Межсезонье

Межсезонье…

Что будет, если выставить на продажу вечера на кухне с обоями под голландские изразцы, перезвон самодельного дверного звонка в семь валдайских колокольчиков, «девочки, папа пришел!», воспоминания об истошном лае любимой собаки, когда она идет гулять, утреннее солнце сквозь апельсиново-рыжие занавески в детской и терпкий запах книг в холле и в большой комнате? Получатся три пачки долларов, перевязанных круглыми резинками. Не такие уж большие пачки, шероховатые, чужие купюры – это все, что осталось от прошлой жизни…

Ннаверное, у каждого бывает Межсезонье. Между прошлым и будущим, между настоящим и тогдашним, между … Когда пробуешь сказать что-то про Межсезонье вслух – исчезают слова. Их не хватает – ни на каком языке. Они растворяются в небе, уходят сквозь плотно сжатые губы, чтобы пропасть. Они оказываются внутри дутого тонкостенного стеклянного шара – они здесь, но их не нащупать, не потрогать.

Чужая Москва. Чужая Вена. Иностранка, которая непонятно как оказалась в самом центре Европы и тут-то и почувствовала себя совершенно русской. Всепоглощающий страх и бегство то ли от страха, то ли от самих себя, то ли от своего… Кажется, что можно спастись от чего-то, и для чего-то… Женщина пытающаяся быть сильной день за днем (выбора то ведь все равно нет), поступки, которые невозможно объяснить ни логикой ни необходимостью, да наверное ничем и тем не менее эти поступки совершаются… Мир, который лежит перед тобой и Европа, которая почему - то видится совершенно другой из Вены, да и сама Вена не глянцевая, картинно-туристическая, а та самая настоящая Вена. Марафон без финишной ленточки и победителей… Когда понимаешь, что призрачная надежда на лучшее и на дом – это еще не земля обетованная, а высшая точка причудливых американских горок, после которой – стремительное падение вниз или крутая петля.

Дороги, повороты, остановки, встречи, расставания, решения – не происходит в жизни ничего просто так. Все происходит для чего-то, чтобы остановиться, оглянуться, задуматься или задаться вопросом… Все для чего-то…

И все-таки Межсезонье не жестоко, а милосердно – оно натянуло внизу эластичную сетку, и если у тебя есть мужество упасть, если ты сможешь пролететь вниз камнем, словно в пропасть, то оно поймает тебя, потому что оно на самом деле бездонно. Чтобы понять – это чужое, это не твое – а твое придется шить самой, не зная еще выкроек, не умея заложить вытачки и примерить подкладку, не умея бороздить ткань красивыми стежками и совершенно не представляя, что должно получиться.

Вынужденная спонтанная эмиграция, единственное желание – просто выжить, жестокость и предательство сестры, невыносимая, разрывающая все внутри боль и последнее, что осталось – надежда. История просто жизни, история, которая затягивает и не отпускает.

Ужас какой-то, а не книга. Я так понимаю, что она в какой-то мере автобиографична, и от души надеюсь, что вся часть, относящаяся к издевательствам над девочкой, автором выдумана. Это история эмиграции из России, но чтобы дойти до сути надо постоянно продираться через то, что поклонники книги называют "словесным кружевом", а по мне так это скорее куча спутанных клубков,брошенных как попало. Постоянные навязчивые возвращения к вынесенному в заглавие термину "межсезонье" (к середине думаешь, что уже не выдержишь ещё одного сравнения эмигрантской жизни с этим явлением). Опять же, навязчивая концентрация только на том плохом, что в Австрии случилось, на отрицательных персонажах, о положительных же буквально пара слов.

Я понимаю, что такое видение жизни действительно довольно характерно для многих эмигрантов - своего рода прощание с иллюзиями. Но у Вернер идёт передёргивание в обратном направлении. Мой муж эмигрировал с родителями в Германию сразу после школы, а через 5 лет вернулся в Россию именно потому, что не мог и не хотел чувствовать себя всё время чужим. Он там многое повидал, и в общем, настроен довольно критично по отношению к Западной Европе. Но у Вернер не просто критика. У неё Австрия предстаёт каким-то монструозным местом. Всё время напрашивается один вопрос - почему герои оттуда не уехали обратно, если всё было настолько плохо??

Что касается той части, где описывается судьба девочки, то мне даже писать об этом не хочется. Настолько гадко. Если это правда хоть в какой-то мере, то очень автору сочувствую. Если вымысел, то это запрещённый приём.

Межсезонье может случиться с каждым, не только в чужой стране, но и на своей родине. Это состояние беспомощности, неуверенности, сомнений, отчаяния, короче, все трещит по швам и рассчитывать можно только на себя. Состояние, когда живо в тебе и очень дорого тебе благополучное "до", а ты существуешь в зыбком "после", лишившись "до" добровольно. ГГ заслуживает уважения, она как тонущая лягушка, сопротивлялась до последнего и взбила-таки сметану в масло. Не надо терять надежды, межсезонье когда-нибудь заканчивается и выглядывает солнце. Полезно читать книгу всем, собирающимся за рубеж на ПМЖ. Это далеко не праздничное турне на 2-3 недели. Своеобразен язык, плетется кружево, утягивает тебя, не отпускает. Правда иногда подробности кажутся излишними, а местами раздражает недосказанность.