Цитаты из книги Русское колдовство

Здесь мы находим объяснение ходячей, но давно уже ставшей совершенно непонятною пословицы: "На сердитых воду возят". Пословицу эту мы понимаем так: "сердитые часто оканчивают свою жизнь самоубийством или вообще преждевременною и скоропостижною смертью, после коей становятся водовозными лошадями у чертей."

Русский народ называет гроб домом: домовище, домок; очевидно, могила рассматривается как жилище. Во многих великорусских краях избегают употреблять выражение идти домой, заменяя его равнозначащим идти ко двору. [Логиновский 1904, с. 15]

По мнению захолустных крестьян, молния особенно часто ударяет в телеграфные столбы, так как они не угодны Богу.

Получив в свое владение подобную [самоубийцы] женскую душу, главный начальник злых духов дает повеление варить ее в котле, с разными снадобьями и зельями, отчего женщина делается необыкновенною красавицею и вечно юною.

В Страстную пятницу совсем не редкость видеть шныряющих по селу баб, разносящих по домам бедняков припасы: одна принесёт молока и яиц, другая творогу и кулич, а третья, гляди, притащит под фартуком и кусок убоины, хотя и накажет при этом не проговориться мужу (в деревнях убоиной распоряжается мужик, и баба без спросу не смеет и подступать к мясу).

Крестьяне обращаются к знахарю лишь в серьёзных случаях. Прежде чем больной пришёл за советом, он уже пользовался домашними средствами: ложился на печь животом, накрывали его с головой всем, что находили под рукой тёплого; водили в баню, натирали редькой, дёгтем, салом, скипидаром, поили квасом с солью - словом, всё делали и теперь пришли, догадавшись, что приключилась болезнь от лихой порчи или злого насыла, напуска, наговора и чар.

К чаю поданы баранки, пироги. Перед чаем и за чаем водка.

День Николы Вешнего (9 мая) считается мужским праздником, так как в этот день парни первый раз едут в ночное и на лугах, при свете костров, справляют свой нехитрый пир: привозится водка, закуска, жарится неизменная яичница, а после заката солнца являются и девки. Надзора со стороны старших в этот день не полагается.

Крестьяне считают непростительным грехом пить постом чай с сахаром: чай и сам по себе напиток полугреховный, а с сахаром он считается безусловно скоромным, так как сахар, по понятиям крестьян, приготовляется из костей животных.

Двоеверие, как ржавчина, насквозь проело христианские обряды наших крестьян.

Заботливая родительница парня не только внимательно рассматривает, но даже щупает платья девиц и берёт их за руки, чтобы узнать, не слишком ли холодны руки. Если руки холодны, то такая невеста считается зябкой и потому не подходящей для суровой крестьянской жизни.

В Вологодской губернии вместо овец и коров при гаданье играют роль лошади. Гадальщица надевает коню мешок на голову и завязывает на шее, после чего садится верхом, задом наперёд, берёт в зубы хвост и гонит лошадь. Если при жтом лошадь пойдёт к воротам, то девушку нынче же выдадут замуж, и наоборот - если в хлев или к забору, то в нынешнем году никто не посватается.

Вот что рассказали нашему корреспонденту и Обояни: "Стали девки гадать, пошли в овчарух, обвязали овечек поясами да и ушли в хату. А ребята поразвязали овец, наловили собак, обвязали их поясами да и пустили в овчарух. Пришли наутро девки - глядь, а вместо овец собаки... И что бы вы думали, повышли те девки замуж, и у всех до единой собачья жизнь была".

День Рождества Христова, как почитаемый одним из самых великих праздников, крестьяне начинают самым благочестивым образом - отстоят литургию, разговеются, и только потом уже начинаются те бесшабашные празднества, которые заканчиваются поголовным пьянством и неизбежными в таких случаях бесчинствами и драками.

Если священник не соглашается "пронять" больного ребёнка сквозь ризу или поставить под престол на несколько часов кувшин с водой, чтобы потом окачивать из него больных, то на такие случаи имеются общедоступные дупла, испытанные в дарах исцеления: через отверстие их "пронимают", т. е. протаскивают детей, а иногда пролезают и сами взрослые с одного бока целебной сосны на другой.

В старину, когда делали пропашкой межевую борозду, всегда сгоняли сюда ребятишек, клали на эти грани и секли с наказом и приговором, чтобы каждый помнил отцовский участок. Так бывало и у казаков на Дону, так водилось и в Новгородчине, где часто слышалось выражение: "Ты меня не учи: я на межевой яме сечён".