И правда, какая-то волшебная книга. Она досталась мне в качестве очередного задания в игре. Сначала я подумала, что придется стоически жевать тот самый кактус, который всем нам время от времени достается. И да, на первых страницах просто продиралась через текст, через эту разнородную смесь языков, на которой разговаривает бабушка. Только и сама не заметила, как утонула в книге. В ней волшебство разлито там, где его вроде бы и не должно быть. Обычная кухня, но все там живое. Ну, вот как можно рассказать о банке для кофе? А оказывается, эту банку бабушка еще в молодости купила "у смешливого морячка в штопаной зюйдвестке. За поцелуй. Кондитерский рынок... за поцелуй... зюйд-вест...". Прелесть, верно? А еще на банке корабли, самые разные, и проглядывает карта, и фигуры-стражи". Ну вот так и все остальное. Вроде ничего и не сказано о вещи, а она уже у тебя перед глазами, вроде даже и знакомая. Удивительно. А ведь в начале книги я гадала, вытянет ли она на троечку. Бабушка вообще замечательная. Ворчит на внука, ругается, многое объясняет, заставляет ей помогать, выручает его. Такая настоящая, какую хотелось бы иметь каждому ребенку, просто еще и волшебница. А ее сложная поначалу речь быстро стала понятной и уютной. Еще в книге много рецептов, кухня пропитана вкусными запахами ванили, корицы, меда, апельсиновой цедры и прочих кулинарных добавочек. А вот смысл магического мира от меня ускользнул, как я ни старалась разобраться. Кто, что, зачем - не поняла. Даже и то основное, о чем книга. За мальчиком шла охота, почему? Обрывки объяснений от разных действующих лиц не сложились в единую картину. Первая часть с ее волшебными рождественскими хлопотами - выше всяких похвал, вторая - военные действия с недружественными силами для меня осталась сумбуром. Но для чтения рекомендую, особенно перед новогодними праздниками.

Получила массу удовольствия. Смачный, смешной, прекрасный язык бабушки и ее пререкания с 12-тилетним внуком Лесиком, а также бытовая, кухонная, повседневная магия - это то, чего так не хватает многим книгам про волшебство и что пришлось по душе мне, веселило меня, улыбало и создавало предпраздничный настрой. Кстати, ее и правда, лучше читать в декабре.

Нравилось все, и я уж думала, что ничто не заставит снизить оценку с 5, даже если что и не понравится. Но не тут-то было...

В отличии от семьи Лесика, я уставала и прерывалась тыщу пятьсот раз на сон, еду и еще раз сон. Лесик же с бабушкой и прочими умудрились нагромоздиться событиями и битвами по самое то самое, что вводило в раздражение. Было такое количество сражений, знамений, потусторонних явлений, превращений и тд, что голова шла кругом и шевелилась в ней одна мысль - "А писатель нормально рассчитал время?"

И вся эта вкуснотень, рецепты блюд, украинско-польские словечки и фразы смазались смятым концом и недоумением. Остались одни вопросы, ответы на которые так и не получены. Может, автор предполагал продолжение?

Алексею Гедеонову удалось сделать то, о чем не подумала Джоан Роулинг, и что по большей части засса побоялся сделать Нил Гейман (точнее, сделал, но в комиксах): подарить читателю непринужденную бытовую, кухонную магию, не вдаваясь в лишние объяснения. Зачем подробно выкладывать состав зелия? У нас ведь тут не аптека и не урок Травоведения. Легкие и привычные персонажам старинные заговоры и ароматические букеты из фруктов и трав, водящихся на кухне с антресолями и высокими потолками, перемежающиеся настоящими рождественскими рецептами, составляют добрую треть книги и делают ее по-настоящему волшебной. В этой книге пахнет вайнэпфелями, пряниками, хвоей и помандерами — ежиками из апельсинов и гвоздики, которые призваны не утолять голод, а оберегать дом.

Другая треть — это невероятный язык бабушки, будоражащий лингвиста во мне и заставляющий усомниться в современных русских словах, их значении и происхождении. Такое, власьне и наодврут прочно поселились у меня в голове, а есть еще удивительное слово "примусово", восхищение "фантаста!" и лучшее в мире ободрение: "Не будь смутный". Невероятная и неслыханная в наших околобашкирских краях бабушкина гвара расцветила и распалила ее вечные перепалки с вредным, упрямым и острым на язык Лесиком — главным героем книги.

Лесику двенадцать лет, он родился в субботу и потому может видеть духов — как и его бабушка. Его история начинается с того, что под Рождество он пробуждает в себе дремлющий доселе Дар, и тем самым навлекает на себя уйму бед, потому что Дар — не подарок. Лесик тоже не подарок, в общем-то. Действие происходит в декабре 1984 года в городе, похожем на Львов, и повседневность Лесика наполнена старинными улочками, побитыми интерьерами, елочными игрушками, заклинаниями-палиндромами, "Крестоносцами" Сенкевича, приметами дефицита, ароматами кухни, странными людьми и загадочными духами-гостями.

Однако, как бы волшебно не звучало это попурри, на самом деле оставшаяся треть книги поражает своей непоследовательностью, недосказанностью, сумбуром сменяющихся лиц и то ли громкими роялями, то ли мелкими нюансами, которые будут заметны только читателю, который более просвещен или более внимателен, чем я. Основной книжный сюжет о семье магов прошел мимо меня, и мне оставалось только залпом читать описания и с трудом продираться через места, где начинался экшн.

До недавнего времени книга Гедеонова была до ужаса редкой, я пустилась на ее поиски еще когда на горизонте замаячили "Петровы в гриппе" (хотела себе, видите ли, новогоднее комбо), а заполучила в руки только недавно, почти день в день с появлением ее у пиратов, йохохо. Теперь можно сорвать с книги загадочный флер и честно сказать: она не так хороша, как о ней говорят, и она не так хороша, как ее начало. Но все равно она более, чем заслуживает читателей. Куда ни плюнь, везде будут продуманные сюжеты, иногда даже оригинальные, но не так-то просто протянуть руку и взять с полки интересную историю о внутреннем мире люде и помещений, такую гофмановскую, такую гоголевскую, такую геймановскую.