Рецензия на книгу

• 

  LovenburyGlumpier17 сентября 2020 г.

  Как много дури на Руси. Как много униженных и унижающихся. Книга наполнена криками, стонами, болью. Люди брошены на землю, чтобы мучать друг друга, терзать, рвать по клочку каждый день. Ненавидеть, но продлевать другому жизнь, чтоб было кого мучать. Или быть мучимым самому – как Егор Ростанев. Омерзительная жизнь. Везде и всегда – омерзительная. А человек – существо с фантазией, нет счастья, так выдумаем его, будем в муках видеть радость. В чужих ли, своих ли – кому что милее. Как тут пожалеешь дядюшку Ростанева? Как пожалеешь сумасшедшую Татьяну Ивановну? Был же и в их жизни момент осознания, да только уговорили себя, что счастье – в безумных фантомах и в служении другому. Положить свою жизнь ради другого – значит, развратить его. Безоглядное сыновнее повиновение развратило и без того глупую генеральшу. Ей бы сына с волей, да что взять с Ростанева.
  Ведь люди они. Почему же губят себя? И есть ли конец всеобщему идиотизму?
  Повесть написана до «Преступления», и в ней можно заметить зарисовки к роману. Мизинчиков, полагающий, что идея ценна не менее, чем действие, конечно, мелковат, но сама зарисовка об идее написана очень многообещающе. Тот же Мизинчиков хочет пожертвовать собой ради будущего сестры: жениться на богатой сумасшедшей женщине. Конечно, Мизинчиков и о своих долгах помнит, его идея не бескорыстна. Но я снова подумала об Авдотье Романовне Раскольниковой: ведь Свидригайлову она подчиняется только из тщеславия стать благородной жертвой ради близких. Ее жертва – несет духовные выгоды. Авдотья Романовна не перестанет быть гордой барышней, она не Соня, в падении она видит возвышение. Она бы не просила у бога прощения за грех. А мать и брат понимали бы, что она пала, пала ниже нищеты – им только мука от ее жертвы. Кстати, о нищете. В «Селе» есть и родственная душа Мармеладова – Ежевикин. Хотя, наверное, тут я поспешила с выводами. Да и глупо писать о повести «Село Степанчиково» как о зарисовках для «Преступления и наказания». То же можно сказать и о «Подростке», «Идиоте». Нет, глупо это. Наслаждаться надо конкретной повестью. А наслаждаться есть чем! Опискин, конечно, подлая душа, да только как же ярко нарисован: как я на него злилась, самой хотелось его с лестницы спустить.
  Снова меня беспокоит мысль: оставить всех других авторов и читать только Достоевского, изучая, анализируя, с тетрадочками, дневничками. А ведь я не люблю этого писателя, меня пугает его больной художественный мир. И что-то тянет к этому миру.

  16

  815