Цитаты из книги The Marriage Plot

— От приемной комиссии никаких новостей, а уже июнь, — продолжала Мадлен. — Я еще месяц назад должна была узнать! Можно позвонить им, а я не звоню — боюсь, скажут, что не взяли. Пока ничего не известно, хотя бы надежда остается.

— Я недавно видела программу об Индии, — сказала Филлида. — Ужасно тяжелое впечатление. Такая бедность!

— Это мне на руку, миссис Ханна, — сказал Митчелл. — В убожестве я расцветаю.

Можно стать старой девой, как Эмили Дикинсон, писать стихи, полные черточек и таланта, никогда не толстеть.

— И все равно это идея неудачная! — воскликнула Филлида. — Я не имею в виду приличия. Я говорю о практических проблемах. Если ты начинаешь совместную жизнь с Леонардом — или с любым другим молодым человеком, — и при этом у него работа есть, а у тебя нет, то с самого начала ты в невыгодном положении. Что будет, если вы не сойдетесь характерами? Куда ты тогда пойдешь? Тебе негде будет жить. И заняться нечем будет.

Чувства ее можно было описать всевозможными словами, вышедшими из моды, книжными словами, такими, как «трепетный».

Книжка лежала у Мадлен на коленях. В правой руке — ложка, которой она ела арахисовое масло прямо из банки. Ложка как раз соответствовала форме ее неба, так что арахисовое масло гладко размазывалось по языку.

Семиотика была той формой, которую принял у Зипперштейна кризис среднего возраста. Переход в семиотику позволил Зипперштейну носить кожаную куртку, летать на ретроспективы Дугласа Серка в Ванкувер и охмурять всех сексапильных беспризорниц, приходящих к нему на занятия. Вместо того чтобы уйти от жены, Зипперштейн ушел с кафедры английского. Вместо того чтобы купить спортивную машину, он купил деконструкцию.

— Ты всегда так — приходишь на вечеринки и прячешься?

— От вечеринок мои мизантропические настроения обостряются.