Осень патриарха

Читаешь и теряешь ход времени, теряешь связь с реальностью. Какой сейчас год? Эти события были до или после тех событий?
Череда насилия, убийств, убийств детей, подозрений, сговоров, снова убийства, снова насилие, снова попытка сговора.
Полная уверенность, что народ-то ещё любит, что народ всегда будет любить. А оппозиция откуда берется? Не из народа ли? Нет, ведь народ предан.
Жара, коровы, птицы. Одна газета в день, кто её написал? По телевизору крутят кино, конец которого придумал сам.
Страх потерять власть, страх быть преданным. Вроде бы верные соратники оказываются в итоге казнёнными. Любимые женщины сбегают или убиты. Никому нельзя довериться, нельзя расслабляться, нельзя терять хватку, даже когда это сложно в силу возраста.
А есть ли эта власть на самом деле? Кто управляет страной, если президент уже не в курсе того, что происходит? Если президент даже не помнит своего прошлого?

Мой очень любящий Маркеса друг, после моих причитаний, как тяжело идет книга, ответил: "Он либо нравится, либо нет. Не мучай себя. Просто это не твой автор". Я дочитала и должна признать его правоту.

Я согласна, что Маркес - гений. Что его слог великолепен, что он заставляет думать, проживать оттенки эмоций. Так я думаю с холодной головой с высоты читательского опыта. Если бы не Улисс - я бы утонула в его хитроскрученных фразах, я бы захлебнулась в грязи слов и поранилась о те физиологические подробности, глядя на которые нервно курит в коридоре Паланик.

И все равно я ее искренне рекомендую.
Даже если она не поведет вас по дороге размышений, то точно обострит чувства.

Когда же уже наступит осень патриарха?

Только представьте:

«Боже милостивый, что же теперь с нами будет?! Он умер! Умер! Он мертвый!» И тут все вокруг зашушукались, заговорили, загалдели: «Видите, это и вправду он! Он, без обмана! Мертвый!» «Это он! Он! Он! – заревела толпа, стоявшая на солнцепеке на площади де Армас. – Это он!» И внезапно прекратился погребальный звон, и все колокола собора, колокола всех церквей затрезвонили с неудержимой радостью, как в святую среду благовещенья, и стали взрываться пасхальные петарды, в небо устремились ракеты салюта, зарокотали барабаны свободы, и он увидел штурмовые группы восставших, которые при молчаливом потворстве охраны ринулись во дворец через окна, увидел, как они дубинками разогнали всех, кто стоял у гроба, как швырнули на пол безутешную торговку рыбой, увидел, как они глумятся над трупом, как затем восемь здоровил отняли труп у бессмертия, лишили его вечного царства сплошных цветов и за ноги поволокли его из этого царства вниз по лестницам, в то время как остальные разрушали и уничтожали все, что можно было разрушить и уничтожить в этом раю, полном роскоши и беды; они ломали дорические капители, сложенные из стандартных плит, вышвыривали в окна птичьи клетки, вице-королевский трон, рояль, разбивали вдребезги урны с прахом неизвестных героев, рвали в клочья гобелены, изображающие томных девиц в гондолах разочарования, уничтожали портреты епископов и военных в допотопной форме, полотна с изображением грандиозных морских сражений; они думали, что навеки разрушают логово ненавистной власти, и стремились разрушить все без остатка, чтобы у грядущих поколений не осталось даже воспоминания о проклятой его ветви...

МИНИ-РЕЗЮМЕ

Больше смысла поражает форма, язык; абзацы кажутся бесконечными, занимая по две, три, четыре страницы, они переменчивы как вода – смысл некоторых утекает, не оставив ни одного воспоминания о прочитанном, будто дождь сквозь трещины сухой земли, ни капли не изменив, не напитав её; слова других пенятся, щекотятся и взрываются образами, как пузырьки ламбруско на языке; третьи сбивают, перемалывают и перемешивают смыслы, так цунами поступает с пальмами, песком, шезлонгами, людьми; и, конечно, есть и штилевые ровные, округлые, с кристально ясной атмосферой; присутствуют и беспощадные, жестокие как летний град к налившемуся готовностью урожаю или, что более несправедливо, к несмелым первым проросткам; иные – как болото, затягивают в трясину, через них пробираешься медленно, преодолевая вязкость, и не испытывая особого удовольствия, но потом на сухом участке даруют сочную ягоду смысла; какие-то в виде айсберга монолитны, холодны и медлительны, с коварно скрытой массой; другие сыплются колкими иглами слов, будто снежинки из вспоротого метелью неба, бросаются с ветром в лицо; ...

КРАТКОЕ «О ЧЁМ»

Больше, чем «сто лет одиночества», на этот раз конкретного человека – абсолютная власть влечет за собой абсолютную невозможность кому-либо доверять, кроме себя, да, разве что еще матери его, Бендисьон Альварадо. Предательство. Одиночество. Любовь без любви. Власть. Силовые методы ее удержания. Одиночество. Страх. Сила духа. Месть и жестокая расправа над всеми врагами, над тем, кому нельзя доверять, а их на один меньше, чем всё окружение, см. выше. Старость. Одиночество и власть. Тирания и авторитаризм. Кровавые чистки рядов служащих. Безумие или мудрость? Закат. Действий почти нет, прямой речи тоже. И снова одиночество.

ТРИ ЦИТАТЫ

«Почему, черт подери, ничего не изменилось в этом мире после моей смерти? Как это может быть, что солнце по-прежнему всходит и заходит и даже не споткнется? Почему, о мать моя, воскресенье осталось воскресеньем, а жара той же несносной жарой, что и при мне»
«Размышляя о будущем, он был осенен догадкой, волшебным озарением, которое явило ему причину всех бед страны, а именно - у людей слишком много свободного времени для всяких там размышлений, поэтому надо чем-то занять это время»
«Ибо он знал, что единственное оружие, которым можно победить несгибаемого гордого врага , - это рука дружбы, если ты подаёшь её первым.»

Непрерывный поток сознания. Я была в книге на месте главного героя: и мысли как будто мои, и жизнь моя, и говорю я в той же манере, что герой. Не читала еще книг, в которых автор мог бы провернуть со мной то же самое. Ну разве что Гомер со своей "Одиссеей". И дело не в магическом реализме, которым окрестили творчество Маркеса, потому что я читала "магических" Кортасара, Борхеса — это совсем не одно и то же. Дело в самом Маркесе, в его особенном чувстве языка, который не просто способен передать весь этот латиноамериканский хаос, но и погрузить в мир собственных грез. Кумир среди писателей. Божество среди дарований.

В «Осени патриарха» Маркес попытался собрать черты реально существующих диктаторов своего времени, обладающих абсолютной властью. Главным героем стал Сакарис, остававшийся у власти более ста лет. Нам показали, как человек, совсем неграмотный, не умеющий ни читать, ни писать добрался до вершины и стал править страной. Причем править, как это сказано в самой книге «как бог на душу положит». Ни прибавить, ни убавить. Так что здесь много абсурда, преувеличения, жестокости, мерзости.
Сам текст очень плотный, без абзацев и диалогов, что для меня представляло сложность при чтении и очень много событий.
Необычная книга, такое стоить прочитать.

...жизнь казалась немыслимой без уверенности в том, что он есть, что он там, у себя, неподвластный ни чуме, ни циклону, … неподвластный даже времени, - мессия, погруженный в заботы о нашем благ, о нашем счастье

Удивительный, завораживающий, глубокий, страшный, грустный роман-притча мастера магического реализма. Бесконечно длинные предложения сплетаются в картину вневременной и почти бесконечной жизни бессменного кровавого диктатора маленькой прибрежной страны, которую давно уже не окружает море. Страх и жестокость опутали своими сетями сердце генерала, и он обрекает на мучительную смерть сотни и тысячи людей повинуясь то стратегическому решению, то сиюминутному капризу, то суеверному страху и паранойе. Прогнав свои кошмары убийствами, пытками и самообманом, он каждый раз на время убеждает себя, что народ его любит и никто не покушается на его власть; тогда он хочет быть добрым и внимательным правителем, он ездит по стране и общается со своими подданными, он лично следит за надоем молока для пайков военных, он закладывает строительство новых зданий, он решает государственные дела на ходу, сообразуясь с самочувствием своего желудка; он запирается на ночь на три замка, на три засова и три цепочки. И опять страх заползает в его душу, и снова приходится действовать решительно и жестко, чтобы избавиться от угрозы. И никогда ему не избавиться от этого страха, не выиграть эту войну за власть, потому что есть оппонент, которого победить невозможно и который рано или поздно отберёт все… Смерть.