Село Степанчиково и его обитатели

Очень уважаю творчество Федора Михайловича, но больше знакома с ним по пухленьким романам, вроде «Преступления и наказания» или «Братья Карамазовы». С повестями и короткими романами тоже когда-то знакомилась, но слишком давно, а потом больше сосредоточилась на более современной литературе. И вот, решила вернуться, так сказать, к истокам.

И почти сразу об этом пожалела.

Плюс современной литературы (не всей, конечно, и не всегда) для меня в том, что в ней более пологий порог вхождения. Никто (ну, почти никто) не таранит читателя с первых же страниц историей рода главного героя и его предков, не валит деталями прошлого, не пинает уже распростертое на земле читательское тело моралью рассказчика или какого-либо из героев.

А Федор Михайлович – да. Таранит, валит, пинает. Рассказывает о главных действующих лицах, об их связях, о том, как они дошли до жизни такой, обрисовывает характеры, положение в обществе, особенности существования. И только потом, подробненько рассказав об этом, уже показывает каждого в действии, в столкновениях с рассказчиком и другими героями. Пласты «вводного» текста перемежаются диалогами, сценами разборок, во время которых нужно помнить, что уже известно о каждом говорящем. И вникать, разумеется, в то, что они говорят, подтверждая или опровергая всё, ранее рассказанное рассказчиком, сопоставляя и сравнивая с ненадежной действительностью. Я, оказывается, от таких многозадачных условий, отвыкла. А ведь в происходящее приходится ещё и подключаться эмоционально!.. Что потрепало мне нервы, потому что некоторых героев хочется медленно жарить на огне за те фортели, которые они так хладнокровно и умело выкидывают, с пафосом, с полной отдачей.

Главный герой, не нашедший по молодому своему возрасту, применения себе в Петербурге, срывается в глубинку, в село Степанчиково, к дядюшке после странного письма. И встречает там весь комплект далеких и близких родственников, приживальцев и весьма спорных личностей, которые ещё и умудряются качать права перед человеком, на деньги которого так вольно живут. И главный среди них, разумеется, Фома Опискин, который мнит себя ученым человеком, ратует за всё хорошее и против всего плохого.

Как же у меня подгорало во время чтения! Среди героев не хотелось сочувствовать вообще никому – ни помещику, о которого так рьяно вытирают ноги все, кому не лень, ни его матери, ни, тем более, юркому и на всё способному Фоме. Однажды только жаркий, но короткий спич в защиту отца, выдала его дочь, Сашенька, но и её заткнули, и отец за неё не подумал заступиться. И вроде бы особых страстей не кипело в повести, хотя и разбирались все и в любовных, и в помещичьих, и в крестьянских делах, однако хотелось побыстрее узнать, чем дело кончится. получить хоть какую-то точку в сложных человеческих отношениях. Федор Михайлович всех обыграл, сделав то, чего мне лично в качестве кульминации не хватило, но что, наверное, было реальнее всего остального. Всё-таки автору виднее, на что способны его герои.

Переехала я из Головлево в Степанчиково и даже не знаю, где хуже. В одном маменьке не нужны были дети, и все они вышли несчастными, и вообще семейные узы были условные. В другом - маменька считает, что сын ей все должен, и всего ей мало, и все равно он неблагодарный (с ходу вспоминаются такие случаи и в жизни). И вот этот сын, который конечно же, готов пожертвовать всем ради маменьки, да и вообще всех, оказывается в еще более отвратительной ситуации – маменька боготворит человека, который был ее бывшему мужу шутом, а в ее глазах самый умный и великодушный человек.

И вот все в Степанчиково преклоняются перед Фомой – ведь какой души человек! Какого ума! Есть категория людей, которые легко признают превосходство других над собой (неудивительно, учитывая воспитание). И вот дядюшка рассказчика полностью согласен со своей маменькой – Фома потрясающий! И забавно, как мы иногда видим то, что хотим видеть, даже если жизнь пытается убедить нас в обратном.

Отвратительные персонажи! Меня прям подтряхивало от злости, при том что бралась я, почему-то думая, что будет как-то забавно, но нет, я почему-то ожидала Чехова от Достоевского, но получила по-полной. Пожалуй, стоит поискать, куда поехать у Чехова.

Я всегда считала, что Достоевский - это только страдания, только несчастные герои, только хардкор. Однако, оказалось, что я не права. "Село Степанчиково и его обитатели" - совершенно потрясная сатира! Настолько тонкий юмор, интересный сюжет! Тут тебе и любовь, и мелодрама и даже немного детектив. Ну и конечно чудесные описания лиц и характеров (ну, это у Достоевского никогда не отнять). К примеру:
"Белобрысые, тонкие, тараканьи усы и неудавшаяся клочковатая бороденка, очевидно, предназначены были предъявлять человека независимого и, может быть, вольнодумца".
Книга чем-то напомнила мне мой любимый фильм "Неоконченная пьеса для механического пианино".
Обнаружила, кстати, что есть ТВ-фильм 1989 г. с Дуровым, Лазаревым и Немоляевой! Срочно посмотреть! Поставила зарубку.
Вот так Фёдор Михайлович! Совершенно неожиданное открытие для меня.
P.S. Слушала книгу в исполнении Ивана Литвинова. Обожаю!!! Гениальное прочтение, причем очень театральное. Здорово! Особенно чудесно у него получился лакей Григорий Видоплясов, разговаривающий жеманным голосом, целенаправленно картавя и ставя после каждого почти слова коронное-с.
В общем, рекомендую всем!

"Село Степанчиково и его обитатели" стали для меня настоящим открытием. И не подозревала, что Достоевский может быть смешным. Тут нет Петербурга с его серым небом и холодными водами Невы, нет бедных людей, нет атмосферы несчастья и безысходности, всего того, с чем обычно ассоциируется ФМ. Зато есть сельские просторы, деревня, помещичий дом и целый ряд прекрасных гротескных образов. Этакий парад уродов и сумасшедших, причем последние - в прямом смысле этого слова. Как ни странно, главный герой не вызывал у меня раздражения, над его монологами я буквально хохотала (хотя ржать над Достоевским - настоящее кощунство! :)), а вот дядюшка-полковник вызывал местами скрежет зубовный. Вообще же персонажи прекрасны все до единого - такая потрясающая кунсткамера! Но в финале стало очень грустно, хотелось, конечно, другого, хоть и ясно, что другого там ждать нельзя.

"Село Степанчиково и его обитатели" многими позиционируется как комедия, однако ничего смешного я в этом произведении не нашла.

Наш рассказчик, Сергей приезжает к своему дяде, в доме которого он воспитывался. В поместье властвует привезённый матерью хозяина дома шут. При попустительстве своей покровительницы он тиранит всех: слуг, членов семьи и самого хозяина. На протяжении всей истории он помыкает кем хочет и не даёт никому покоя. Его почитают как самого учёного человека в округе, хотя в действительности он ничего из себя не представляет. Шут он и есть шут.

Это произведение вызывало во мне гадливое раздражение. Так и хотелось закричать: Соберись тряпка! Причём всем персонажам сразу. Противное произведение и смеяться здесь, по моему мнению, не над чем.

Для меня литература - это, прежде всего, путь к самой себе. Ещё в юношестве я задавалась вопросом: почему некоторые признанные авторы считаются гениями? Так, наверное, бывает у каждого читателя с некоторыми авторами, ведь в этом и прелесть искусства - оно лишь предлагает спектр, а каждый сам выбирает, какой цвет ему ближе.

Никогда не любила Достоевского. Просто интуитивно, без поиска объяснений. Мне не импонировали ни его герои, ни общий стиль, ни та самая его чисто по-достоевски узнаваемая мрачная, гнетущая атмосфера. Но по-настоящему я никогда не задумывалась почему. И вот недавно, прочтя великолепную рецензию от Sovushkina на произведение Ф.М. "Село Степанчиково...", я прониклась желанием попытаться открыть для себя этого, безусловно, талантливого автора заново. И я не стала затягивать. Это привело меня к неожиданному результату: наконец, пришло понимание того, почему же я не люблю Фёдора Михайловича.

Во всех произведениях автора, с которыми мне довелось ознакомиться (их немного - никогда не умела заставить себя объемно погрузиться в не нравящихся мне авторов), есть одно общее: все они повествуют о "твари дрожащей", об "униженных и оскорбленных". Центральный персонаж творчества Достоевского - это слабый, безвольный человек. Я находила этот архетип в его "ПиН", "УиО", "Идиоте", нашла я его и в "Селе...". Да, безусловно, антураж данного произведения совсем иной - ироничность повествования в корне меняет привычную атмосферу автора. Но, на мой взгляд, не меняет общей канвы его творчества. Перед нами снова восстает теперь уже целый ряд безвольных персонажей, только к тому же еще и глупых и примитивных. А над ними возвышается центральный герой - такой же безвольный, глупый и примитивный. Как удалось этому герою скрутить всех остальных в бараний рог? Да, собственно, никак.

Здесь самое место для читательского негодования. То есть как никак? Но скрутил же!

Попробую дать оценку не как читатель, а как писатель. В момент задумки нового произведения перед автором стоит ряд вопросов: кто будут ГГ, каковы будут линии их поведения и что конкретно, путем построения этих линий, автор хочет донести до читателя в сухом остатке. Первый мой писательский опыт показал, насколько сам процесс рождения центральной идеи может быть противоречивым. С одной стороны, герои - это пластилин. Если что-то вышло не по душе, автор в любой момент может вылепить их заново. С другой же стороны, основная идея автора остается неизменной. Поэтому для меня ответ на вопрос, как же такой нелепый и никчемный персонаж смог навязать свою волю всем и вся вокруг, очевиден. Автор так захотел. Такова была его ключевая идея и для ее воплощения были созданы соответствующие персонажи. Вот здесь-то ко мне и пришло осознание того, что конечная цель автора мне не импонирует. Одно дело препарировать порок, но совсем другое - без продыху концентрироваться на одном и том же пороке из произведения в произведение. Порой у меня даже возникала мысль: это и есть мир, в котором жил Достоевский? Ничего другого вокруг себя он не считал достойным внимания своего пера?

"СС и его обитатели" - это то же, что "Тараканище". Канва, как говорится, один в один. Только вот формат, в котором работали признанные мастера-баснописцы и талантливые детские писатели, мне гораздо ближе. Крылов, Михалков, Чуковский высмеивают подобные людские пороки в гораздо более располагающей меня к себе манере - у них это органично. У Достоевского же мне все время хочется выйти. И я выхожу. Нет у меня сил наблюдать за "Театром абсурда", как выразилась многоуважаемая Sovushkina, не вижу смысла в самоистязании. Так и хочется послать в Степанчиково пару брутальных головорезов на подмогу, а потом вдруг встает вопрос: а зачем? Было бы кого спасать.

Многие читатели не без основания говорят о том, что это и есть талант - никого не оставить равнодушным. Но для меня стиль, в котором работает Достоевский, похож на "Театр одного актера" - слабого человека. Я же люблю разнообразие и мне бы хотелось иногда и о ком-то достойном почитать. Поэтому, вероятно, моим любимым произведением автора стали "Братья Карамазовы". Да, роман в его стиле, но все же он несколько иной. Это было интересно.

Отвечая на вопрос, а надо ли препарировать порок, скажу: надо. Но формат, в котором это делает Достоевский, мне не симпатичен.

Спасибо ресурсу ЛайвЛиб и некоторым его обитателям, погрузившись в мир которых, я начала лучше понимать себя. Как результат - вторая рецензия. А еще неделю назад я не хотела выступать оценщиком трудов других писателей. Но решение принято: исключениями будут некоторые произведения классиков. Таким странным у меня оказался путь к себе.

Kimova.With.Love
писатель, поэт, сценарист, переводчик

Хорошее время не с неба падает, а мы его делаем; оно заключается в сердце нашем.

Мне повесть показалась слабенькой. Балаган, скоморошество, а попросту - сумасшедший дом, где все охают, ахают, раскланиваются, parle français и пресмыкаются перед Фомой Фомичом. Клоуном, шутом, в давности униженным и оскорблённым, нонче мерзеньким тираном с громкими «ха-ха-ха» и «плак-плак-плак». Искусный манипулятор с плешиво-отвратительным характером, он как вонючий клоп населяет каждую сцену книги, каждый закоулок дома в селе Степанчиково и то тут, то там тихонечко пованивает. Ему никто и слова сказать не смеет - право же, будто позабыв, что не в дом с клопом заселялись, клоп-то позже поселился.

Все характеры в повести неприятные. Сам дядя, Егор Ильич, честных ли правил, очень слабохарактерный человек, чья роль в книге сводится к одному - как можно больше лебезить и как можно более тонким пластом распластываться под драгоценными ножками Фомы Фомича. Его мать, генеральша Агафья, вообще фанатка Фомочки номер один, правда, манипулятор номер два, ибо желаемого может добиться только истериками и уверениями в своей скорой смерти от непослушания. Фома Фомич же действует хитро, изподвыподверта, из-за спины, нападая внезапно и раня изощрённо, согнутой буковкой зю шпагой - щекочет слабые места противников, повергая их себе в служение. Дорвался, наконец-то получилось освободить обиженное эго и по шапкам окружающих важно и властно постукивать, то топая ножкой, то впадая в образ жертвы, то наказывая своим невниманием. В своих влажных мечтах, к счастью, не о пресловутом белом быке, возвышаясь над обитателями - не над жителями даже.

Приехавший в село племянник Сергей, как я изначально думала, выступит спасителем дяди из этой дьявольской фантасмагории - но нет. Он похаживает по дому и саду, посматривает на всех оторопелыми глазами, тоже охает, ахает и почитывает «Вопли Видоплясова». Что к чему. Вероятно, задачей Достоевского было просто бытописать такой характер, оформить его в соответствующих декорациях и предоставить на суд читателю, мол, посмотрите, вот какое бывает. Потому что развития персонажей нет. Сергей просто уезжает. Ретируюсь и я.

Как много дури на Руси. Как много униженных и унижающихся. Книга наполнена криками, стонами, болью. Люди брошены на землю, чтобы мучать друг друга, терзать, рвать по клочку каждый день. Ненавидеть, но продлевать другому жизнь, чтоб было кого мучать. Или быть мучимым самому – как Егор Ростанев. Омерзительная жизнь. Везде и всегда – омерзительная. А человек – существо с фантазией, нет счастья, так выдумаем его, будем в муках видеть радость. В чужих ли, своих ли – кому что милее. Как тут пожалеешь дядюшку Ростанева? Как пожалеешь сумасшедшую Татьяну Ивановну? Был же и в их жизни момент осознания, да только уговорили себя, что счастье – в безумных фантомах и в служении другому. Положить свою жизнь ради другого – значит, развратить его. Безоглядное сыновнее повиновение развратило и без того глупую генеральшу. Ей бы сына с волей, да что взять с Ростанева.
Ведь люди они. Почему же губят себя? И есть ли конец всеобщему идиотизму?
Повесть написана до «Преступления», и в ней можно заметить зарисовки к роману. Мизинчиков, полагающий, что идея ценна не менее, чем действие, конечно, мелковат, но сама зарисовка об идее написана очень многообещающе. Тот же Мизинчиков хочет пожертвовать собой ради будущего сестры: жениться на богатой сумасшедшей женщине. Конечно, Мизинчиков и о своих долгах помнит, его идея не бескорыстна. Но я снова подумала об Авдотье Романовне Раскольниковой: ведь Свидригайлову она подчиняется только из тщеславия стать благородной жертвой ради близких. Ее жертва – несет духовные выгоды. Авдотья Романовна не перестанет быть гордой барышней, она не Соня, в падении она видит возвышение. Она бы не просила у бога прощения за грех. А мать и брат понимали бы, что она пала, пала ниже нищеты – им только мука от ее жертвы. Кстати, о нищете. В «Селе» есть и родственная душа Мармеладова – Ежевикин. Хотя, наверное, тут я поспешила с выводами. Да и глупо писать о повести «Село Степанчиково» как о зарисовках для «Преступления и наказания». То же можно сказать и о «Подростке», «Идиоте». Нет, глупо это. Наслаждаться надо конкретной повестью. А наслаждаться есть чем! Опискин, конечно, подлая душа, да только как же ярко нарисован: как я на него злилась, самой хотелось его с лестницы спустить.
Снова меня беспокоит мысль: оставить всех других авторов и читать только Достоевского, изучая, анализируя, с тетрадочками, дневничками. А ведь я не люблю этого писателя, меня пугает его больной художественный мир. И что-то тянет к этому миру.

Теперь я знаю, у меня зависимость от Достоевского. Стоит пройти одной-двум неделям без встреч с его великолепным языком, его замечательными историями и всё. Начинается ломка. И прекратить ее может только очередное произведение Федора Михайловича.

На сей раз это стало «Село Степанчиково и его обитатели».
Что бы вы делали, попав в сумасшедший дом?
Нет, не тот, где действительно больные люди находятся на излечении. А вот такой – внешне обычная барская усадьба. Обитателей, надо признать, много – кроме хозяев, куча родственников и приживалов.

Право слово, чудаки, и это мягко сказано. Феерия идиотов, феерия идиотизма.
Абсолютно нормальный человек, поживи там, станет идиотом.

И во главе всего этого – тот, у кого с разумом явно все в порядке.
Это актер. И какой актер!
Воистину, театр одного актера. А вокруг многочисленные зрители.
И если до финала я еще была уверена, что кое-кто из них нормален и тоже актерствует, но только по необходимости, пытаясь угодить приме, то в конце начинаешь сомневаться в умственных способностях всех персонажей.

Всеобщее безумие. Благодарности за что?! Он всех осчастливил в припадке необыкновенного великодушия?!
И впрямь: простота хуже воровства!