Это моя школа

Внеклассное чтение, как вам это понравится? Оруэлл, Хаксли... Да что эти британские интеллектуалы знали о тоталитаризме! Елена Ильина, сестра С.Я. Маршака и автор той самой "Четвёртой высоты", расскажет нам, как всё это было. Как без комнаты 101 и без голодных крыс оказывалось такое социальное давление, такое принуждение... Вы, нынешние - ну-тка!
Начало пятидесятых, женская школа, четвёртый класс. Девочки - в основном симпатичные, славные - учатся, устраивают пионерские сборы, мастерят, издают свою газету, веселятся. Ничто, как говорится, не предвещает. Характеры прописаны так, что практически и не прописаны. Кати, Тани, Лиды, Ани... Ну, допустим, одна - неряха, другая - рассеянная, третья любит поозорничать... Оля, Настя, Нина... Стелла Кузьминская. Сердце ёкает. Наверное, она будет дрянь. В определённый период было принято, чтобы отрицательный персонаж носил не очень русское имя. Как в душном романе Леонова "Русский лес" Грацианский, помните? Вихров - и Грацианский, кто прав, кто виноват? И точно...
Стелла Кузьминская раскладывала по всей парте свои книжки и тетради.
— Это Анино место, — строго сказала ей Катя. — Ты тут не одна сидишь.
— Когда Аня придет, я переложу, — спокойно ответила Стелла.
— Нет, сейчас переложи! — рассердилась Катя. — Это не твоя половина!
Стелла тихо проговорила: «Собственница!» — и передвинула книжки на свою половину.
— Ты сама собственница! — сказала Катя. — Я же не о себе беспокоюсь.

К чести Елены Яковлевны, она не стала делать из десятилеточки врага народа. Стелла - способная, неглупая девица с некоторой склонностью употреблять "воображальные словечки" типа само собой разумеется. Она - редкое положительное качество в детях - хорошо знает свой потолок. Зато её мамаша - эталонная гадина советской школьной прозы.
— Завидуют, вероятно, — сказала Антонина Степановна.
— Чему? — удивилась старшая вожатая.
— Ну как это «чему»? Ведь не можете же вы не замечать, что Стелла выделяется на общем фоне?
— Выделяется? Я бы этого не сказала. То есть, к сожалению, она несколько выделяется — своими манерами, своей привычкой держаться особняком. Девочки говорят, что она «воображает». Знаете это детское выражение? И посмеиваются над ней.
— Посмеиваются? Но как же вы, воспитатели, допускаете это?
— А почему и не допустить? Такая добродушная, дружеская шутка иной раз исправляет лучше выговора.
— Ах, вы полагаете, что моя Стелла заслуживает выговора? Это за круглые пятерки и хорошее поведение?

Чтой-то расписалась я на ночь глядя, но дальше будет умнее

Не столь важно хорошо учиться и примерно себя вести, сколько принимать участие (сглатываю ком в горле) в жизни класса, школы, пионерии, коллектива. Коллектив - это Главное Дело, и если он тобой недоволен, нет другого выхода, как исправиться. И когда ученицы малюют друг на друга карикатуры, занимаются критикой и самокритикой на собраниях, перестраивают друг другу режим дня, их родители выглядят на фоне дочерей слегка инфантильно. Наивные! Милые! Славные! Распевают туристические песни, балуют своих малюток и ну напрочь, напрочь не понимают, как важна роль коллектива. Зато в подшефном детдоме ребята и девочки такие самостоятельные, деловитые и степенные, такие... взрослые. Учительница постоянно ставит этих дисциплинированных деток в пример разболтанным "родительским".
А отметки? О, эти отметки...
С виду обыкновенная, безобидная цифра «два», а на самом деле настоящая, страшная двойка! У Кати потемнело в глазах…
Какой ужас — получить двойку, да еще в такие дни, почти накануне сбора дружины! Вот тебе и обязательство — учиться только на пятерки!..

• А вот Зайцевой пришлось поставить двойку: грубые ошибки, сплошные кляксы. Киселевой — тоже два: много ошибок, пропуски букв.

Известный педагог Ш. Амонашвили отметок не любил. Представьте, говорил он, заболело ваше чадо, вызываете вы врача. Тот посмотрел горло, измерил температуру, поставил ребёнку двойку и уехал. Двойка вопит: "Ученику плохо! Надо ему помочь!", а чем помочь, не докладывает. И в методы самопомощи четвёртого "А" я слабо верю, простите. Чему одна четвероклассница может обучить другую? Фендриков же разгонять фухтелями, понеже что фендрик фендрику может сказать умного? Сам смысл ученья - в передаче опыта от старшего к младшему. А мадам училка мило устроилась - объяснит материал, проведёт контроль, налепит пар и за своё бракодельство не в ответе. У нас выправление преподавательского брака сбрасывалось, впрочем, на родительские плечи...

"Это моя школа" - настоящая сокровищница отметок, которые все ставят всем. Распространённая ситуация: по болезни уходит молодая и славная учительница, а на её место приходит строгая и педантичная классная дама, заметим в скобочках, не умеющая взаимодействовать с детьми абсолютно, до смешного. И вот Катя бросает: "Несправедливо!"
Такого не переживал, наверное, ни Маугли впотьмах с коброй, ни пятнадцатилетний капитан, когда Негоро захохотал: "Я капитан Себастьян Перейра, торговец чёрным деревом, негоциант, компаньон великого Альвеца!" Посмела. Критиковать. Старого человека. Учительницу!! Выскочила. Нашлась умница. Одна из всего класса. А уж как пробирают Катю: "Вот представьте себе, что у нас в летной части, в полку, заболел командир. На его место пришел другой. Увидели его летчики и подняли крик: «Ах, ох! Не хотим нового командира! Он придирается, мы его не любим! Ах, ах!» Если вы в самом деле любите вашу учительницу, вы должны охранять честь вашего полка... Отличной дисциплиной. Высокой сознательностью". А то вашей учительнице поставят двойку.
Как большинство отпрысков военных династий, я всеми фибрами ненавижу солдафонство. Армейской дисциплине и субординации место в армии, да и там каждый стрелочник из себя маршала не строит. А уж когда поступки классной дамы не должны обсуждаться классом... И самое дивное, что к этому стремились. На всех уровнях общества. Если бы эскадрилья восстала против командира, к ней бы, кстати, скорее прислушались.

Но я ставлю Е. Ильиной отметку "отлично". За военную тему. Как раз давеча перечитывала "Семнадцатилетних" Матвеева, так там, в произведении для юношества, недавний блокадный ужас кокетливо замалчивается. Светлый чистый город Ленинград, прелестные институтки, для которых словно не было ни голода, ни эвакуации... Девочки, давайте учиться красиво! Всё ах! эстетично, но вот Ильина до такой эстетики не унижается. В "Это моя школа" героини с такой готовностью включаются в поиск мальчика Серёжи по детдомам Подмосковья, будто всю сознательную занимались социальной работой. И сразу проясняется, что при любом режиме, кто бы там на престоле ни сидел, и чьи бы там голенища ни сияли и усища ни смеялись - главное остаётся главным.
И вот вагон еле заметно тронулся с места. Все двинулись за ним, точно их потянула вслед какая-то невидимая нить.

Вот знаете, когда после чтения книги смотришь рецензии, начинаешь недоумевать, а чего собственно все возмущаются и что не хватает? «Вот в книге много советского», так извините, книга когда была написана? Вы что хотели от советского периода? Кто что видит, тот о том и пишет. Пожалуйста, хотите читать про современную подростковую жизнь, травлю в школах – найдёте кучу такой литературы, тогда же было всё иначе. И кто там что говорил про индивидуализм? Моя мама в конце 70-х начале 80-х в школе училась и у неё на постоянной основе отбирались вещи, просто потому что – ты должна делиться, потому что другие беднее чем ты, а вы тут говорите про 50-е годы, на минуточку, карточная система была отменена в 1947-м году, поэтому быть индивидуалистом просто бы «не прокатило».

Второе что я не поняла из обсуждения других, чего все так удивляются раздельным классам и школам? Мой дедушка родился в 1939-м году, до войны и он рассказывал, что в самом начале он ещё учился в одной школе с сестрой, а потом школы сделали раздельные, и ему от этого очень было грустно, потому что он не мог с ней постоянно общаться. Многие тут удивляются тому, что в 4-м классе дети самостоятельные, сами готовят, сами походы организуют, видимо забывая о том, что тогда дети взрослели намного быстрее, родителям просто некогда было уделять внимание детям, потому что тогда все обязаны были работать. Опять же приведу пример дедушки, который в 12 лет уже помогал своему отцу класть печи и ездил по деревням со своим старшим братом, как он говорил «кино крутить», потому что жизнь требовала самостоятельности. Это сейчас пойди в магазин купи готовую еду. Это не проблема в героине или в обществе того времени. Просто тогда умели себя занять, умели заботиться о себе, а не сидели и ждали какое-то чудо сверху.

Я не скажу, что Катя прекрасный образец для подражания, нет, у неё есть свои недостатки, но вместе с тем, это обычная школьница своего времени, со своими интересами, воспитанная в идеологии того периода. Плохо ли это, нет. Таких девочек было море, таких семей как у Кати было море. Да, конечно есть тут преувеличения, все мы знаем для чего это делалось, иначе бы книгу просто не пропустили. Однако жили люди в то время, жили, двигались дальше.

Поэтому, если у вас есть желание понастальгировать о прошлом – рекомендую.

50-ый год, Катя и её подруги переходят в четвёртый класс и мы наблюдаем за девочками в течение всего учебного года. Только за девочками - потому что тогда ещё было разделение на женские и мужские школы.

Книга, конечно, очень "воспитательная": во-первых, Катя - отличница, ей легко даётся школьная программа и она считает своей обязанностью помогать всем и каждому, кто учится хуже её. Девочка готова отдельно заниматься с отстающими и организовывать внеклассные занятия.
Во-вторых, пионерская атрибутика - постоянные заседания отряда, стенгазеты, обещания стать лучше и выволочки индивидуалистам и уклонистам от общественной работы.
Да и вообще: двоечницы исправляются, пропавший мальчик благополучно отыскивается, в детском доме не жизнь, а песня и всё везде хорошо.
Мне понравилась семья Кати - уютная бабушка, пекущая пироги, серьёзная старшая сестра, забавный братишка и родители - понимающие, заботливые. А сама Катя - нет. Всегда недолюбливала вездесущих всезнаек. Удивительно ещё сейчас читать про такую самостоятельность в четвёртом классе - в походы ходят, обеды готовят и сами организуют поездки.
Но меня как-то не проняло. И дело даже не в идеологии и не в дидактическом смысле книги. Просто, скорее всего, я не верю в то, что такая жизнь была. Пусть даже не в то время, а вообще когда-нибудь. Или будет. Хотя, по-хорошему, надо верить, ведь что нам кроме веры ещё остаётся))

Книга, по сути, никакая. Не особенно хорошая, но и не отвратительная. Крепкий середнячок. Казенный Стандарт Стандартович из школьно-пионерской жизни:

• девочки учатся целый учебный год,в конце готовятся к экзаменам;
• учительница заболевает и уходит, приходит новая, которую все считают злючкой, но потом привыкают и даже в конце учебного года не хотят расставаться;
• в классе есть гордячка, которая ни с кем не общается, но хорошо учится, однако к концу книги её вовлекают в жизнь класса;
• еще в классе есть две отстающие, из них одна просто лентяйка, а у другой трудности в семье и слишком строгие родители, к концу книги и экзаменам девочки помогают отстающим исправиться;
• девочки хотят искать пропавшего в войну мальчика и начинают дружить с детским домом и т.д. и т.п.

  Писала сейчас и подумала, что даже в чем-то, в отдельных поворотах сюжета, напоминает А. Бруштейн "Дорога уходит в даль", но как бы на советских реалиях. Но если у А. Бруштейн живой, личный, совершенно переживательный текст, то здесь будто сухой картон жуешь. Вроде и написано "Катя беспокоилась", а вместе с Катей не беспокоишься вовсе. Но всё-таки слог не плохой, сюжет какой-никакой есть, как-то удается дотянуть до последних страниц.

  Прочитала и дочитала только помня свою любовь к "Четвертой высоте" этого же автора. Разочарована. Думаю, перечитать ли "Четвертую высоту"? Или пусть остается одной из лучших книг детства?

Ко Дню Знаний хочу порекомендовать очень теплую, уютную, добрую советскую книгу о школе. Для кого-то она будет "сказочной". Я же, основываясь на воспоминаниях моих бабушек ( а они вовсе не страдают стремлением приукрашивать), предпочитаю подобным книгам верить. И от души жалеть, что не родилась в те времена. Хотя, их, времена, не выбирают...

1 сентября Катя Снегирева идет в школу. Шагает туда с радостью и нетерпением. Школа - красивая, чистая, светлая - ждет девочек. Да, на дворе 50-й год, мальчики и девочки учатся раздельно. Но, как-то вот не ощущается здесь "курятник", как во многих повестях об институтках. Нет сюскания, нет интриг и щипков. Нормальные дети, нормальные дружбы и ссоры. С приметами времени, конечно. Осуждается индивидуализм, даже если он соседствует с пятерками. Девочки дают торжественные обещания стать лучше, разыскивают мальчика, потерявшегося во время войны...

Главная героиня, Катя, предлагает дружбу новенькой Наташе. На это сильно обижается Катина подруга и соседка, Аня. Непонимание и ревность, - увы, встречаются в любые времена, в любом возрасте. Как поступить Кате? Как самой Ане признать свою ошибку, и заново выстроить дружбу?

А еще читателей ждет праздник 7 ноября, бой новогодних курантов в Москве. Поездка в областной детский дом.

А еще, мы станем своими в чудесной Катиной семье. Там бабушка печет пироги, мама разрисовывает ткани. Папа приезжает из далеких экспедиций. А еще есть сестра-студентка, и младший брат-первоклассник...

Так что - читайте, наслаждайтесь страницами дружбы и перевоспитания, или сердитесь на "жуткое тоталитарное детство". И пусть школа для вас, или ваших детей станет хотя бы на десятую часть тем же, чем была для Кати Снегиревой.

Довольно противоречивое впечатление от книги - с одной стороны, она очень хорошая, светлая, детская и добрая, с другой - здесь так много "единственно правильной" точки зрения, что страшно становится. Румяные пионеры не запятнают честь заболевшей учительницы, нет, они победят плохие отметки и болтовню в классе, "протянут" любого за отклонение от идеального образа честного, щедрого и вовлеченного в общественную жизнь класса ученика. Есть подозрение, что соответствовать идеальному образу - меньшее зло, и если ты полностью вовлекаешься в процесс, то получаешь за это личностный рост, дружбу и уважение, и уж лучше всем бороться с отстающими, чем травить слабых, но почему перед читателем вообще стоит такой выбор?

Две самые плохие вещи - это использование стыда, как главного рычага воспитания, и полное "неведение зла". Десятилетки мастерски заклевывают любого, кто чем-нибудь "отличиться" - к счастью, в этой книге все, кого клюют, обладают достаточной степенью гибкости или равнодушия, так или начинают "идти в ногу", или живут себе дальше. И каждый знает и учит, и повторяет, и передает дальше, об ужасах заката царской власти в России - и как рабочие жили на нарах, и как их штрафовали, и как они вздрагивали от стука жандармов в двери... Забавно, что прямого противопоставления нет, никто в книге не говорит, что вот уже 33 года живем (а в книге описывается 1950-51 учебный год) после Октябрьской революции, и у нас таких ужасов ни разу не было. Однако, как верно было замечено в одной рецензии, "Отец народов" в книге, написанной в 1955, ни разу не упоминается.
Квинтессенция обеих проблем этой книги в главе "Из-за чего обиделась Наташа?" - оказывается, девочки, которые съездили в гости в детский дом и что-то узнали про городок, где находится приют, должны были поделиться знаниями и, главное, интересом к теме (!) с одноклассницами. Мол, Наташа не ответила (к слову, требовалось энергично произнести довольно дурацкий и шаблонный текст о том, что рабочих притесняли, а хозяева заводов жировали - и это проверочное занятие по истории в 4 классе!), потому что с ней не поделились энтузиазмом другие девочки, и виноваты именно они, и им теперь заслужено стыдно. Наверное, третья главная проблема книги - что абсолютно все в книге согласны, что описанная выше логика верна.

Вообще, в какой момент взрослым стоит рассказывать детям про "темную сторону" человеческой цивилизации, вопрос не банальный и заслуживает размышлений. В этой книге, к счастью для героев, описывается идеальный вариант Советского союза - безопасные города, самостоятельные дети, взрослые, которых с работы отправляют в отпуск на море (тоже не много свободы выбора, но хотя бы за здоровьем твоим следят), довольные сироты и студенты-строители светлого будущего.

Из плюсов, очень хорошо описанный круг забот десятилетней девочки. Очень много школьных дел, сложные уроки и экзамены (не по истории), реалистичные отношения с родными и одноклассниками - у главной героини очень приятная и деловитая семья. Много событий, которые действительно могут показаться ребенку сверх значительными, грамотно решаются, помогая героине взрослеть. Мне было очень интересно прочитать еще одну книгу у автора "Четвертой высоты", но, возможно, если читаешь повесть впервые в более старшем возрасте, впечатление складывается двоякое.

Советская книжка для детей. Главная героиня – Катя Снегирева - отличница, активистка, вдумчивая и добрая девочка, искренне желающая все на свете успевать, быть полезной другим людям, творить добро, в общем. Правда, не все у нее сразу получается, но она работает над собой, совершенствуется, пишет себе списки своих недостатков и целей, такие девочки характерны для книг Ильиной, вспомнить хотя бы Гулю Королеву.
В книжке «Это моя школа» есть девочка Стелла, отличница, умница, всеми силами избегающая общественной работы. Она мне очень напомнила меня - вот этой отстраненностью от общих школьных дел, от коллектива, от всех этих утомительных и «для галочки» мероприятий. Но они и Стеллу перевоспитали к финалу, конечно же. И троечниц с двоечницами выучили. Борьба хорошего с лучшим закончилась всеобъемлющей победой лучшего.
Но больше всего мне понравилась семья Кати Снегиревой. Бабушка, мама с папой, старшая сестра Таня, студентка, младший брат Миша, первоклассник. Там все с характерами, у всех свои заботы, таланты, умения, бабушка печет роскошные пироги к праздникам, папа возвращается из экспедиций и привозит в чемодане подарки, мама рисует текстильные узоры, дети учатся, и они любят проводить время все вместе, и ходят вместе гулять, и покупают друг другу продуманные подарки, и разговаривают задушевно друг с другом о своих заботах и сложностях, я даже немножко позавидовала такой большой дружной семье и согрелась, читая про них.

А вообще, за что я люблю советские книжки про пионерок, так это за уверенность в том, что плохие – они не плохие, а с ними просто плохо работает коллектив. И все у них перевоспитываются, осознают, раскаиваются и начинают тоже учиться и вести активную работу, и жить не для себя, но для коллектива, и даже создается ощущение, что это правильно и хорошо.
Наверное, в наш век разъединенности, когда каждый за себя, когда и имен соседей в доме не знаешь, и вообще мало доверяешь людям, и проще найти своих родственных душ в интернете за тридевять земель, чем в родном городе, - в наш век особенно уютно читаются подобные советские книжки.
И откровенный «воспитательный» подтекст меня тоже не коробит, я это даже люблю. Сказка же, хорошая сказка о том, какой должна была бы быть жизнь, когда все болеют друг за друга, внимательны и осторожны в суждениях, и искренне желают сделать весь мир лучше. В этих книжках все такие умные, правильные, понимающие – и учителя, и вожатые, и родители. Все думают друг о друге. Все стремятся делать добрые дела. Советская литература, мне кажется, она ведь тоже не отражает советскую реальность. В книжках все так, как мечталось, как должно было быть, но вряд ли было, или было далеко не везде…

Советские книги для о детях для детей - это что-то совершенно особенное. Я имею в виду, конечно, хорошие книги, те, которые читает уже не одно поколение. Есть в них что-то глубинно доброе, такое, от которого слёзы на глаза наворачиваются. Так и в этих двух повестях.

Знаменитую "Четвёртую высоту" я первый раз прочитала лет в 12 и с тех пор не раз возвращалась к трагической, но прекрасной судьбе Гули Королевой.

"Это моя школа" совсем про другое время и про других девочек, но на самом деле они стоят перед тем же выбором и отвечают для себя на те же вопросы.

Удивительные вещи. В каникулы прочитала детскую книгу о школе. После возникло много вопросов и наблюдений.
Ну, во-первых, я не знала, что писательница Елена Ильина, автор известной всем советским детям книги "Четвертая высота" - сестра С.Я.Маршака. Хотела разузнать о ней побольше. Или плохо умею искать, или информации действительно мало. Скупые 3 абзаца, кочующие с одного сайта на другой. То ли сидела, то ли нет. Ладно.
Во-вторых. Девочки, о которых книга, - пионерки, проживающие на страницах книги целый учебный 1949-1950 год. 5 лет после войны, карточная система отменена. Отца нет только у одной девочки. На Новый год - елка, коньки и 2 кг конфет. Телефоны есть, и даже телевизоры они уже смотрят. Отцы, конечно, или полярные летчики, или геологи. Матери - на фабрике. Про войну - вскользь, немного разыскивают мальчика-сироту, конечно находят, правда случайно.
В-третьих, Сталина - нет! В 50-м году не упоминается Сталин ни кем ни по какому поводу. Как так? Ответ прост - а книга написана в 1955 году и Сталина уже действительно нет!
Вот так, абсолютно вне времени и страны живут советские девочки, думают только об отличной учебе и подготовке к сбору пионерского отряда или дружины. Бесконечно заняты своими пионерскими делами, выпусками газет, выступлениями на сборах, проработкой отстающих.
И я была именно такой девочкой. Самое страстное детское желание - быть хорошей девочкой, честной пионеркой, правильной комсомолкой. Ни тени сомнения!
Как сильна была идеология, на помощь которой приходили вот такие книги! У всех все хорошо, а будет еще лучше! Только слушайтесь маму с папой, любите Родину и делайте свои пионерские псевдодела.