Индейцы без томагавков

Если вы родитель любознательного мальчишки или же сами любите искать ответы на многие «почему», эта книга для вас. Ее приятно читать за утренней чашкой кофе вместо негативных новостей по телевидению или однотипной ленты социальных сетей. Она для тех, кто хочет развивать свой кругозор и получает удовольствие от возможности блеснуть ярким историческим фактом.

Книга написана в публицистическом жанре. Автор — известный чешский американист Милослав Стингл. Он 40 раз объездил земной шар и стал почётный вождем индейского племени кикапу. Уже эти факты разжигают интерес к его литературным работам, которых, кстати, набралось сорок произведений.

Сильные стороны книги:

1. Глубокая исследовательская составляющая. Произведение пестрит не только уникальными историческими фактами, но и подробными описаниями природы, обычаев, традиций и уклада индейских племен.

• Легкая манера повествования. Книга написана доступным языком, ее приятно читать.
• Масштаб исследования. Автор рассказывает весь путь зарождения индейской цивилизации, от появления первых поселенцев из Азии в Северной Америке 40 000 лет назад до современной эпохи.
• Мифы. Милослав Стингл разбивает много мифов об индейцах, которые сейчас массово тиражируются Голливудом и отечественным кинематографом. Например, мы часто слышим, что индейцы не употребляли алкогольные напитки. Но это не так. Они использовали забродивший сок агавы — октли.
• Любопытные факты. У некоторых ацтеков было больше 1000 жен, жены индейских купцов могли мыться только раз в 60 дней, популярный напиток из какао придумали индейцы, они называли его «чоколатль» — и такой интересной информации в книге очень много.

  Интересно наблюдать за тем, как зарождалась и развивалась индейская цивилизация, от первобытного уклада до создания сверхмощных городов-государств, от примитивных рабочих инструментов до сложнейших ювелирных украшений из золота, легенды о которых живут и сегодня, от расцвета великих ацтеков до почти полного уничтожения величайшей народности.

  Фантазия рисует сумасшедшие догадки, когда думаешь об огромных индейских маундах длиной в триста метров, на создание которых ушло 634 355 кубометров земли. О гигантских головах богов при входе в местный храм, каждая из которых весила больше 10 тонн и была создана из базальта (этот материал привозили издалека). О городских плитах весом в 60 тонн, которые непонятно как доставляли из карьеров, расположенных за 125 километров от места строительства. О таинственных древних городах, пирамидах, усыпальницах и сокровищницах. И это не легенды, а исторические факты. Невольно начинаешь верить в существование сверхразвитых цивилизаций.

  Сердце сжимается, когда читаешь о том, как изощренно истребляли индейцев сначала испанские завоеватели, потом колониальные захватчики со всего мира. При этом использовалось не только холодное и стрелковое, но и биологическое оружие, а также психологическое разрушение личности. Проходят тысячелетия, но у борьбы за власть и территории все те же средства.

  Книга Милослава Стингла «Индейцы без томагавков» обязательна к прочтению всеми, кто интересуется историей, развитием и уничтожением цивилизаций и любит проводить исторические параллели.

Никогда не имел привычки описывать свою жизнь, ибо казалось мне, мое существование не тот предмет, что может вызвать живой интерес у стороннего наблюдателя. Но тут произошли некоторые события, которые спешу изложить на бумаге, пока память о них еще не померкла.
Недели две назад меня начала беспокоить бессонница, а если и засыпал я в смятой постели, то остаток ночи мучался кошмарами, образами поистине таинственными и зловещими. Когда же я поделился этой проблемой со своими верными друзьями, они, всецело преданные мне, предложили провести ночь в моей спальне, дабы отыскать причину недуга. Признаться, я был настолько измучен и утомлен беспокойными ночами, что тут же согласился. Вечер мы провели лихо, в щедрых возлияниях славя добрейшего из всех богов — Диониса. Представьте мое удивление, когда утром, я, хоть и выспавшийся впервые за долгое время, услышал от своих соглядатаев, что всю ночь я без конца ворочался и жалобно напевал песни на незнакомом языке:

«Тлали но накайо
Атл но эстли
Эхека но и-и-йо
Иуан тлет но тонал»

Долго я пытался раскрыть тайну ночной песни, ответ же нашел неожиданно… Хотя, где еще мне могли помочь, если не в «Чертогах»? Поистине, каждый там сможет найти все, чего жаждет его ум и тело.

Одним тоскливым пьяным вечером за наш стол уселся старик, седые косы и огромный нос которого сразу внушали почтение и необъяснимое смущение. Как будто вам становится стыдно за то, что вы живой, молодой и пьяный. Старик был увешан какими-то косточками, перышками и клочками шерсти. Он поставил на стол бутылку текилы, чем сразу свел к минимуму смущение, однако уважение наше подскочило до небес. Старик тихо рассмеялся, как будто знал какую-то нашу тайну. Честно говоря, мне показалось, что он знал ВСЕ наши тайны. А потом он запел:

«Тлали но накайо
Атл но эстли
Эхека но и-и-йо
Иуан тлет но тонал»

Я испытал боль, печаль, радость, гордость, силу, страх, благоговение, желание, эйфорию и бескрайнюю, не поддающуюся описанию скорбь. Сквозь слезы я спросил у него: «Вы знаете, кто я? Вы знаете, что со мной?»

Старик опять рассмеялся, потом запустил узловатую кисть в один из своих многочисленных карманов и извлек длинную трубку, постучал ею о край стола, вытряхивая пыль и золу, набил чем-то серым, поджег, затянулся и передал мне. Я, не задавая вопросов, принял ее и начал курить. У меня закружилась голова, я закашлялся, закрыл глаза, и когда открыл их…

Я — охотник, я вооружен луком. На моем лице татуировка ягуара. На моей шее нефритовая фигурка пузатого младенца-ягуара, это вместилище его духа. Это вместилище моего духа. Нефритовый ягуар охраняет меня, дает мне силы. Я быстрый. Я сильный. Я неуязвимый. Чье-то мощное тело напрыгивает на меня сзади, придавливает к земле и впивается зубами в мою шею…

Я — тольтек, житель славного города Толлана. Я не ел уже несколько дней. Наш город впал в немилость у богов. Наш правитель Секоатль женился на женщине с чужих земель, чем прогневал свой народ, ему ничего не оставалось, кроме как умерщвить себя, но это не спасло наш народ. За смертью правителя последовала страшная эпидемия, вслед за которой нас постигла более ужасная кара — голод. Все те, кто выжил в борьбе с болезнью, были быстро сломлены отсутствием еды. Это тяжело вначале. Но я уже привык к легкости, к слабости и пустоте. Я готов встретить свою смерть…

Я — воин. Я пленен в бою с могущественными тарасками. Я знаю, что меня ждет смерть, и я готов к ней. Часть моих товарищей брошены в огонь во славу Курикаури, их крики и запах горелой плоти преследовали меня много дней, потому я молю своих богов о скорейшей смерти. И вот час настал. Меня опоили горьким напитком, от которого все мысли потонули в мутном болоте смирения и усталости. Меня и десятки других пленных отвели к жертвенному камню у берегов горного озера Куицео, одним простым движением жрецы рассекали наши груди, вырывали и бросали наши сердца в бурлящие источники Синапекуаро. Лето будет дождливым и плодородным…

Я — старый ацтек, житель славного города Теночтитлана. Я на закате своей жизни. Я достойный муж, сиуакоатль. У меня множество земель, возделываемых сотнями тлалмаитлей и тлатлакотинов. В моем доме не переводятся маис, чоколатль и томатль, а в праздники льются неиссякаемые потоки октли, пьяня и веселя гостей. Я знаю, что я стар, что прожил достойную жизнь, преданно служа нашему тлакатекухтли, будучи ему советником и опорой. Я оглядываюсь на свою жизнь и готов встретить смерть, с гордо поднятой головой, без малейшего страха. Приди! О, мой конец…

Я — аймарская женщина, жительница славного города Уармицукара. Я сражалась плечом к плечу со своими подругами в битве с войском могучих инков, мы разбили их отряд и отразили нападение. Я видела, как пали мои подруги, слышала их плачь и крики. И сама я ранена, скоро настанет мое время покинуть этот мир. Инки сильны и мы неспособны противостоять им. Они уже подчинили себе множество окрестных земель, все больше и больше племен забывают свой родной язык и начинают говорить на языке завоевателей, кечуа…

Я – инкский мужчина, житель славного государства Тауантинсуйу. Я, подобно Ольянтаю, полюбил сестру нашего великого правителя инков Уайна Капака. В страсти своей и желании, позабыл я свое место, а также то, что сестра правителя — она же жена его и принадлежит только ему. В 25 лет я, как и остальные неженатые мужчины, отправился в городской центр, где мне должны были определить супругу. Но не смог я и в мыслях допустить измену своей возлюбленной и сознался во всем повелителю. В гневе тот повелел казнить меня, с облегчением я принимаю свою смерть…

Я — будущий сипа, правитель муисков. Предыдущий правитель умер, но перед смертью своей провел для нас, претендентов на престол, нелегкое испытание — раздевшись донага мы должны были сохранить невозмутимость и спокойствие даже в присутствии обнаженной красавицы. Я гордо выдержал это испытание и вот, уже завтра, я прибуду в Гуатавиту, где тело мое покроют золотом и я принесу жертву богам, а затем омою себя в водах озера и вернусь к своим подданным обновленным и очищенным от всех грехов. И буду править своим народом мудро, до тех пор, пока не придет моя очередь умереть и мое место займет следующий сипа…

1492 год от Рождества Христова.

Я — Монтесума, побежденный Кортесом.
Я — тысячи ацтеков, инков, майя, убиваемых мечом, попираемых крестом. Попавших в мясорубку конкисты, ведомой алчностью и слепой верой. Я — тысячи насилуемых индейских женщин. Я — тысячи проданных в рабство детей. Я — индейцы, у которых отняли землю. Я — апачи, атапаски, помо, делавары, чироки, ирокезы… В мое поселение привозят зараженные одеяла и вся моя деревня умирает от оспы. Белые люди убивают всех бизонов в округе, и моя деревня умирает от голода. Меня посылают в резервации, и я умираю от пьянства, болезней и голода. Я восстаю против захватчиков, меня предают, побеждают, убивают, казнят. Меня лишают права жить на земле, которая веками принадлежала моим предкам. У меня отбирают страну, в которой я родился. Я…

Я очнулся, взмокший, трясущийся, кричащий. Я осознал, что меня беспокоило все это время. Словно бы в подтверждение моих слов, старик сказал:
— В тебе воплотилась вся скорбь исконного народа Америк.
— Что мне с этим делать?

— Перевари.

Я не мог отделаться от кошмара увиденного: сотни племен, тысячи городов, миллионы человек. Ничего не стало. Все, что можно было переплавить на монеты, – украдено. Все, что нельзя, — разрушено. Люди, называвшие индейцев дикарями и ужасавшиеся их человеческим жертвоприношениям, с легкостью лишали их жизни во имя богов: Золота и Того Самого, Которому Пристало Быть Милосердным. Жадные и совершенно ослепшие в своем желании нажить богатства. Геноцид, не поддающийся осмыслению. Переварить… Но как? Я видел великие народы в пору их расцвета. Я видел мощь непобедимых армий, чудесный ум врачей и астрономов. Первобытные общества во всей своей чистоте, цивилизации, более цивилизованные, чем их захватчики.

Мне, душе скорее поэтического, нежели военного склада, было тяжело вспоминать открывшиеся ужасы. Но я осознал всю важность данного события, я понял, что в моих силах изложить историю. Да, конечно, я мог бы написать книгу страниц этак в 510, но я буду краток и лишь в четырех строках попробую передать величие и упадок коренных народов Америк:

вождь краснокожих зоркий окунь
могучий лидер как ни глянь
но продал земли за пять баксов
и пропил новый томагавк

«Я скажу тебе одну из вещей, которую мы помним о нашей земле. Мы помним, что наши деды заплатили за неё - своими жизнями»
Джон Деревянные Ноги

Индейцы. Стоит только произнести это слово, как перед глазами всплывают просторы Мексики; разбросанные то здесь, то там вигвамы и скальпы, мирно покачивающиеся на ветру. Так было раньше. До знакомства с прекрасным автором — Милославом Стинглом, который совершил сорок кругосветных путешествий, написал сорок книг о народах разных стран и по совместительству является почетным вождем племени кикапу, как любезно подсказывает Википедия.

В первую очередь хочется отметить стиль произведения. Мне постоянно казалось, что я смотрю очередной выпуск программы ВВС, а голос за кадром с интересом описывает происходящее на экране.

И как показывает приведенная выше цитата, язык достаточно красочный и легкий, а читателю остается только закрыть глаза и представить сцены, так точно и подробно описанные в книге. И раз уж речь зашла именно об этом, то обязательно упомяну иронические высказывания, которые то и дело мелькают между страницами.

«И в самом деле обнаружили клад. Десятки золотых и нефритовых украшений и десятки девичьих скелетов. Боги дождя, очевидно, не спускались в священный сенот за своими девственницами».

«Однако же после ухода иезуитов в Паракарии оказалось несколько тысяч метисов. Если учесть, что иезуит должен строго блюсти целибат, тут воистину не обошлось без чуда!»

Стингл любит индейцев. Он до безумия увлечен тем, о чем рассказывает. Он не равнодушен. И каждое написанное им слово, каждое восклицание и полнейшее отсутствие сухих и равнодушных моментов только подчеркивают сложившееся впечатление, заставляя погружаться в текст.

В текст, в котором рассказывают о многом и с разных сторон. Да. Автор не останавливается на какой-то одной теории, а описывает факты, какие-то догадки, рассказывает про неподтвержденные предположения и рухнувшие теории, затрагивает тему мифов. Нет практически никаких ограничений. Перед нами лежит Кубик рубика, который с удовольствием показывает каждую грань неизведанного мира.

Мира, который наполнен различными племенами со своими обрядами, традициями и иерархией. И Стингл говорит об этом. Жонглирует названиями, распахивает ворота городов, ведет пальцем по карте, рассказывает про местоположения и миграцию, а потом подносит зажигалку к ветхой бумаге и начинает говорить про белых захватчиков, которые разрушили все.

И хотя автор уделяет много внимания именно культурам разнообразных племен и их достижениям, но не менее важным аспектом книги и истории самих индейцев является постоянное нахождение в состоянии войны за собственную независимость. Ведь первые важные шаги вперед можно датировать только 3 мая 1901 года, когда «пять цивилизованных племен», живущих на Индейской территории, получили американское гражданство. Но при этом все еще не имели права покидать территорию резервации. И только 23 октября 1950 года представители Лиги ирокезов выступили в здании ООН, подчеркивая несправедливость, слепоту и цинизм всей американской политики по отношению к ним.

Пожалуй, могу сказать, что Стинглу удалось изменить мое отношение к вестернам и к Буффало Билу, в частности.

Именно эти строки теперь будут мне вспоминаться при просмотре фильмов, связанных с миром Дикого Запада.

Так что, если вам хочется узнать немного больше про Эльдорадо, про то, что, возможно, индейцы первыми высадились на берегах Европы, взглянуть на мир глазами инков, ирокезов, ацтеков или майя, то обязательно прочитайте «Индейцев без томагавков». И перед вами откроется действительно захватывающий мир, с которым так и хочется познакомиться ближе.

Команда Вот это вот все

Раскрывая "Индейцы без томагавков", отправляешься в путешествие по американским континентам, полное загадок, открытий и фактов на 500+ неосязаемых для меня страницах. Милослав Стингл оперирует огромным количеством источников информации. На протяжении 30 тысяч лет лучше всего передан уклад жизни очагов древних цивилизаций, открытие "Америки" и борьба с завоевателями.

К этой книге я обращался в интернете несколько раз - когда вышел Apocalypto Мэла Гибсона очень захотелось историю ацтеков почитать, поскольку в моей голове они как-то больше вязались с видеорядом, чем майя; в другой раз черпал что-то про Мексику; да и вообще, Фенимор наш Купер, когда-то заложил нехилый интерес к индейцам. Долго искал бумажный вариант, но всё как-то не складывалось, так что не выдержал и одолжил у приятеля kindle (очень не хватало чувства "объёма", ну и на том спасибо).

Интересно, что тем, кто когда-то зачитывался кожаными чулками и следопытами, я могу смело адресовать и "Индейцев без томагавков". За исключением последних глав, где решение всех проблем современных индейцев автор видит в социализме, что, по-моему, просто дань времени, - это живая и увлекательная книга. И я к ней ещё не раз вернусь.