Из темноты

Андрей Лазарчук - признанный мастер отечественной фантастики, писатель, которому подвластно в этом жанре практически все. Альтернативная история во всей ее оригинальности... Классические, леденящие душу "ужасы"... Озорной, веселый, добрый юмор... Головокружительные приключения... Экшн, от напряженности действия которого захватывает дух... Таковы повести и рассказы Лазарчука - очень - очень разные, однако все их объединяет жесткий, яркий сюжет и запоминающиеся герои. Андрей Лазарчук - это фантаст...

Жанры

Рейтинг LiveLib

3,5

23 оценки

5
30%
4
22%
3
26%
2
13%
1
9%

Ваша оценка

Прочитали 24Хотят прочитать 18

Рецензии

majj-s
16 декабря 2014
Этот рассказ один из самых страшных, какие читала в жизни. С периодически испытываемой потребностью вернуться к нему, перечитать. Хотя обычно не возвращаемся ведь к вызвавшему негативные эмоции. Та еще загадка. Или нет никакой загадки, а есть невероятной силы и красоты произведение малой литературной формы. Несущее в себе смысла, насыщенное событиями настолько, что достаточно было бы на целый роман. Ну вот и разобралась. Пары минут довольно. Все бы жизненные вопросы так решались.
Обычные люди живут своей обыденной жизнью (в смысле - не боги. не цари и не герои, равно далекие от властной и бизнес элиты). А им и достаточно, большей частью. Потому что каждый в отдельности совершенный инструмент восприятия. Сейчас объясню, чтобы понятно. Можно пропускать через себя тонны отборного качества информации: зрительной, слуховой, обонятельной, осязательной, вкусовой. На выходе давая миру продукт, для которого изобретен унитаз. В некоторых случаях, как из стругацких "Хищных вещей века", даже пахнущий розами (там, помнится, специальные таблетки), что не меняет сути.
Так в большинстве случаев и происходит. Но иногда возникают своего рода мутации. Социум порождает из себя человека, способного видеть-слышать-чувствовать мир иначе. На ином уровне насыщенности. Острее, ярче и глубже. Как правило, потенциально способного передать свое чувствование дальше. Скандинавские воины (среда грубее некуда) чрезвычайно ценили людей с такого рода даром, выделяя их и оберегая. Ну да, в их системе мировосприятия было ведь добровольное девятидневное бдение Одина, распятого на ветвях мирового древа Иггдрасиль. За тем, чтобы удостоиться подобного дара, в числе прочего.
Наше просвященное время дало кухарке возможность управлять государством (н-ну, объяснило ей, что может). А значит неча бездельничать и тунеядствовать. Ишь, какие поэты сыскались. Эдак каждый себя объявит, а обчество корми вас, дармоедов. Они и не объявляют, каждый приспособился как-то "пользу приносить". И каждый в отдельности вполне удовлетворен немасштабной своей реальностью. Возможностью воспринимать в формате 5D Dolby Digital в мире, глядящем сквозь засиженную мухами линзу КВН.
А потом начинается Оно. Детский страх темноты, не до конца изжитый, возвращается и похоже это на безобидную горную речку. Вчера вечером еле заметную среди камней, а нынче поутру после дождя мутным ледяным потоком с водоворотами, сносящую жилье, людей и животных. Только у них не поутру - ночами. Особенно тяжело в новолуние. И перед грозой. И никто из тех, что рядом, не понимает сводящего с ума парализующего, выворачивающего наизнанку ужаса. Могут любить, заботиться, пытаться облегчить. Могут таскать по врачам и пичкать лекарствами. Толку чуть.
А потом кому-то из людей-инструментов приходит мысль искать себе подобных. И находит. Не одного даже, пятерых. Все разные, у каждого своя жизнь свой уровень социализации. Но вместе легче переживать новолуние. И, тут еще вот какая штука. Ты всегда считал, что один такой на свете. С мыслью этой сжился и не роптал. И вдруг, как бесценный дар судьбы, такие же, как ты. Частью не имеющие потребности навязываться, частью выдрессированные предыдущей жизнью. Они рядом, когда нужны и не делают бессмысленных социальных реверансов, когда потребность в них ослабевает. Идеальное партнерство. Не было бы счастья?
Ну да, и вместе легче переживать новолуния. И... вы понимаете в один не прекрасный момент, что прекрасен ваш союз не случайно. Каждого в отдельности чуть заточили определенным образом ловкие и безжалостные руки, чтобы пригнать одного к другому возможно плотнее и сделать из вас Дверь. Нечеловеческие ловкие руки. Этот мотив сквозной у Лазарчука - коллективное действие, ритуал определенного рода с достаточно большим количеством участников. Объединение физической, психической и ментальной энергии которых дает возможность перехода. Разная степень вовлеченности и осмысления участниками своей роли в происходящем в разных произведениях. Но смысл неизменен.
Так или иначе, этими людьми осмысленно и понято. И признано невозможным к исполнению. Надо разрывать связь. Вот это и есть самое страшное. Физические страдания на и за гранью выносимого. И другое "боюсь найти тебя и потерять потом", как поется в хите времен и народов "Бесаме мучо". Удивительный рассказ. Стилистически безупречно. Огромный пласт "сплошного" текста в точке катализа. Необычно по форме. И насыщенность: раствор до кристаллизации, пружина в крайней степени скручивания, мегаджоули потенциальной энергии. За то и люблю.
Читать далее
21 понравилось
0
369
majj-s
8 июля 2013
Мумия.
Давно, еще в прошлом веке, три молодых писателя: Пелевин, Столяров и Лазарчук объявили о создании нового направления в литературе, турбореализма. На взгляд и словами дилетанта - это текст, настолько плотно насыщенный аллюзиями и реминсценциями, что дает при чтении эффект изящной логической игры, разгадывания сложной головоломки, интеллектуального развлечения. Все трое стали знаменитыми, хотя по-настоящему на слуху только Пелевин (очень люблю его ранние вещи). У Столярова своя аудитория, к которой я не примкнула, скажем так - не мое. Лазарчук (на самом деле как раз его знают все, ну кто из слышавших фамилию Пелевин действительно что-то у Пелевина прочел? А "Параграф 78" с продолжением смотрели очень многие. И российский фильм "Темный мир". По-настоящему зрелищный, интересный и логически обоснованный, в отличие от большинства представителей жанра, мистический боевик. Автор оригинальных произведений и автор сценария - Андрей Лазарчук в обоих случаях). Так вот, Лазарчук - пожалуй единственный, кто придерживается заявленных изначально принципов. Потому что может это делать. Чтобы писать интеллектуальные вещи - нужно быть интеллектуалом, чтобы писать изящные головоломки, нужно обладать представлением, что они такое.
Но сейчас о теме, объединившей всех троих, мне представляется что-то, вроде литературной игры, как у Пушкина с Жуковским с темой спящей красавицы. Наше время жестче и циничнее. Мавзолей Ленина с лежащей в нем мумией. Каждый из троих писал на эту тему. Есть рассказ у Пелевина, но не буду говорить о том, чего не помню. Хотя, тема пирамиды и мумии для него стала одной из сквозных, знающий творчество легко проследит мотивы в "Омоне Ра", "Поколении", "Жизни насекомых". Столяров, в свою очередь, написал очень сильный рассказ с одноименным названием.
"Мумия" Лазарчука - короткий, оставляюющий ощущение удара под вздох, рассказ. Мир, который практически копия нашего, чуть более насыщенный магией, разве что (на первый взгляд - суевериями). Совок конца восьмидесятых, каким мы его помним. Детям в школе объявляют, что завтра вместо занятий они пойдут в театр. Когда мальчик Руська говорит об этом перед сном маме, она впадает в тихую панику: почему не сказал заранее, договорилась бы со знакомым врачом о справке на этот день. Утром на мальчишку надет колючий свитер-самовяз со ввязанным, сплетенным косичкой волосом, а для отвода глаз на шею - веревочка с семью хитрыми узелками: станут отбирать - отдай и скажи на дороге нашел, напутствует мама. Вместо театра детей везут в Кремль. Царь-пушка, царь-колокол, грановитая палата, встреча с Ильичом (да, он живой тут, шепотом дети пересказывают страшилку о том, как после смерти вождя пришел колдун, похожий на кошачьего бога и предложил скорбящим соратникам оживить. Но говорить об этом вслух смертельно опасно). Перед визитом к вождю детей просят сдать магические предметы и обереги, кучка набирается изрядная, журят классную руководительницу за суеверия в отдельно взятом коллективе. Руська веревочку не сдает и при контрольном осмотре, который производят горбун с маленькой сморщенной обезьянкой на плече, переживает приступ панической атаки. Однако, отобранная веревочка выполнила свою задачу - отвести глаза проверяющих от подлинного материнского оберега. Дети входят к Ленину в кабинет, он говорит с ними, хитро улыбаясь, угощает конфетами, после чего их ведут обедать (за счет заведения). Кого-то несут, ослабели как-то все. Руська слышит краем уха: покушал, сердешный, вон от сарделек одни шкурки остались.
Потом всем дают освобождение от учебы еще на день, Руська болеет, но выздоравливает, его подруга возвращается только через неделю, а друг, которому не повезло попасть в благословенное место дважды за год (переведен из другой школы) не возвращается никогда.
Сомнения в том, нужно ли хоронить, если они были, оставили меня сразу, как прочла.
Читать далее
15 понравилось
0
731
majj-s
7 июля 2013
Тепло и свет.
В моей жизни было много встреч с хорошими людьми. Может быть, еще и потому, что всегда готова была к ним. И если, по каким-то причинам, настоящих друзей из плоти и крови рядом не случалось, в тяжелые дни выручали книги.
"Тепло и свет" первая повесть, с которой началось мое знакомство с Андрем Лазарчуком. Одновременно глоток чистого воздуха после спертой духоты и вожделенное тепло для путника, что долго брел на семи ветрах по недружелюбной местности.Включенная в сборник "Священный месяц Ринь" и заглавная - сильная и по-своему потрясающая вещь. Но сейчас о тепле и свете.
Постапокалиптическая сказка. В ковчеге, представляющем собой теплую и оборудованную для выживания пещеру спасаются не всякой твари по паре, а те, кто успел войти. Сто тридцать два человека. Люди как люди и квартирный вопрос не портил их, а портило отсутствием необходимости в поте лица своего зарабатывать хлеб свой. В пещере необходимый минимум, стараниями примитивной, потому безотказной, системы саморегуляции, гарантирован каждому и работать для его получения вовсе не нужно. Люди скучают, тупеют, предаются примитивному разврату, завидуют друг другу, ненавидят друг друга и... не хотят воспроизводить популяцию. Все идет к тому, что через двести лет, когда выход на поверхность станет возможным, выходить будет некому.
Есть заметные герои в этой сказке: Принцесса (да-да, настоящая, к тому же сирота - король с королевой, позаботившись о создании ковчега, попасть туда не успели), Полковник (мечтает стать генералом), Пастор, Мастер (он гений и если делал большую часть времени игрушки для маленькой Принцессы, это не значит, что не может сотворить по-настоящему серьезной вещи), Физик (умная и привлекательная женщина), Художник и Клерк (министр-администратор из "Обыкновенного чуда", угу: Как Я это называю).
Озабоченность демографией сподвигает Полковника (вдохновляемого Клерком, клерки всех сортов всегда найдут возможность отщипнуть кусочек от пирога власть имущих) установить в пещере военную диктатуру. Которая очень скоро превращается в полицейское государство с пайковой системой и собственным концлагерем для политзаключенных. Начальный импульс добиться прироста населения запретом абортов и контрацепции как-то забыт, Полковник увлечен чисткой, уничтожая неугодных и отчаянно нуждается в легитимизации (понятное слово?, это чтобы все признали) своей власти. Для чего, по совету Клерка, собирается в свои "под шестьдесят" сочетаться браком с шестнадцатилетней принцессой.
Принцесса с детства любит Мастера (Клерк, клерки всегда все полезное подмечают) обещает ей, что тот умрет медленной и мучительной смертью, если она откажется от брака. А Мастер и Физик, тем временем создают новое солнце. Оно висит само собой под потолком и питаться должно любовью (такая симпатическая магия), только почти не светит и не греет, не любят люди друг друга в этом новом мире.
Нет смысла пересказывать чудесную сказку, которую можно прочесть за полчаса. Да и куда мне тягаться с гением? Там много всего происходит, трагичного и прекрасного. А люди ковчега в результате встают перед выбором: любить друг друга изо всех сил или замерзнуть в темноте. Будут любить, научатся...
Еще несколько слов о форме. Это письма мужчины, бывшего очевидцем и участником событий, но не запертого в ковчеге. Он может путешествовать между мирами и способность эту использует для того, чтобы найти тот, в котором его любимая свободна и ждет его. Намек на чрезвычайно сложную космогонию Лазарчука с мирами, вложенными друг в друга, взаимно-пересекающимися, реальными и мнимыми, об этом потом. Только представьте, что вы получаете одно за другим шесть писем от человека, который отлично вас знает и любит. Вы счастливы и любимы в своей сегодняшней жизни, и он уходит, боясь помешать вашему счастью. Представили? Вот как раз это ощущение, возможность побыть той женщиной, которой рассказывает незнакомец свою сказку - то, за что стоит прочесть "Тепло и свет". А в вашей жизни того и другого станет больше, я точно знаю.
Дальше...
Читать далее
7 понравилось
0
284