистскую литературу.

Давненько мой мозг не работал в таком направлении: я просто не могла понять, во-первых, зачем я читаю, а во-вторых, почему не могу остановиться? Я прочитала "Месс-Менд" буквально взахлёб, и это было великолепно! фантастически! интересно! непредсказуемо! остроумно! И эта книга настоящий шедевр, незаслуженно забытый нашими издателями! Если бы эту книгу переиздали, я бы первая бросилась покупать новенький экземпляр совершенно не глядя на цену.

Составить вразумительную аннотацию было бы очень проблематично, так как сюжет очень лихо закручен, а персонажей достаточно много, чтобы выделить основных. Назову только некоторых: Чиче - главный злодей, менталист и гипнотизёр, враг всего рабочего класса планеты. Артур - сын убитого американского инженера, который недавно побывал в Советском Союзе и был убит по заговору Организацией борьбы с большевиками, а смерть его свалили на русских. Теперь Артур непременно должен отомстить большевикам и всему СССР. Вивиан - дочь женщины, которую любил отец Артура, ее также убила Огранизация, подставив отца Артура. Вивиан должна отомстить Артуру и всей Организации! Она присоединяется к движению американских рабочих, чей позывной "Месс-Менд" - ключ к "застенью" - сети тоннелей, соединяющих весь Нью-Йорк, все улицы, здания, многочисленные стратегические объекты, а также гостиницы и их номера. Очень скоро действие с американских улиц переносится на советскую землю, где вопреки всем ожиданиям и скепсису воцарилась советская утопия - теперь это уникальная страна, которой даже не нужно оружие для защиты, так как наука и техника достигла такого высокого уровня, что даже потенциал любой бомбы советские учёные могут преобразовать в полезную энергию, а над всей страной как щит воздвигнуто электро-магнитное поле, препятствующее всякому вражескому нападению.

Вот как описывается производственный процесс в одной из глав романа под названием "Мистер Василов в Стране Чудес":

"...мы поставили себе задачей осуществление утопии. Лучшие из наших умов работают над этим. Полное счастье дают лишь две вещи; созидание и познание. Но до сих пор тот, кто созидает, ничего не знал, а тот, кто познавал, ничего не созидал. Уродливые ублюдки прошлого — рассеянный профессор и автомат-рабочий — должны раз и навсегда исчезнуть! Мы твердо решили сделать производство познавательным, а познание — производственным."

Очень хочется отметить юмор книги. На самом деле, я очень осторожно отношусь к книгам, написанным в юмористическом ключе. Часто бывает, что шутки меня не просто не смешат, но и раздражают. От стиля и юмора "Месс-Менд" я в полном восторге. Не могу не привести несколько фраз из романа:

Запись в дневнике американского врача, который собирает симптомы различных заболеваний: "Жалуется на ужас, пережитый от русской революции".

"Мисс Мильки (молодая девица пятидесяти лет) набросила на лицо кружевной платочек, как раз во-время, чтоб подхватить кусок штукатурки, упавший у нее из-под левого глаза".

Мисс Мильке: "— Я должна была дни и ночи наблюдать за сельским хозяйством, в то время как в груди моей пели мелодии Шопенгауэра. — Вы хотите сказать — Шопена? — перебил ее депутат. — Ну да, Шопена Гауэра, — поправилась мисс Мильки".

"Всякий честный коммунист на первое место ставит долг, а на второе — жену. Всякая жена норовит поставить на первое место себя, а на второе — все остальное".

Но в мою картину двадцатых годов добавилась ещё одна сцена благодаря первому российскому сериалу, который был снят как раз по мотивам "Месс-Менд" в 1926 году и получил название "Мисс Менд". Я отчётливо представила себе кинотеатр с деревянными скамьями, в котором после тяжёлого трудового дня все те же "рабочие и колхозницы" просто покатываются со смеху от такой сцены: на обычной нью-йоркской улице кричат: "Скорее! Человека убили!" Подбегает испуганный полисмен, смотрит на труп и облегчённо вздыхает: "А, негр. Ничего страшного..." Или как зрители нервно кусают ногти от сцены, когда маленький Джон крутит в руках отравленное яблоко! Кстати говоря, фильм получился более брутальным, чем книга. Это настоящий​ триллер!

Судьба у фильма достаточно интересная, начиная с того, что фильм постоянно менял режиссеров, заканчивая запретом на показ, который всё-таки сняли с условием демонстрации фильма только в СССР. Причина отмены запрета заключалась в том, что на съёмку было потрачено огромное количество денег. Это был настоящий блокбастер двадцатых годов с головокружительными трюками, хронометраж которого составлял более трёх часов! И не смотря на то, что фильм был всего лишь по мотивам книги, и сюжет был существенно изменён, все вложения оправдались, и фильм, что называется, "срывал кассы".

Я с огромным удовольствием прочитала это действительно необычную книгу. Она поразила мое воображение, удивила и воодушевила на поиск другой литературы начала прошлого века. Фильм я тоже посмотрела с большим интересом и удовольствием, тем более, что мне удалось найти реставрированный вариант.

И книгу и фильм очень рекомендую к просмотру абсолютно всем!

Не совсем понятно - если это пародия, то на что? Я не знаком с тем явлением, что пародируется, и не знаю, действительно ли были такие американские фильмы и книги с клюквой про советскую Россию, или они существовали только в воображении советских граждан. То есть Мариэтта Шагинян высмеивает реальные представления капиталистов о России двадцатых годов или эти представления выдуманы советской пропагандой? Если предположить, что такие фильмы были, то неужто их показывали в петроградских синема? Как-то сомнительно. Чем дальше читаешь, тем больше ощущение, что это на самом деле наши тогдашние представления о Западе вообще и Америке в частности, и о том, как жители этого выдуманного Запада воспринимают первое государство рабочих. Стоит отметить, что книга похожа на фильм Льва Кулешова Необычайные приключения мистера Веста в стране большевиков 1924 года и судя по всему, строилась по одинаковым лекалам.

Если поначалу это было смешно и остроумно, и очень актуально по тем временам (авторский расизм, например, просто зашкаливает), то довольно быстро новизна выветривается, а ничего вместо нее не появляется, и возникает ощущение, что Шагинян просто уже в отчаянии начинает громоздить нелепицу на нелепицу, выдумывает всякий вздор позабористей и заставляет персонажей выделывать совсем уж цирковые кульбиты лишь бы расшевелить скучающего зрителя. Где-то с середины чтения одолевает апатия и борешься со сном. При этом часть Янки в Петрограде еще вполне терпима, хотя бы персонажи оригинальные, а вот Лори Лэн, металлист вообще такой зашквар и мрак, что я даже бросил не дочитав.

В какой-то книга начинает прикидываться фантастикой, однако на самом деле является фентези социалистического разлива, где магия прикрывается наукой, а агитация забивает зачатки здравого смысла и логики, и ничего не объясняется - а как ты объяснишь мошенство рук? В целом это не сказка, это комикс, только для рабочих да сбежавших из голодной деревни крестьян. Зато стало понятно, откуда Акунин черпал вдохновение и некоторые приемы для своей книги  Квест .

По-моему это уникальная книга, ломающая все мое представление о литературе голодных 20-х годов (или лет? какая-то корявость) 20 века Это смешно, это не просто смешно, это разудало и широко, лихо и отвязно. Ехидное, пародийное, веселое, остроумное действие разливается безудержным потоком. Фантазии автора можно позавидовать.

Сразу предупрежу, видимо автору очень по душе пришелся лозунг "мы на горе всем буржуям мировой пожар раздуем", поэтому вся книга как раз про пожар. Но всерьез этот мировой пожар никак не воспринимается. Это такая прямолинейная и балаганная фантазия на тему грядущей победы мировой революции.(По стилю напоминает старый чехословацкий фильм "Призрак замка Моррисвилль") Поэтому все это никак нельзя воспринимать серьезно - это сказка.

С одной стороны рабочие всей Америки объединились и стали выпускать продукцию, слушающуюся своих мастеров - тут и проходы сквозь стены, и прозрачные зеркала, тайные коридоры, волшебные торпеды . С другой им противостоят злые и жутко коварные капиталисты, а также бывшие властители, изгнанные восставшими рабочими из своих стран . А где-то далеко развевается красное знамя победившего пролетариата в ССССР В Петроград под видом русского специалиста Василова (именно так!) для злых дел направляется американский инженер, но разумеется, столкнувшись с реальной картиной он быстро понимает что к чему и занимает правильную позицию Как полагается в пародиях, есть зло, очень злобное и жуткое. То и дело на страницах романа появляется некий,

...тщедушный, небольшой мужчина с ходившими под блузой лопатками, со слегка опухшими сочленениями рук. Глаза у него были впалые, тоскующие, унылые, как у горького пьяницы, на время принужденного быть трезвым. Под носом торчали жесткие кошачьи усы, на шее болтался кадык....

От неоднократного описания этой фигуры становится смешно до истерики... Но это не просто зло, это зло научно обоснованное, и развязка неожиданна. Иногда обнаруживаются до боли современные нотки, например при попытках подкупа простого российского монтера :

Я пришел... э... по поручению одной державы... Монтер, знаете вы курс доллара? Какого вы мнения о курсе великолепного доллара?

- Монтер, иди сюда! Иди, брат! Я к тебе по знатному делу. Не можешь ли ты... того, за хороший миллион долларов отвинтить мне пару-другую приемников? Мы собираемся с одной дружественной державой метнуть сюда бомбочку... А?

- Друг, - сказал ему молодой человек в брюках, - предположи, что у тебя жена и дети. С одной стороны, жена, дети и триллион долларов - не каких-нибудь, а вашингтонских, заметь себе! С другой стороны, какая-то плевая электрификация... Поразмысли хорошенько, дружище!

Очень удачно выдержан стиль книги, она публиковалась как якобы переводное произведение американского писателя Джима Доллара, отсюда и слегка искусственный стиль и не совсем русский язык. По всему тексту разбросано множество удачнейших очень смешных миниатюр, и про престарелого прокурора штата Иллинойс ("Ммморжик мучается"), и про его засидевшуюся в девушках шестидесятилетнюю дочь ("рыжий чертенок в коротеньком платье для лаун-тенниса") и про добродушного владельца гостиницы Сетто из Диарбекира, и про капризную жену товарища Василова Катю Ивановну... В общем, перечитать стоило. Прекрасное бездумное веселое удовольствие!

Что есть современный эсперанто,спросите вы?

Эспера́нто (Esperanto) — самый распространённый плановый язык

,подскажет википедия, но не объяснит в каком контексте читать это в данном случае. На самом деле все просто и прозаично - эсперанто современности по мнению вышеуказанного Джонни Доллара,которым так филигранно прикрылась автор, является кинематограф. "Синема, синема, от тебя мы без ума", как пели в более позднем советском фильме, и это в целом отражает позерскую "сценрарность",театральность и некоторую "клиповость" представленного сюжета. При этом полет фантазии автора позволил технически обогатить происходящее предвосхищающими инновациями - зеркалами-видеокамерами с последующим воспроизводством записи например. Про остальные новинки не буду разглашать секреты,но их там немало, да. Занимательное я скажу зрелище -описание далекого от реальности человека реально существующей и применяемой сейчас повсеместно техники. А сколько предстоит переодеваний, грима, загадочных и таинственных персонажей, переплетенных в единую, но очень замысловатую вязь рассказа. Даже мега-умная собака имеет место быть! А уж эти замены и преображения, куда там Джеймсу Бонду, тут все гораздо запутаннее и зрелищнее... Пародия на авантюрный приключенческий и в некотором роде бездумный роман доведенная до гротеска, но при этом легко читаемая, с вполне понятными и объяснимыми параллелями и аллюзиями. Очень необычное,нестандартное произведение, оставляющее в раздумьях, но с положительными эмоциями.

Роман Мариэтты Шагинян "Месс-Менд, или Янки в Петрограде" - книга, которая, несомненно, достойна большого количества читателей и почитателей. В ней есть все – и захватывающий сюжет с непредсказуемыми поворотами, и яркие персонажи, и светлое будущее, и технологии на грани фантастики, любовь и интриги, животные и монстры. Все это приправлено изрядной порцией юмора. И читается книга легко и весело – знай себе, листай странички, похихикивай – ни тебе сильных переживаний, ни глубокого погружения. Думала – прочитаю и забуду - до тех пор, пока не прочитала послесловие автора о том, как писался этот роман. Для меня это послесловие оказалось сильней самой книги и заставило кардинально по-другому оценить прочитанное. «Месс-Менд» написан в голодном Петербурге 1923 года. И вот картина того, как Мариэтта Шагинян, питаясь супом из лавровых листов, среди разрухи, пишет этот оптимистичный роман, в котором видит свою страну прекрасной и процветающей, не выходит из головы. Эта вера в свою страну и в свое государство очень подкупает. Невольно задумываешься о том, как важно, чтобы были такие люди, которые несмотря ни на что, не опускают рук, а как бы говорят нам, что, как бы не было тяжело и сложно, мы можем сделать наш мир лучше.

Помню эту книгу со странным названием: дома она стоит на нижней полке и смотрит прямо на меня, когда я ложусь спать. Честно говоря, никогда не тянуло взять ее в руки - от бумажных книг я давно отказалась. И вот, получив совет, я прочла ее на экране планшета.

Книга оказалась дивной фантасмагорией - тут вам и сознательные рабочие, и производственные этюды, и пустоты в стенах, и утопическое описание победившего социализма, и вселенский заговор, и целая галерея карикатурных злодеев, и даже немножко колдовства и магии - ну полный бардак, разброд и кавардак. А еще - явное веяние авангарда, что-то от плакатов Родченко, немого кинематографа, поэзии футуристов и всей этой головокружительной суматошной атмосферы: идут маршем люди, хлопают на ветру флаги, летят аэропланы, ура!

И авторская речь, конечно - рассыпчтая, меткая, ироничная.

Эпоха предъявила к нам сверхчеловеческие требования, и каждый из нас перестал бьть средним человеком. А кто не перестал, тот умер.

В общем, рекомендую. Менд-месс!

P.S. Странное, должно быть, заявление, но лично я вижу определенное сходство с атмосферой этих книг: А. и Б. Стругацкие "Отель У погибшего альпиниста" С. Кржижановский "Клуб убийц Букв"