Я, следователь...

Вся история человечества – это цепь преодолённых ошибок.

А ведь это очень, очень трудно - говорить всегда только правду. Огромное большинство безусловно честных людей достаточно часто вступает с правдой в напряженные отношения. И для этого вовсе не обязательно сотворят ложь, потому что правда и так штука очень хрупкая. Можно промолчать, можно не сделать ударения или позабыть всего лишь одну деталь - и правды не станет.

Родить человека, питать его, научить, вылечить — это же все такой громадный труд, сколько лет! А убить — одно мгновение. И в этом есть какая-то ужасная несправедливость, человек — такая хрупкая тонкая штука. Обидно!

Если любишь человека, то хоть изредка испытываешь к нему такое щемящее чувство нежности, будто он маленький беспомощный ребенок. Твой собственный ребенок. И уже сильнее этой нежности не может быть ничего на свете.

я больше думал о пригодных для розыска следах, чем о том, что убит молодой парень и для него не будет больше весны, травы, нежности, что кто-то далеко отсюда уже стал несчастен и еще не знает об этом. Меня убийца тоже обделил в жизни, потому что такие, как он, сделали меня профессионалом в человеческом горе.

"Не употребляйте всуе слово "итак". Это важно слово, ибо содержит в себе моральные обязательства - оно всегда должно свидетельствовать об окончании существенного жизненного, трудового или ораторского периода..."

- Вы всё усложняете. Самый короткий путь между двумя точками - прямая.
- Эльга, математики доказали - никаких прямых вообще нет!
- А как же без прямых ?
- Это просто совокупности незримых кривых...
(Следователь - Эльге)

Когда перелистываешь уголовное дело, возникает ощущение, будто без спросу открыл чужую дверь в чужой дом․

Но я по натуре — оптимист. Оптимист мрачного склада, по принципу «сейчас хорошо, потому что потом будет хуже».

- Мой друг, у вас на лице написано, что сейчас вы спросите меня, почём опиум для народа и почему факты из Бытия не соответствуют фактам из Екклесиаста. (Священник)

Ошибки в конечном итоге возможны. В общем-то, по большому счёту - вся история человечества - это цепь преодолённых. Но я не работаю в Институте всеобщей истории. Я - следователь, и каждая ошибка - это торпеда по моему судну. А оно и так перегружено и сильно черпает бортами.

- ...От одной спички третьему прикуривать не дают.

• Это почему же? Спички дешевые?
• Дуралей. С фронта обычай. Пока двое прикуривают, можно успеть

Но я по натуре — оптимист. Оптимист мрачного склада, по принципу «сейчас хорошо, потому что потом будет хуже».

Каждому человеку, видимо, отпущен какой-то лимит любви и он должен непрерывно расходовать его, чтобы не разрушить баланс своей жизни.

И я поймал себя на мысли, что надеюсь — дождь задержит самолет и я смогу по-хорошему поговорить с Наташей. Глупо. Глупо вообще что-то объяснять словами. Слова почти всегда мало стоят. Цену имеют только наши поступки.

... подумал, что у женщин какое-то поразительное чутье: они точно знают, каким мужчинам когда можно
начинать приказывать.

И я понял, что жизнь замечательна, даже если ты в детстве мечтаешь быть дворником и за тобой никто не хочет стоять в очереди.