
Михаил Светлов "Избранное". Советская литература. Поэзия. ))
В рамках поэтических чтений... углядела в библиотеке и ухватила том избранного Светлова. То есть, как увидела, так сразу поразилась - что я до сих пор не сподобилась ознакомиться с творчеством этого поэта. А тут предоставляется такой удобный случай - я вообще очень полюбила эти толстенькие томики... где помещали все написанное на протяжении жизни... Можно, так сказать, познакомиться в целом и в динамике... )) Вот прямо замечательный проект начали в последние советские годы! (вздыхает)
Вообще говоря, я, конечно, слышала про Светлова... но так как я тогда, в школьные годы, не очень любила поэзию, то всем этим поэтам как-то не уделяла внимания... как-то они скользили мимо осознания... (Вот сейчас знакомлюсь, лучше поздно, чем никогда, как говорится (( ) И что касается Светлова, то я считала, что из его творчества мне известна только знаменитая Гренада (обожаю! )) ). Но вот по мере чтения сборника, стало понятно, что мне известно даже больше. К примеру, ставшее классическим - "Мы мирные люди, но наш бронепоезд стоит на запасном пути" - это, оказывается, Светлов написал! (а кто-то на голубом глазу считал, что это народное, мда... )) ) Или вот этот обрывок - про двух мальчиков, умчавшихся на двух велосипедах... которые любовь моя и молодость моя - это, как сейчас помню, я мельком уловила - глаз зацепился - в критическом разделе журнала "Юность"... И я напрочь позабыла, что там было с этими стихами, ругали их или хвалили. Но в память врезалось напрочь. А сейчас читаю - и это тоже, оказывается, Светлов!
Но, конечно, главным образом все знакомство с поэзией в те времена у меня проходило посредством музыки и бардов. Вот пронзительно лирическое - про то, что "сегодня я отдал ей целое небо, а завтра всю землю отдам!" - как сейчас помню, пели Беседина с Тараненко... И да, это тоже Светлов... оказывается... Но самое большое - для меня - потрясение было, это что моя любимая песня про большую дорогу - это тоже написано Светловым! Ну, вы все знаете, из фильма "О бедном гусаре замолвите слово", Миронов пел - "К застенчивым девушкам, жадным и юным, сегодня всю ночь приближались кошмаром гнедой жеребец под высоким драгуном, роскошная лошадь под пышным гусаром..." И что самое обидное - в действительности она гораздо больше. Потому что там не только гусары 1812 года упомянуты, но и красноармейские конногвардейцы Гражданской... как неразрывная связь и преемственность времен... А Рязанов это все отрезал и выкинул. И вроде бы понятно, что для фильма требовались гусары... Но все равно обидно. И символично. ((
В общем, потрясающие стихи. Меня еще поразило, что первые стихи в сборнике - настолько резкие, угрожающе-кровавые. Ну, понятное дело, Гражданская, юность комсомольская моя, и все такое. А последние как раз лиричные и романтичные. Про любовь... Ну и, конечно, в последних стихах, уже незадолго до смерти, эта пронзительная нота - "страна моя, не засыпай!" Для нас сейчас звучит вообще по-роковому. Тогда, я думаю, никто и не понял... ((
«Так вот… вчера – бои, сегодня – спокойно. Многих из теплой семьи вырвали войны». * «Я не знаю, где граница между Севером и Югом. Я не знаю, где граница меж товарищем и другом. Я не знаю, где граница между пламенем и дымом. Я не знаю, где граница меж подругой и любимой…» «Скоро ль встретимся – не знаю. В эти злые времена ведь любовь, моя родная,- только отпуск для меня». «В нашем Союзе люди растут в четыре раза быстрей; я начал с борьбы, я совсем не мечтал о пиратах больших морей». «Не сбавляя паров, грохоча биографией боя, мы идем в нашу старость, как входят в туннель поезда…» «Не забудем их, лицо в лицо видевших и жизнь, и смерть, и славу. Не забудем наших мертвецов, - мы на это не имеем права!» «К пограничным столбам приближаются снова бои, и орудия ждут разговора на новые темы… Я перебираю воспоминанья свои, будто чищу оружие давно устаревшей системы». «Осторожнее! Мы идем по могилам моих друзей. А ты знаешь, что значит терять друга близкого? Это – знай: «Здравствуй!» тысячу раз сказать, и внезапно сказать: «Прощай!» «…По ступенькам грядущих дней ходит бритенький старичок. Это – я! Понимаешь – я! Тот, кто так тобою любим, тот, кого считали друзья нескончаемо молодым…» «Недалеко, у самой двери, совсем, совсем недалеко события рычат, как звери, их укротить не так легко!» «Быть может… увижу я средь лиц обыкновенных встревоженную мордочку любви». «Давай с тобой обнимемся, солдат! На нас десятилетия глядят, нам не жалела родина пайка – сто молний, сто чудес и пачку табака». «На фоне взрывчатых событий, совсем бессильные вдали, летят матросы по орбите вокруг своей родной земли. Что им вселенная! Она им как общежитие легенд. История! Тебя мы знаем в скрещенье пулеметных лент… Допустим, ты замолкло, сердце, и хоронить тебя пришли, - будь вместе с ними, чтоб вертеться вокруг своей родной земли». «Буду верен себе и навеки останусь счастливым. Чем могу я, скажите, товарищи, быть недоволен? Мне великое время звонило со всех колоколен». «Вижу я темно-синюю высь, где в обнимку летят позывные и с романсами переплелись. До чего же нам стали привычны голоса беспредельных высот! Люди в небе живут как обычно – кто поет, кто на помощь зовет». «Пусть мне будет невмоготу… Буду сердце нести, как термос, сохраняющий теплоту». * «Мыслю юность, как цирковую арену, мыслю взрослость свою, как арену борьбы. Так мы созданы все. Нужно нам непременно столкновение наших мечты и судьбы». *** «…Неужели они воскресли, уничтоженные враги? Неужели их сила тупая уничтожит мой светлый край? Я-то ладно, не засыпаю, ты, страна моя, не засыпай!»

































