Машина времени. Рассказы

Кто не знает сюжетов самых известных романов Герберта Уэллса: "Машина времени", "Война миров", "Человек-невидимка", "Остров доктора Моро". Произведения эти довольно динамичные, приключенческая и фантастическая линии в них настолько мощные, что заслоняют для многих читателей философскую основу этих произведений. А ведь английский фантаст практически в каждом своем произведении поднимал тему, которая позднее превращалась в самостоятельное направление фантастической литературы, и без заложенной в неё философской проблемы вряд ли такое оказалось бы возможным.

Небольшой по объему рассказ "Страна слепых" несет в себе такой глобальный мировоззренческий смысл, что достоин быть назван чуть ли не лучшим произведением писателя. И меня откровенно удивляет его относительная непопулярность среди "продвинутых" читателей, а еще больше удивили рецензии на него уже написанные и опубликованные на сайте - люди видят какие-то частности или даже то, чего в рассказе и в помине нет, но главное так и ускользает от их внимания, как бы иронизируя над названием - "Страна слепых".

Основа сюжета - в отгороженный от внешнего мира социум слепых от рождения людей попадает зрячий человек, но вместо того, чтобы стать "королем в стране слепых", он оказывается отторгнут. Его способность видеть здесь не востребована, более того, все принимают его за сумасшедшего, ведь то, о чем он рассказывает просто не существует, все его рассказы просто больные фантазии, идущие в разрез с опытом и здравым смыслом.

Вас удивляет то, что я написал? Да, нас это удивляет, потому что мы наделены способностью видеть, а представьте, что вы прекрасно существуете в мире, где ни у кого такой способности нет, и социум идеально приспособлен к жизни в таких условиях. Или давайте по другому, все слышали про "третий глаз"? Только никто его не видел, и большинство людей не верят в реальность его существования, а тех, кто претендует на такую способность определяют либо в шарлатаны, либо как раз в сумасшедшие.

"Страна слепых" - это не какая-то деревушка в Андах, это наш с вами мир, это мы живем в стране слепых, потому что нам не дано воспринимать мир в иных измерениях и иными органами чувств. Вспомните крылатую фразу Ленина: "Материя – это объективная реальность, данная нам в ощущениях". Чувствуете подвох? Если нет ощущений, то нет и материи. Мы способны воспринимать только ту материю, читай - реальность, которая регистрируется нашими органами чувств.

Так что не спешите осуждать жителей "слепой деревни" за косность и дикость, они очень даже продвинуты в понимании того мира, который дан им в ощущениях, их космография практически безупречна, всё имеет логичное и конкретное объяснение, и именно трезвый рационализм не позволяет им принимать всерьёз рассказы Нуньеса, так зовут их зрячего гостя.

И на этом фоне совсем некстати выглядят определения о том, что, дескать, рассказ Уэллса о "победившем тоталитаризме". В современном мире модно во всем выискивать протест против этого самого тоталитаризма, но мы постоянно забываем, что самый мощный тоталитаризм порождает не диктаторский политический режим, которого, кстати, в деревне слепых и в помине нет, а тот самый общественный договор. Именно общественный договор рождает принципы морали и права, которые на начальном - понятийном, скажем так, этапе оформляются, например, в заповеди, и лишь с развитием государственных институтов превращаются в законы.

Общественный договор работает и сейчас, причем намного кровожаднее тех же самых законов, возьмите хотя бы культуру отмены, которая царит сегодня в "самом развитом и самом не тоталитарном" западном обществе. Вот он - настоящий тоталитаризм в действии, далеко не каждый способен пережить обрушивающиеся на "имеющих свой взгляд" остракизм, осуждение и травлю. Поэтому побеждает конформизм, диктующий слиться с толпой и отказаться от своих "ненужных глаз" - будь как все, и тогда не тебя будут пинать, но ты сам сможешь пнуть умника, посмевшего не согласиться с нами - осуждающими и клеймящими!

И, не видя этого, мы осуждаем жителей деревни слепых за то, что они решили ослепить Нуньеса? Это она - наша слепота: разве наш социум ежедневно и ежечасно занимается не тем же самым? А ведь слепые желали Нуньесу добра, и это было не единоличное решение какого-то тоталитарного тирана, нет, это было общее мнение всего социума, кстати, принятое на собрании старейшин, то есть, демократический принцип, как ни странно, был соблюден, и даже возлюбленная Нуньеса умоляла его согласиться на операцию, потому что тогда он станет как все, и ему же самому станет лучше..

Нуньес сбежал, он выбрал свободу и зрение..., хотя в его случае это означало выбрать смерть, скорее всего он погибнет в снегах гор, через которые не сможет пройти. Но финал Уэллс оставил открытым - каждый читатель может выбрать свое видение концовки.

Но задумайтесь, если современные люди в большинстве своем не способны пережить травлю и остракизм, то что говорить о людях, живших в период племенной организации, ведь выпадение из социума почти без исключений означало гибель от голода, агрессивных иноплеменников или диких зверей. И поэтому люди не мыслили себя вне рамок общественного договора, право на свое мнение появится много позже, но даже сегодня попробуйте его отстоять. Поэтому даже в наше время вам придется либо "уйти в горы", либо согласиться на операцию "по удалению глаз".

Вот вам и "фантаст" Уэллс... или всё-таки философ?

В качестве музыкальной иллюстрации песня про добровольный отказ от органов чувств (это шутка) в исполнении забытой, но очень очаровательной Вероники Кругловой.

Сложные у меня отношения с Уэллсом. Мне нравится «Страна слепых» – первое, что прочитала у него. «Человек-невидимка» понравился меньше – во многом из-за психологической простоты и слишком уж однозначного (?) сюжета. А теперь «Машина времени» – самый известный роман Уэллса, не знать который несколько... неловко, что ли? Я понимаю, что Уэллс совсем не мой писатель, мы не совпадаем психотипами, меня не увлекают его сюжеты и неинтересны его герои. Но тут включился... эм, перфекционизм читателя? «Как ты можешь не знать этот роман? Он же повлиял на весь жанр, он направил развитие научной фантастики и вдохновлял классиков 20 века!»

Что же, теперь я знаю, о чем «Машина времени». Стала ли я лучше, умнее? Нет. Было ли мне интересно? Отчасти. Язык не повернется назвать книжку плохой. Она, опять же, скорее не моя – и все. Как и «Человек-невидимка», «Машина времени» – роман простой в самом неприятном (лично мне) смысле. За чтением Уэллса я постоянно ловлю себя на мысли, насколько сложнее могли бы быть его книги, расписывай писатель внутренние переживания героев и рассматривай он разносторонне этические проблемы. Уэллс, конечно, не виноват, что его не увлекал психологизм, он писал об идеях и изобретениях, люди же его, если и занимали, то в быту, а не в писательстве. Этим он мне не нравится. Уэллс больше пишет о том, что вне человека, мне же нравятся всякие Достоевские и Камю, что искали тайны Вселенной в человеческой душе.

Итак, «Машина времени» простой, с точки зрения описания человеческого, роман. Уэллс создал главного героя, который больше раздражает, чем вызывает симпатию. Это изобретатель, который создает машину для путешествий по времени, и при этом он так непрактичен, что кажется немного не в себе. Отправляясь в неизвестное место, с неизвестными условиями, через многие века, главный герой не берет с собой ни запаса еды и воды, ни теплой одежды и удобной обуви, он даже не берет спички и простейшие лекарства, бинты и йод, чтобы оказать себе первую помощь. Люди тщательнее собираются в поход в ближайший лес, а тут человек отправляется через столетия и пространства – и без всего? Конечно же, потом он начнет сетовать, что у него нет спичек и тапочки на ногах плохие. А если бы машина времени сломалась и герой не смог вернуться обратно? Он бы тоже в этих обстоятельствах сомневался, правильно ли не взял с собой спички?..

Картина, рисуемая Уэллсом, впечатляет. Морлоки прекрасны и все такое. Но, опиши Уэллс будущее в эссе, получилось бы лучше – ибо не было бы бесконечно тупящего изобретателя. Поневоле поражаешься, как такой человек мог прожить хотя бы день в неизвестном времени. Хорошо, герой совершил ошибку, явившись в иное время без оружия и припасов. Но и в самом путешествии он совершает странные, глупые поступки, которые бы стоили ему жизни, если бы не воля автора. Возможно, Уэллс считал, что главный герой должен быть неосторожен и поэтому попадать в неприятные ситуации – иначе не будет настоящих приключений! Но я не восхищалась новыми поворотами сюжета, я спрашивала себя и героя, как можно быть таким... несознательным. И это мучило меня почти весь сюжет, не позволяя наслаждаться книгой.

Что же мне нравится в Уэллсе, так это его пессимизм. Большинство хороших писателей – пессимисты. Особенно ценен этот настрой у создателей антиутопий и научной фантастики. У Уэллса настроение схоже с тем, что было у Замятина и Оруэлла. Говоря просто, человечество неизбежно скатится вниз. Не так важно, как это случится. Математически выверенная диктатура Замятина? Тупость и моральная деградация Хаксли? Большой брат Оруэлла? Ядерная война? Вечная зима? Уэллс предсказывал будущую пессимистичную литературу, которая ярче всего раскрылась в 20 веке. Ту самую, в которой человечество увлеченно само себя уничтожает. Уэллс был невысокого мнения о нашей цивилизии (и, возможно, поэтому не любил копаться в нашей психологии). В «Машине времени» он показал, насколько не верит в нас, как в разумный вид. Смотря на происходящее вокруг, хочется с ним согласиться. Если пойдет так и дальше, боюсь, через столетия мы действительно деградируем в морлоков или кого похуже и начнем жрать друг друга. В «Машине времени» нет никакой надежды. В будущем Уэллса вообще нет разумных существ, нет никого, способного на анализ, изобретательство, творчество (если бы во времена Уэллса был телевизор, он бы точно сделал его виной человеческой деградации). Есть лишь высшая каста, которая по мышлению сравнялись с домашними животными, и низшая каста, хищники, которые тоже не отличаются сообразительностью, единственное, что нужно им, – мясо. Обожаю такие картины человеческого будущего ;) Сейчас откровения Уэллса смотрятся уже немного наивно – из-за общей шаблонности. Но и писалась книга в 19 веке, когда научная фантастика только зарождалась и искала свой путь в большой литературе. Вдохновившись прозрениями Уэллса, в литературу придут новые писатели, которые будут развивать высказанные им идеи и сделают жанр одним из самых сложных (если не самым сложным) в современной прозе. Уэллсу большое спасибо за то, что стал новатором и достойно отстоял пессимизм в литературе, и это во времена, когда жанр стремился к позитиву (…сытые были времена, Первая мировая все изменила). Я же оставляю за собой право не любить, но уважать этого хорошего писателя. Dixi.

Один из лучших рассказов Герберта Уэллса в замечательном переводе Корнея Чуковского. Суть его в том, что сотрудник одной из лондонских лабораторий, которого зовут Сидней Дэвидсон во время сильного грозового разряда оказался подвергнут воздействию странной визуальной аномалии. Дэвидсон находился в Лондоне, сохранял все ощущения - слуховое, тактильное, кинестетическое, но не визуальное. Потому что он ничего не видел и не воспринимал зрительно из того, что происходило вокруг него, но получал совершенно другую визуальную картинку.

Дэвидсон как-будто находился где-то на берегу не то моря, не то океана, постоянно наблюдая морской пейзаж. Он не просто не видел окружающей его действительности, он не видел частей собственного тела, было ощущение, что его глаза, а точнее сказать - источник визуальной информации - был зафиксирован где-то на морском берегу. При этом перемещения тела Дэвидсона в реальном мире заставляли и источник видения перемещаться, так передвигаясь в коляске по городу однажды он сдвинул источник видения в сторону моря и он погрузился в воду и пошла зрительная информация о подводном мире и его обитателях.

У сегодняшнего читателя возникает четкая аналогия, создается впечатление, что в результате какой-то необъяснимой аномалии зрительный центр Дэвидсона переключился на "удаленную камеру", картинку которой и стал воспринимать в качестве реальной. Мы сегодня даже не усомнимся, что Уэллс в этом рассказе намекает на реальную возможность передачи движущегося изображения на расстоянии, то есть на телевидение.

Рассказ написан в 1895 году, к этому времени уже существуют факсимильные машины Александра Бейна, Уиллоуби Смит открыл фотопроводимость селена, а Генрих Герц - внешний фотоэффект. Уэллс, следивший за научными открытиями, естественно, был в курсе этих свершений и в большой мере понимал, к каким результатам в конечном счете это может привести - к возможности передачи изображения на расстоянии.

Но даже фантаст пока не представлял как такую возможность изобразить технически. Я не думаю, что у него не хватило фантазии, скорее он специально выбрал сюжет с элементами мистической составляющей, как более приемлемый для неподготовленных к таким идеям читателей. И тот факт, что "картинка" Дэвидсона была не галлюцинацией, а четким репортажем того, что происходило в это же время на одном из приантарктических островов, парадоксальным образам усиливают оба возможных эффекта - и мистический, и научный.

Автор оставляет открытым вопрос - что же именно служило источником видения Дэвидсона, каким образом некая точка в пространстве, способная к перемещению, стала транслировать изображение в принимающее устройство - мозг молодого английского ученого. Наверное, он не рискнул заниматься технической стороной явления, рассудив, что всё равно не угадает.