Кандидат исторических наук Александр Немировский явно был вдохновлён успехом своей первой исторической повести («За столбами Мелькарта», 1959: см. предыдущую рецензию). Четыре года спустя он выпустил в свет новую книгу. В том же издательстве, с иллюстрациями того же художника.
Немировский А. И. Слоны Ганнибала. — Рисунки И. Архипова. — М.: Детгиз, 1963. — 224 с., ил.
Это – беллетризованный рассказ о жизни знаменитого карфагенского полководца. В подростковом возрасте меня очень привлекала военно-историческая тематика, и пройти мимо книги с названием «Слоны Ганнибала» я никак не мог. Но читать её было скучновато: чего-то очень важного там нет.
На днях мне попалось на буккроссинге второе, переработанное издание:
Немировский А. И. Слоны Ганнибала: Исторический роман / Рис. И. Архипова. — 2-е изд., перераб. — М., Детская литература, 1983. — 240 с., ил. (Библиотечная серия) — Тираж 100.000 экз.
Ого, «исторический роман»! Заявка сильная, но если детскую историческую повесть назвать романом, она от этого автоматически романом не станет. Для романа требуется другой уровень разработки художественного конфликта. Наш автор до этого уровня не дотягивает, и если бы он представил свою рукопись в какое-нибудь «взрослое» издательство, она была бы отклонена. Текст вполне гладкий, но это не литература. Это игра в литературу.
Книга Немировского, сравнительно небольшая по объёму, охватывает 37 лет из жизни Ганнибала. В первой части мы видим, как герой, введённый в повествование девятилетним мальчиком, взрослеет и мужает (но женить его автор почему-то не захотел, хотя у исторического Ганнибала были и жена, и сын). Следующие три части книги рассказывают о великой войне Карфагена против Рима (218—201 гг. до н. э.). При такой композиции перед автором встают сложнейшие, трудноразрешимые задачи: с одной стороны, надо оживить повествование введением вымышленных персонажей; с другой стороны — рассказать о подлинных исторических событиях, подробно описанных Титом Ливием и другими древними авторами (причём рассказать хоть сколько-нибудь последовательно). Отбор фактов у Немировского по необходимости очень жёсткий, повествование конспективное и скачкообразное, но вымышленным персонажам всё равно негде развернуться: их теснят персонажи исторические. Характерно, что единственная в книге любовная история разворачивается именно между историческими персонажами – сыном нумидийского вождя Масиниссой и прекрасной карфагенянкой Софонисбой. Данная сюжетная линия безбожно растянута, причём Масинисса воплощает тип «благородного дикаря». У Тита Ливия он совсем другой: беспринципный карьерист и приспособленец, рвущийся к власти над соплеменниками и пресмыкающийся ради этого перед римским проконсулом Сципионом. Не удивительно, что Немировский вынужден был переврать сюжет с гибелью Софонисбы, где Масинисса представлен Ливием в самом жалком и неприглядном виде.
В общем, художественная ценность книги не слишком велика. Но, может быть, это компенсируется ценностью познавательной? Увы, здесь к автору ещё больше претензий: он не информирует, он дезинформирует читателя. В школьные годы я этого не видел, а сейчас просто шокирован. Особенно хороша сцена, где Ганнибал на привале коротает время за новой игрой, которой его научил погонщик слонов:
... Индиец называл её «чатуранга»(с. 87)
Приходится думать, что этот индиец – гость не только из далёкой страны, но и из далёкого будущего. Действие происходит в 218 г. до н. э., а чатуранга будет изобретена в Индии только в VI веке н. э. (около 570 г.). Ошибка в 800 лет без малого! Впрочем, это совсем не рекорд для хронологических ляпсусов, попадавшихся мне в исторической беллетристике. Бывает хуже. Но Немировский – профессиональный историк, поэтому его ляпсусы особенно позорны. Даже когда не слишком заметны, как в следующем случае.
Писатель упоминает мимоходом, что у консула Фламиния «позолоченный шлем» (с.110). Вроде бы ничего особенного, да? Но только если не знать, что Гай Фламиний был плебей, что начинал он свою политическую карьеру как народный трибун, что в круг первых лиц государства он попал благодаря мощной поддержке простолюдинов. Такой человек не мог позволить себе позолоченный шлем: на его сторонников сей предмет роскоши действовал бы, как красная тряпка на быка. Не говорю уже о том, что действие происходит в эпоху суровых республиканских добродетелей. Какие уж там позолоченные шлемы...
С военным бытом и воинской экипировкой у Немировского вообще беда. Вот Публий Корнелий Сципион рассказывает поэту Невию, каким он впервые увидел Ганнибала, столкнувшись с ним в бою при Тицине:
... Всклокоченные волосы. На теле под кольчугой галльский плащ. (с. 124)
Странно, что Ганнибал скачет в бой без шлема («всклокоченные волосы») и в неподобающем его статусу доспехе – кольчуге, которую он как-то ухитрился надеть на галльский плащ (что, скажем прямо, было бы весьма затруднительно, не говоря уже о курьёзности такой попытки). А если вернуться к тому месту книги, где Немировский показывал нам бой при Тицине глазамиСципиона, то обнаружится, что там Ганнибал выглядит совсем иначе:
... Всадников возглавлял человек лет тридцати, с чёрной, в кольцах бородой. На нём были сияющие латы, длинный пурпуровый плащ.(с. 91)
Мне скажут, наверно, что здесь не противоречие, а тонкий литературный приём, демонстрирующий трансформацию образа памятью. Ладно, пусть так. Оставим Ганнибала и посмотрим, как одевается в военном лагере римский полководец Квинт Фабий Максим.
Фабий, накинув тогу, вышел наружу... (из претория, с. 126)
Что же это за антиковед, не знающий, что на войне тогу не носили? Да ещё и не понимающий, что римскую тогу, длина которой по прямому краю доходила до шести метров, невозможно просто «накинуть»?
А вот нумидийская конница в ожидании боя:
Нумидийцы привстали на стременах,напряжённо вытянув шею.(с. 147)
Шею вытянули нумидийцы... Нумидийцев много, а шея почему-то одна! Но это ещё и не самое смешное. Действие происходит в 216 г. до н. э., а у нумидийцев уже есть стремена! В реальной истории они появятся у конников Евразии (не Африки!) лишь через три с половиной века. И это если ориентироваться на самую раннюю дату из предлагавшихся исследователями... Отсутствие у древних всадников стремян – факт чрезвычайной важности: именно этим объясняют доминирование тяжёлой пехоты на полях сражений античного мира (массированный таранный удар конницы невозможен без устойчивости всадника на спине коня).
С римской пехотой Немировский знаком не лучше, чем с нумидийской конницей:
... Не успели римляне опомниться, как Масинисса подскакал к знаменосцу и выхватил у него из рук полотнище с изображением дятла – значок манипула. (с. 168)
Неужели Немировский в самом деле не знал, как выглядел значок римского манипула? А если знал, то зачем было так разухабисто врать?
Как видим, текст книги пестрит ляпсусами, и очень трудно поверить, что автор был профессиональным историком-антиковедом. Страшно подумать, что может обнаружиться в его научных монографиях. Пожалуй, от знакомства с ними я воздержусь.
Что касается рецензируемой художественной книги, то это явный брак во всех отношениях. Мутные сны плохого историка о заинтересовавшей его эпохе.
41 понравилось
