Peony in Love

— Мы позволили женщинам читать. И что из этого вышло? Разве они воспаряют к благородным мыслям? Нет. Они читают пьесы, оперы, романы, стихи. Они читают для развлечения, и это только ослабляет их способность к размышлениям.

«Чинов ники и ученые должны разрезать свою плоть и раздробить кости, поседеть и потратить жизнь на то, чтобы понять, как сочиняются мрачные и печальные строки».

«Только те стихи хороши, что были написаны в минуты жестоких страданий».

"Доброжелательная и воспитанная девушка не пренебрегает своим образованием. Не жалей времени на рукоделие и прочти книги, стоящие на полках".

Мужчины наде­ются, что слова принесут им славу: они произносят речи, записывают исторические события, поучают нас, как нужно жить, а мы передаем эмоции, собираем крош­ки, казалось бы, самых обычных дней, составляющих течение жизни, и запечатлеваем семейные события. Скажи мне, Пион, разве это не важнее, чем писать восьмичленные сочинения для императора?

Месяц, окруженный облаками, прекрасен, но это зрелище также рождает грусть и напоминает нам о быстротечности жизни.

Рисунок — это форма, лишённая тени или отражения, а сон — тень или отражение без формы.

Тени, сны, отражения в зеркалах и прудах, даже воспоминания неосязаемы и быстротечны, но разве это значит, что они ненастоящие?

Я бы хотел, чтобы жена была моим другом, чтобы мы делили не только домашние заботы. Если бы мы были мужем и женой мы бы собирали книги, читали и вместе пили чай.

С тех пор, как мне исполнилось четыре года, отец часто сажал меня к себе на колени и учил меня читать, думать и оценивать прочитанное. Он говорил, что жизнь подражает искусству. По словам моего отца, благодаря чтению мне откроется мир, который чрезвычайно превосходит мир женских покоев. Он поощрял меня брать в руку кисть и писать, потому что это занятие заставляет работать ум и воображение. Для меня он был лучшим учителем.