Добрался до двухтомника двадцатилетней давности. Пришел интерес к Розанову. Наши проблемы все те же, как будто века не прошло. Многие только усугубились. Воспоминания о Розанове интереснее критики Розанова. Что им было непонятно? Когда Розанова читает образованный и думающий русский человек – ему практически все понятно. Хотя далеко не всё приятно. Много интересного можно найти в примечаниях. Вот, например, упоминается некий японский мальчик: сирота, воспитанный в России в православном духе. Даже какая-то книжка об этом появилась. Но сана священника японец так и не принял, а во время русско-японской войны перешел к своим. Заметим, что в дореволюционной России идентичность основной части населения строилась на основе «православия», а не «русскости». Сам В.Розанов часто сомневался в своей вере, но в своей национальной принадлежности – никогда. Хотя и постоянно критиковал своих. За дурость.
6 понравилось
