Франсуаза, или Путь к леднику

«Я вот думаю, что время с возрастом быстрее бежит, потому что память дряхлеет. За единицу времени мы меньше воспринимаем и запоминаем всего. Раньше запоминалось больше и было больше всего, что можно было вспомнить за ту же единицу времени. По мере ухудшения памяти меньше событий, меньше информации воспринимает человек из великого множества всего, что ему предъявлено миром. Потому и время для него быстрее идет, просто нечего вспомнить. Был ли вчерашний день, был ли позавчерашний, случились ли события, способные убедить в том, что прошлое действительно было в худо-бедно какой-нибудь полноте?»

— Все слова на «ина» – женского рода. Пучина, лучина, картина, малина, витрина... Женщина, наконец. Почему же мужчина – мужского? Самого настоящего женского. Просто все договорились считать мужчину ОН вместо ОНА – вопреки логике языка, а на самом деле надо ОНА, язык нам верно подсказывает, он умнее нас. А мы язык обмануть пытаемся. А если прислушаться к языку по-честному и непредвзято, никаких мужчин вообще нет.
— Детина – мужского рода.
— А должна быть женского. Та же история. Просто детина – разновидность мужчины, вот и делали вид, что род мужской.