Между романом и исследованием
Признаюсь, книгу Александра Дейча о Тальма, выпущенную в серии "Жизнь в искусстве" читала долго. Первый раз у меня такое с этой серией. Несколько раз бросала, но хотелось дойти до победного конца.
И самое обидное, что все равно в голове (в яркой и объемной форме) остался лишь период, описанный в мемуарах актера. Собственно, у Дейча период этот максимально подробени максимально на те же мемуары и опирается. Разве что немного смещаются акценты - герой становится более героическим) Например, в мемуарах работоспособность (бесконечные выходы в эпизодах) Тальма выглядит нормальной, едва ли не обыденной для актера, желающего добиться успеха, да и просто служащего в театре и делающего первые шаги, а у Дейча она же подаётся как нечто сверхъестественное, предрекающее славную будущность. Или вот дуэль с актером Ноде. В "Мемуарах" промах Тальма объясняется (с изрядной долей самоиронии) известной всем подслеповатостью актера. Дейч же настаивает на благородстве жеста.
И таких мелочей по тексту рассыпано множество. С одной стороны, любовь к своему герою понятна, но с другой в какой-то момент чтения начинает взывать лёгкое отторжение.
Но всё-таки главным препятствием к полноценному погружению в книгу становится ее композиция. Развиваясь в первой своей части в романно- повествовательном духе, во второй своей половине она структурно превращается в сборник статей. Статей, расположенных, то в более, то в менее хронологическом порядке. Статей, высвечивающих отдельные эпизоды из жизни Тальма или отдельные его дружеские и профессиональные связи.
Понятно, что причиной этому разная степень освещенности жизни Тальма в исторических источниках. Вернее даже не разная степень освещенности, а разный тип самих источников. Книга Дейча весьма увлекательно и гладко написана в той своей части, которая опирается на "Мемуары" Тальма, собранные и обработанные Александром Дюма. В тот же момент, когда мемуары заканчиваются и перед историком оказываются более разрозненные источники, стиль повествования ломается и приобретает ту самую разрозненность.
Конечно, Дюма, общающемуся с сыновьями Тальма и имеющему доступ ко всем принадлежащим им источникам, было проще. В чем-то. Все равно подозреваю, что многие "связки" дописаны не столько Дюма-редактором, сколько Дюма-романистом. А если есть дописки в Мемуарах и на этих дописках в том числе выстроена добрая половина книга Дейча, так почему бы что-то не дописать, не допростраивать и во второй половине? Ведь именно подобные "допостроения", предположения, основанные на цепочке предшествующих фактов, делают столь блистательными книги Гранделя о Бомарше или Бордонова о Мольере, изданные в той же серии "Жизнь в искусстве".
Так что можно сказать, что в случае Дейча и Тальма педантичный и знающий исследователь подрубил крылья увлеченному и, возможно, способному увлекать биографу.
P.S. Книга эта датирована автором самым концом 70х и не названа переизданием книги того же Дейча о том же Тальма, выпущенной в 30е годы в серии ЖЗЛ. Так что любопытно будет сравнить два текста. Когда-нибудь :-)
