Ваша оценкаКнига избранных стихотворений Варлама Шаламова, известного широкому читателю прежде всего своей прозой, является настоящим подарком истинному ценителю поэзии. В своих поэтических произведениях Варлам Шаламов отходит от конкретики лагерного опыта, однако и здесь читатели сталкиваются с редким ощущением абсолютной подлинности, точности и остроты переживания жизни.
Жанры
Рейтинг LiveLib
4,4
61 оценка
- 556%
- 431%
- 38%
- 23%
- 12%
Ваша оценкаПрочитали 69Хотят прочитать 81
Рецензии
OlesyaSG11 июля 2022 г.Читать далееКороткая, но интересная книга. Написано простым , лаконичным языком.
Особенно полезна будет тем, у кого до сих пор радужно-романтические представления о ворах, уголовниках, их жизни.
О том, как попадают в преступный мир, об языке-фене. О том, как относятся к литературе в преступном мире.
О классиках рус. и зарубежной литературы, которые писали об уголовниках, каторжанах. Писали, но не зная "предмета", а c перепевок, поэтому и много неточностей, несоответствий.
Неожиданной оказалась для меня глава об Есенине. Много нового узнала.
О женщинах в преступном мире, об их роли, об отношениях к ним и между собой. О матерях.751,2K
Marikk5 мая 2020 г.Читать далееШаламов сравнительно недавно, но уже очень прочно вошел в мою читательскую жизнь.
Не только его необычная судьба, но и суровый, лаконичный стиль покорили мою душу.
В данном произведении практически нет художественного вымысла, ибо автор стремиться показать и рассказать о мире, скрытом от большинства - о мире воров и блатарей.
Прежде всего Шаламов отмечает, что в русской литературе уже не раз делались попытки изобразить этот мир, и всякий раз неудачно. Вместо изображения так, как оно есть, писатели показывали преступников и их мир в ореоле романтизма. В отличие от них Шаламов стремиться показать все так, как есть, без прикрас. Он рассказывает о том, как попадают в этот мир, как живут, как попадают в тюрьму и как живут там, об отношениях с женщинами, с искусством, законом и т.д.
Мир этот суров. Как пишет сам Шаламов: "Карфаген должен быть разрушен!"601,3K
papa_Som23 сентября 2016 г.Читать далееЗадайтесь вопросом - что объединяет Достоевского, Гюго, Дюма, Чехова, Горького, Бабеля, Леонова, Инбер, Каверина, Погодина, Ильфа и Петрова? Не напрягайтесь, вряд ли догадаетесь. А ответ прост - они писали о тюрьме/зоне/ каторге и все они, по твёрдому убеждению Шаламова, знали эту тему поверхностно, поэтому их произведения излишне романтизируют и даже возвеличивают преступный мир. А мир этот, на самом деле, страшен, грязен и беспринципен. И никакое краткое знакомство, даже с самым великим вором в законе, не откроет писателю этот мир. Потому, что писатель, даже больше, чем просто обыватель, какой бы он ни был знаменитый и лауреатистый, для вора - лох и фраер...
NB. Я тут, как-то, сетовал, что каторга, на которой сиживал Фёдор Михайлович, описана им без "должной" жестокости, слишком слащава и прянишна. Так Шаламов всё разъяснил и проанализировал - сидел Достоевский на мужицкой зоне, где настоящих блатарей не было и, посему, страдать он там мог только от недостатка почтения и внимания, со стороны сокамерников. А с воровской зоны, писатель вряд ли бы живым вышел...
141K
Цитаты
serp99613 февраля 2024 г.Художественная литература всегда изображала мир преступников сочувственно, подчас с подобострастием. Художественная литература окружила мир воров романтическим ореолом, соблазнившись дешевой мишурой. Художники не сумели разглядеть подлинного отвратительного лица этого мира.
291,1K- serp99613 февраля 2024 г.Читать далее
Вот в эти самые долгие тюремные часы воры коротают время не только за «воспоминаниями», не только за взаимной похвальбой, чудовищным хвастовством, расписывая свои грабежи и прочие похождения. Эти рассказы – вымысел, художественная симуляция событий. В медицине есть термин «аггравация» – преувеличение, когда ничтожная болезнь выдается за тяжкое страдание. Рассказы воров подобны такой аггравации. Медная копейка истины превращается в публично размениваемый серебряный рубль.
Блатарь рассказывает, с кем он «бегал», где он воровал раньше, рекомендует себя своим незнакомым товарищам, рассказывает о взломах неподступных миллеровских несгораемых шкафов, тогда как в действительности его «скок» ограничился бельем, сорванным с веревок около пригородной дачи.
Женщины, с которыми он жил, – необыкновенные красавицы, обладательницы чуть не миллионных состояний.27907 - serp99613 февраля 2024 г.Читать далее
В тюремном времени мало внешних впечатлений – поэтому после время заключения кажется черным провалом, пустотой, бездонной ямой, откуда память с усилием и неохотой достает какое-нибудь событие. Еще бы – ведь человек не любит вспоминать плохое, и память, послушно выполняя тайную волю своего хозяина, задвигает в самые темные углы неприятные события. Да и события ли это? Масштабы понятий смещены, и причины кровавой тюремной ссоры кажутся вовсе непонятными «постороннему» человеку. Потом это время будет казаться бессюжетным, пустым; будет казаться, что время пролетело скоро, тем скорее пролетело, чем медленнее оно тянулось.
Но часовой механизм все же вовсе не условен. Именно он вносит порядок в хаос. Он – та географическая сетка меридианов и параллелей, на которой расчерчены острова и континенты наших жизней.25717
Подборки с этой книгой
Чернуха
- 99 книг
Библиотека Трактира "Чердак".
- 4 710 книг
Политические романы
- 107 книг
Сталинизм и его последствия
- 22 книги
Великая Отечественная литература
- 19 книг
Другие издания
