Infernaliana: Французская готическая проза XVIII - XIX веков

Это неодолимая сила; театр влечет меня к себе; я мечтаю о нем днем, грежу по ночам; мне хочется жить в творениях поэтов, мне кажется, у меня двадцать судеб. Каждая новая роль дарит мне новую жизнь; я испытываю все страсти, какие изображаю: я Гамлет, Отелло, Карл Моор; когда эти роли входят тебе в плоть и кровь, очень трудно смириться с участью деревенского пастора.

О сила слёз! Бесспорно, это самая могучая из стрел любви!

Но я пришла из самого дальнего далека - из таких мест, откуда никто еще не возвращался: в том краю, откуда я иду, нет ни луны, ни солнца. Там только пространство и темнота - ни дороги, ни тропинки. Никакой земли под ногами, чтобы дойти, ни капельки воздуха, чтобы долететь. И все же я здесь, ибо любовь сильнее смерти и в конце концов победит.

Ах, как она была прекрасна! Величайшие живописцы, устремляясь к небесам в поисках идеальной красоты и возвращаясь на землю с божественным портретом Мадонны, даже близко не подошли к этой фантастической реальности.

Более трех лет я был жертвой удивительной, дьявольской иллюзии.

Вы спрашиваете, брат мой, был ли я влюблен, - о да! Это удивительная и жуткая история, и, хотя мне уже шестьдесят седьмой год, я с трудом решаюсь ворошить пепел этого воспоминания.

Говорят, она была женщиной-вампиром, но я-то думаю, что это был сам Вельзевул во плоти.

Лицемерно-сладким тоном он расспрашивал про здоровье, вперив в меня хищный взгляд желтых львиных глаз и погружая его мне прямо в душу, как бы прощупывая ее.

— Как трудно прожить на этом свете, не прослыв злым человеком! - сказал он. - Для этого необходимо говорить только о погоде или об охоте либо обсуждать вместе с вашими приятельницами-старушками бюджет их благотворительных учреждений.

Известная куртизанка Кларимонда недавно скончалась во время оргии, которая длилась восемь дней и восемь ночей.