Совершенно случайно набрела на эту книгу. Главный герой её, Руди Хагедорн , в последние дни войны, уже в Германии, дезертирует из армии после конфликта с командованием, и пробирается в родные места. Путь его сложен и долог, опасен – за ним идёт охота , и разные люди попадаются ему. Он вспоминает детство, постепенное вхождение нацизма в жизнь восточногерманского городка Рейффенберга. Максу Шульцу, на мой взгляд, эта часть удалась лучше всего. Что хуже всего? Если про положение в немецких войсках в апреле 1945 года автор останавливается достаточно подробно, то о том, что было с Руди раньше, практически не упоминает. Мотивация ухода добровольцем на службу в вермахт, не обошлась без штампа, легко прижившегося в немецком обществе: «Мы поверили Гитлеру, а он нас обманул». В чём обманул? В том, что такие добровольцы, как Хагедорн, остались без обещанных имений и рабов? Об участии Руди в войне против СССР – пара крошечных эпизодов: о том, что там было страшно и ужасно. Но за что-то же Железный крест первой степени и другие награды он заслужил? Ощущение, что автор, соответственно и главный персонаж, загнали воспоминания и опустили непроницаемую заслонку. Возможно, Шульцу хотелось беспристрастного отношения к своему главному персонажу, поэтому всё сосредоточено на том, попытке Руди разобраться с новыми реалиями (среди которых - советские солдаты, сослуживцев которых когда-то он убивал), понять, как жить дальше, кем быть и с кем. Друг детства Армин Залигер (антагонист Руди, особо не терзающийся, к которому у Руди двойственное отношение), старая безответная любовь, новые отношения – это занимает мысли растерянного и морально опустошённого человека. Есть в книге споры и беседы, в частности, у профессора Фюслера, – и для меня это была тоже не самая сильная часть романа. Мне показалось, что они не вписались органично в текст. Но в целом было любопытно прочитать роман немецкого автора, непосредственного участника событий, о жизни в Германии сразу после окончания войны, о попытке бывшего солдата найти место в мирной жизни.
3 понравилось
