Моё знакомство с этой книгой было… скажем так, ироничным. Дело в том, что автор-чех написал её по-русски, а я, русский в своей основе, впервые прочитал её по-чешски.
И абсолютно ничего не заподозрил. Книга была на чешском, действие происходило в Чехословакии. Имя автора — Александр Ломм — было совершенно нейтральным, такое имя мог бы носить представитель любой из примерно десятка самых разных национальностей, в том числе и чех.
Пятью годами позже эта книга попалась мне уже в руском варианте и я опять ничего не заподозрил. Потому что это был сборник, и в большинстве включённых в него вещей действие опять-таки происходило в Чехословакии. В повести «В тёмном городе» автор со знанием и любовью говорил о хорошо известных мне пражских местах — Старая площадь с памятником Яну Гусу, ведущая к ней Тынская улица, Вышеград…
Лишь значительно позднее я узнал, что автора на самом деле зовут Вацлав Кличка, он родился в СССР и в 1938 году, в возрасте 12 лет, родители увезли его на родину. Аккурат к немецко-польской оккупации Чехословакии… которая, очевидно, произвела на автора сильное впечатление и впоследствии изрядно отразилась в его творчестве.
Собственно, описываемая книга примечательна вовсе не этой историей. В ней интересно другое: автор написал не так о войне. И было это аж в 1965 году.
Здесь нужно пояснить, что в советской детской и подростковой литературе военная тематика — я подразумеваю, конечно, советско-германскую войну в рамках Второй мировой — освещалась крайне однообразно. Так, как было заповедано социалистическим реализмом. С героикой, товариществом, взаимовыручкой, идеологической выдержанностью, всё такое. Это было настолько занудно, что впоследствии знакомство с настоящей литературой о войне — да вот, взять хоть быковского «Сотникова», входившего в школьную программу — буквально рвало многим шаблон. А уж «Облачный полк» Веркина в те времена наверняка был бы сочтён возмутительным и непатриотичным…
Ломм — или Кличка, если уж называть автора настоящим именем, зашёл ещё дальше. Он написал военную повесть (в упомянутом выше смысле) о супергерое. Что было, мягко говоря, смело. Чего уж говорить про 1965 год, если даже в наши дни «Первый отряд» вызвал вон какое бурление и негодование.
Хотя сюжет Клички в наши дни мог бы пройти в кинематографе на ура. Он сейчас вполне типичен. Советский десантник, сброшенный в составе группы на помощь отряду чешских партизан, по факту нераскрытия парашюта вдруг обнаружил в себе способность летать. Со всеми вытекающими последствиями и буквально кинематографическим букетом сюжетных линий. Боевое применение обнаруженной способности. Конфликт с традиционно мыслящим командованием. Учёный-исследователь с незашоренным мышлением и жаждущие поставить науку на военную службу нацисты. Любовная линия. Линия соперничества и ревности, плавно переходящей в предательство.
Концовка, кстати, тоже вполне кинематографическая — эпилог после затемнения, и самые непонятные вещи рассказываются зрителю… тьфу, читателю через воспоминания и документы. Заодно эпилог сводит вместе несколько линий через детей главных героев. Ну, практически готовый сценарий фильма.
Автор замахнулся довольно смело, и тем удивительнее, что с таким замыслом ему вполне удалось вписаться. Получилась фантастическая, но вполне патриотическая книжка, в которой по тогдашним сверхбдительным временам не нашли ничего крамольного. Повесть «Ночной Орёл» была написана в Чехословакии, но по-русски, публиковалась в СССР газетой «Пионерская правда», впоследствии выходила книгой по-русски и по-чешски…
Судя по другим произведениям сборника, Кличка тяготел к чисто детской фантастике — относительно наивной, но увлекательно-приключенческой. Работал в журналистике… тут, если судить по рассказу «Черти в кузнице», он должен был быть очень неплохим фельетонистом. Писал и чисто приключенческие вещи, вроде упоминавшейся уже повести «В тёмном городе».
Но один из рассказов Клички-Ломма стоит упомянуть особо — это «Скафандр Агасфера». Это, без преувеличения, одна из самых жутких вещей, читанных мной в детстве. Хотя никаких страхов там не описано, а всего лишь показан авторский взгляд на одну классическую мечту недалёких людишек — бессмертие. Чудовищная в своей убедительности безнадёга, глубоко меня впечатлившая — после неё все эти «Горцы» в киношных и сериальных формах смотрелись как розовые сопли…
В общем, очень, очень неординарный автор. Чьи книги, пусть и довольно наивные, вполне достойны прочтения и сегодня.
8 понравилось
