Остров

Сама стала раздеваться, смотря на себя в зеркало. Наверное, я в нём тоже отражался. Мы были там оба. Мне казалось, что я катаюсь на бешеной, стремительной карусели.

Он говорил, что приходит к тёте Зине не как к шлюхе, а как к человеку, но если она его продаст… И тут он не жалел матери ради того, чтобы дать понять, что он сделает, если его продадут. Потом стал говорить ласково, называя тётю Зину «котиком маленьким и умненьким».

В голове шумело, хотелось какого-то движения.