Ваша оценка0
(0)
А. С. Пушкин: Pro et contra. Том 2
Первые два тома антологии включают суждения о Пушкине, высказывавшиеся русскими критиками, мыслителями, писателями и исследователями на протяжении почти двух веков. Цель книги состоит не только в том, чтобы представить читателю возможно более полную и объективную картину рецепции Пушкина в России, но и в том, чтобы помочь ему освободиться от устоявшихся стереотипов и приблизиться к более многогранному и "незавершенному" восприятию личности и творчества поэта. В третий том войдут исследования за...
Жанры
Рейтинг LiveLib
0
0 оценок
Ваша оценкаХотят прочитать 9
Рецензии
innashpitzberg24 февраля 2014Читать далееСтрастная, прекрасная, стремительная и очень умная Цветаева, и не только в любимых поэмах, часть из которых с детства снится, часть из которых до сих пор помню наизусть, но и вот, пожалуйста, в любимейшем литературоведении, которое здесь вдохновенно, как ее поэзия и также глубоко.
Между небом духа и адом рода искусство чистилище, из которого никто не хочет в рай.Что такое наитие и борьба с ним Марина знала изнутри, и если она не говорит про себя прямо, что она гений, то мы то знаем, да и она знала.
Гений: высшая степень подверженности наитию — раз, управа с этим наитием — два. Высшая степень душевной разъятости и высшая — собранности. Высшая — страдательности и высшая — действенности.Это написано уже после переписки с любимым Рильке и вдруг полюбившимся и ненашутку Пастернаком, там эти темы уже намечены, здесь - воплощены.
Марина - ты гений. И я люблю тебя.
Поэт есть ответ.
От низшей степени простого рефлекса до высшей — гётевского ответствования — поэт есть определенный и неизменный душевно-художественный рефлекс: на что — уже вопрос — может быть, просто объема мозга. Пушкин сказал: на все. Ответ гения.
35 понравилось531
Zatv27 октября 2012Читать далееЗаглянув однажды в учебник литературы для средней школы, я был поражен обилию штампов, перекочевавших туда из советских времен. Бедный Пушкин, оказывается, был ярым противником крепостничества, и заодно самодержавия, непонятым обществом поэтом (которое почему-то, при этом, раскупало по сумасшедшим ценам его «Евгения Онегина») и прочим борцом. Ужаснувшись, я срочно выписал своей дочери в качестве противоядия «Прогулки с Пушкиным».
Андрей Синявский (он же Абрам Терц) сочинял их сидя в «Дубровлаге», заучивая наизусть, а затем пересылая частями в письмах жене.
В чем же «секреты» творчества Пушкина по Синявскому.
«Легкость - вот первое, что мы выносим из его произведений в виде самого общего и мгновенного чувства. Легкость в отношении к жизни была основой миросозерцания Пушкина, чертой характера и биографии. Легкость в стихе стала условием творчества с первых его шагов.
До Пушкина почти не было легких стихов. Ну - Батюшков. Ну - Жуковский. И то спотыкаемся. И вдруг, откуда ни возьмись, ни с чем, ни с кем не сравнимые реверансы и повороты, быстрота, натиск, прыгучесть, умение гарцевать, галопировать, брать препятствия, делать шпагат и то стягивать, то растягивать стих по требованию, по примеру курбетов, о которых он рассказывает с таким вхождением в роль, что строфа-балерина становится рекомендацией автора заодно с танцевальным искусством Истоминой:...Она,
Одной ногой касаясь пола,
Другою медленно кружит,
И вдруг прыжок, и вдруг летит,
Летит, как пух от уст Эола;
То стан совьет, то разовьет
И быстрой ножкой ножку бьет.
Излюбленным местом сочинительства сделалась постель, располагавшая не к работе, а к отдыху, к ленивой праздности и дремоте, в процессе которой поэт между прочим, шаляй-валяй, что-то там такое пописывал, не утомляя себя излишним умственным напряжением.
Постель для Пушкина не просто милая привычка, но наиболее отвечающая его духу творческая среда, мастерская его стиля и метода. В то время как другие по ступенькам высокой традиции влезали на пьедестал и, прицеливаясь к перу, мысленно облачались в мундир или тогу, Пушкин, недолго думая, заваливался на кровать и там - «среди приятного забвенья, склонясь в подушку головой», «немного сонною рукой» - набрасывал кое-что, не стоящее внимания и не требующее труда. Так вырабатывалась манера, поражающая раскованностью мысли и языка, и наступила свобода слова, неслыханная еще в нашей словесности. Лежа на боку, оказалось, ему было сподручнее становиться Пушкиным, и он радовался находке:В таком ленивом положенье
Стихи текут и так и сяк.
Современники удостоверяют чуть ли не хором: «Молодость Пушкина продолжалась во всю его жизнь, и в тридцать лет он казался хоть менее мальчиком, чем был прежде, но все-таки мальчиком, лицейским воспитанником... Ветреность была главным, основным свойством характера Пушкина» («Русская Старина», 1874, № 8).
Естественно, эта ветреность не могла обойтись без женщин. Ни у кого, вероятно, в формировании стиля, в закручивании стиха не выполнял такой работы, как у Пушкина, слабый пол. Посвящённые прелестницам безделки находили в их слабости оправдание и поднимались в цене, наполнялись воздухом приятного и прибыльного циркулирования. Молодой поэт в амплуа ловеласа становился профессионалом. При даме он вроде как был при деле.»
И еще сто страниц увлекательного текста. :)27 понравилось1,7K
Landnamabok20 августа 2008Читать далееЕсли советский диссидент Абрам Терц берёт литературный псевдоним Андрей Синявский - это понятно и объяснимо, а вот если наоборот... Андрей Синявский писал "Прогулки с Пушкиным" в тюрьме тайно, заныканным карандашиком на листочках в клеточку и тайно же передавал эти листочки жене... Абрам Терц пишет: " на тонких эротических ножках вбежал Пушкин в большую поэзию и произвел переполох". Эту книгу единодушно не приняли союз писателей, диссиденты и эмиграция. Единодушно. Второго такого случая я не знаю. Автор воспринимает Пушкина просто, как любого другого русского поэта, оказывается можно Пушкину сказать: "Эй, мужик, а вот тут ты напортачил", а не только восторгаться и пресмыкаться перед ним. Знаменитый литературовед Анненков как-то сказал: "как человеку я бы швырнул ему в лицо перчатку, а как поэту целовал бы ему ботинки" и всё русское академическое литературоведение с этим мнением согласилось. А вот этот неудобный Синявский, он по простецки болтает с самим Пушкиным, советует ему, как лучше написать, да как он смеет!!! Ироничнейшая, смелая книга. Сейчас как и сто лет назад модно низвергать кумиров, но к таким мнениям нельзя относиться серьёзно. К Пушкину Синявский просто критичен. Эта книга достойна своего читателя.
17 понравилось1,1K
Цитаты
- innashpitzberg23 февраля 201410 понравилось2,6K
- innashpitzberg23 февраля 20148 понравилось1,5K
Подборки с этой книгой
Никем не читанные книги
- 2 521 книга
В синем море-океане.
- 1 977 книг
Языки и Язык.
- 1 216 книг
Pro et Contra (Русский путь)
- 62 книги
Литературоведение и критика
- 198 книг
