Житейские воззрения кота Мурра

Эрнст Теодор Амадей Гофман недаром назван "универсальной личностью в искусстве". Он не только выдающийся немецкий писатель, но и автор первой немецкой романтической оперы, дирижер, музыкальный критик, театральный декоратор, музыкант, график и блестящий юрист. Литературное наследие Гофмана столь же разнообразно, как и его таланты, - это романы, новеллы, сказки, либретто, эссе, критические статьи. В книгу вошли знаменитые сказки "Золотой горшок" и "Крошка Цахес, по прозванию Циннобер", а также "Жи...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,1

203 оценки

5
39%
4
34%
3
21%
2
5%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 225Хотят прочитать 177

Рецензии

OlesyaSG
20 февраля 2025
Кажется, я все еще не доросла до этой книги. Уж слишком сложная она для меня. Мне бы чего попроще, может, и оценка была бы выше, а так...
А так мучила я книгу, а потом она меня... признаюсь честно, к концу местами даже по диагонали читала, до такой степени не хотелось читать эту муру от Мурра и Крейслера. И под занавес, чтоб уже наверняка меня добить, книга не закончена, т.к. все умерли.
И даже умный кот, который умеет писать и читать, не спас для меня этой книги.
Слишком заумно, слишком вычурно. За кружевами слов пропал рисунок истории.
Так и хочется сказать "графоманство", но нет. Не скажу, потому что эту книгу нужно уметь понять, почувствовать. Полюбить это словоблудие. Продраться через нагромождение слов до смысла. У меня не получилось. Я пока не готова к таким грандиозным конструкциям...
Читать далее
139 понравилось
3
1K
Deli
14 апреля 2013
Изучение "Воззрений кота Мурра" на филфаке проникнуто особым романтическим флёром. Гофман вообще считается той гранью, за которой уставшие от бесконечной классики студенты могут прикоснуться к чему-то ещё по-детски увлекательному: немного сказка, немного триллер, слегка фантастика и очень много сюра. Так что обычного в данном случае вопроса "читать или не читать" даже не стоит. Конечно, не все выполняют свои обязательства, но это уже совсем другой вопрос.
В моём же случае всё было очень сложно. Гофмана и немецких романтиков я так или иначе читала с детства и поняла, что оно меня пугает. Вот именно тем самым сюром, который и не сказка, и не фантастика, вообще сложно понять что, а парадоксальностью своей нещадно давит на психику. Потому в рамках учебной программы я обходилась лекциями, а из прочитанного впоследствии понравился только "Крошка Цахес", ибо концентрация бреда оказалась достаточно высока, чтобы проняло даже меня.
"Кота Мурра" же не было даже в планах и не столько потому что это Гофман, сколько потому что это про кота. Будучи на филфаке, наверное, единственным кошконенавистником, я единственная и не включалась в истерию вокруг этого произведения, в то время как других сюжет про антропоморфного животного, пишущего мемуары, привлекал на порядок больше социальной неустроенности в европейских странах прошлых веков.
Потому отношение моё к этой книге и получилось таким двойственным, что я даже не поняла, понравилась она мне или нет. Наверное, следует упомянуть, что сама по себе она не является самостоятельной, а входит в гофмановскую "Крейслериану" - небольшой цикл, состоящий преимущественно из рассказов о жизни и творчестве капельмейстера Иоганнеса Крейслера, талантливого музыканта и композитора, являвшего собой тот высший образец человека, живущего в искусстве и ради искусства, что так интересовал романтиков.
Получив вместо дневников кота настоящую композиционную мозаику, я как-то на удивление быстро втянулась. Книга представляет собой... книгу. Не то чтоб мистификацию, но закос под неё. Якобы в одном немецком издательстве решили напечатать случайно обнаруженную рукопись, автором которой был кот. Вроде как такое поучительное повествование может заинтересовать читателя. Однако, в процессе обнаружилось, что варварское животное использовало для просушки чернил листы из какой-то другой книги, оказавшейся биографией капельмейстера, имевшейся на планете чуть ли не в единственном экземпляре, так что издатель решил не отзывать тираж, а оставить всё как есть в надежде, что биография известного музыканта заинтересует хотя бы его знакомых. Вот и представляет собой книга причудливое чередование эпизодов из жизни кота в хронологическом порядке, эпизодов из жизни капельмейстера в случайном порядке на тех самых макулатурных листах, а иногда и ремарок издателя, очень уж переживающего за манеры автора сей необычной книги.
Правда, эпизоды из жизни кота Мурра сложно воспринимать как программу "Из мира животных". Не надо быть филологом, чтобы понять, что за всеми этими описаниями жизни немецких кошек и собак кроются аллюзии на вполне себе человеческие нравы того времени - и проблемы образования, и заскоки высшего света, и какие-то масонские ложи, и банальная личная жизнь. Мурр - типичный домашний кот, весь такой вальяжный и нарочито утонченный, в лучших традициях считающий людей пищевым придатком, за что мне частенько хотелось его удушить. Благо нервы мои спасали вставки из биографии Крейслера. Это оказалась очень запутанная история, так как и сам капельмейстер - непростой человек со сложной судьбой, и у его наставника, органного мастера Абрагама, на один подлинно известный день приходится десять лет мистификаций, и двор маленького немецкого княжества, где происходит дело, представляет собой подлинную скунскамеру, всё пропитано ложью, загадками и тайнами, интригами, магией и санта-барбарой.
Практически в самом начале, так что это не будет большим спойлером, мы узнаем, что хозяином кота Мурра является сам Иоганнес Крейслер, и смотрим на их жизни через призму жизни другого. Причем, эпизоды зачастую располагаются так, что последующий раскрывает какую-то загадку, упомянутую в предыдущем, потому и рваная история капельмейстера не воспринимается хаотично, а со временем и вовсе начинаешь задаваться вопросом, те ли листы назвали макулатурными. Интриги кошачьего мира подаются как нечто жизнеопределяющее, но смотришь на мир человеческий - и замирает дыхание, потому что реально не понимаешь, где кончается иллюзия и начинается какая-то магия. И есть ли магия вообще, если удельный вес фокусников и шарлатанов здесь просто зашкаливает?
Но самой большой загадкой всё-таки для меня является сам факт наличия в доме Крейслера его собственной биографии. Вообще, странная она какая-то, эта биография. В ней упоминаются сцены и разговоры, которых не мог слышать ни сам капельмейстер, ни случайный свидетель, а непосредственные участники вряд ли стали бы разбалтывать такое какому-то биографу. Так что повсюду тайны: у зверей и у людей, и у издателя, наверное, тоже.
Читать далее
100 понравилось
53
1,6K
Ludmila888
15 мая 2019
«У Гофмана есть идеал, правда иногда не точно поставленный; но в этом идеале есть чистота, есть красота действительная, истинная, присущая человеку» (Ф.М.Достоевский)
«Зелёная змея меня любит, потому что у меня наивная душа»
Герой этой философской сказки – романтик-мечтатель, свободно парящий в мире своей фантазии, но не умеющий ступать по земле. Тема мечтательства представлена Гофманом в волшебном блеске и поэтическом очаровании юности. «Блаженство Ансельма есть не что иное, как жизнь в поэзии, которой священная гармония всего сущего открывается как глубочайшая из тайн природы!».
В начале повествования студент Ансельм изображён обычным молодым обывателем, мечтающим о бутылке двойного пива, полпорции кофе с ромом и прекрасных девушках. Единственное его отличие от других – удивительное невезение, неуклюжесть и неловкость, говорящие о невротичности.
«Быть тебе уж в стекле, в хрустале, быть в стекле!»
В сказке прослеживается противопоставление романтического и обывательского сознаний. Герой оказывается наделённым развитым воображением и особым видением мира, а также чувствительностью к тесным рамкам обыденной жизни. Временно попав в заточение – стеклянную банку, он видит рядом с собой ещё пять человек в подобных склянках, которым кажется, что они свободны и наслаждаются всеми радостями жизни. Совсем недавно Ансельм и сам был таким же, но теперь ему чужда эта компания обывателей, загнанных в своеобразные футляры своим сытым самодовольством, глупостью и пошлостью.
Будучи неудачливым и в любви, Ансельм какое-то время балансирует на грани между реальностью и фантазией, но затем делает выбор в пользу второго варианта. Согласно К.Хорни, одним из выражений общего невротического расстройства личности являются особые затруднения в любви и сексе, по отношению к которым у невротиков действуют некоторые общие тенденции. И одна из них направлена на то, чтобы исключить любовь (а иногда и секс) из реальной жизни, но при этом отвести им выдающееся место в воображении. Любовь тогда становится такой возвышенной и чистой, что любое её реальное осуществление кажется мелким и гадким. Именно такую любовь романтика-мечтателя Гофман талантливо описал в «Золотом горшке».
А Эрих Фромм в «Искусстве любить» показывает часто встречающиеся формы иррациональной, невротической любви. И любовь героя сказки чем-то похожа на одну из форм такой псевдолюбви, а именно – любовь сентиментальную: «Ещё одна форма псевдолюбви – "любовь", которую можно назвать "сентиментальной". Её сущность состоит в том, что переживание любви происходит только в мечтах, а не в повседневных взаимоотношениях с реальным человеком… Для многих это… единственная возможность ощутить любовь… Пока любовь остаётся фантазией, они могут её переживать; но как только она спускается до действительных взаимоотношений между реальными людьми, они "замерзают"...Эта идеализированная и отчуждённая форма любви служит наркотиком, облегчающим страдания действительности, одиночество и отчуждённость индивида». Правда, у студента ещё более тяжёлый случай, так как он любит даже не человека, а какую-то зелёную змейку: «Если зелёная змея не будет моею, то я погибну от тоски и скорби».

Как писал Достоевский, Гофман «олицетворяет силы природы в образах: вводит в свои рассказы волшебниц, духов и даже иногда ищет свой идеал вне земного, в каком-то необыкновенном мире, принимая этот мир за высший, как будто сам верит в непременное существование этого таинственного волшебного мира...».
Судьба романтиков-мечтателей, как правило, бывает печальной. Ведь фантастические грёзы уводят от настоящей действительности. Вдохновение мечтателя, творящего свою призрачную жизнь, покупается слишком дорогой ценой: отрывом от реальности…
«Вне должно быть уравновешено с внутренним. Иначе, с отсутствием внешних явлений, внутреннее возьмёт слишком опасный верх» (Ф.М.Достоевский).

Читать далее
90 понравилось
17
2,9K