- Это что за большущая книга у тебя на столе? - спросила она.
- Это? Это мой древнегреческий словарь.
- Что-о?
- Не бойся, он не кусается.
- Ты учишь древнегреческий?
- Да.
- Зачем?
- Просто захотелось.
Он улыбался ей глазами, и она улыбнулась в ответ.
- Может быть, ты мне все-таки расскажешь, чем ты занимался все время,
пока жил в Париже?
- Я много читал. По восемь, по десять часов в сутки. Слушал лекции в
Сорбонне. Прочел, кажется, все, что есть значительного во французской
литературе, и по-латыни, во всяком случае латинскую прозу читаю теперь почти
так же свободно, как по-французски. С греческим, конечно, труднее. Но у меня
прекрасный учитель. До вашего приезда я ходил к нему по вечерам три раза в
неделю.
- А смысл в этом какой?
- Приобретение знаний, - улыбнулся он.
- Практически это как будто ничего не дает.
- Возможно. А с другой стороны, возможно, и дает. Но это страшно
интересно. Ты даже представить себе не можешь, какое это наслаждение -
читать "Одиссею" в подлиннике. Такое ощущение, что стоит только подняться на
цыпочки, протянуть руку - и коснешься звезд.